экзотическая бабочка

Bassnectar – Butterfly (ft. Mimi Page)

В комнате с бабочками на потолке дурманно пахнет мандаринами и морским бризом. Намджун осматривает комнату, оценивая каждую мелочь: от гигантских бабочек-лампочек до декоративных камушков на полу, которые были размером с ноготь мизинца маленького младенца. В помещении медленно выключается свет, словно в кинотеатре; плавная музыка с легкими битами накрывает вакуумом. Звуки клавиш пианино стучат по ушам, а после биты-удары плетки бьют со всех сторон. Экстаз уже от самой музыки. С потолка спускается какой-то парень в эро-индийском костюме с множеством звенящих монеток и украшений, которые, если их вместе собрать, будут весить не менее пятнадцати килограмм. Парень двигается плавно, безделушки звенят в такт музыке. У танцора лицо прикрыто полупрозрачным платочком красного цвета, но зато видны глаза. И, о боже, Намджун благодарит всех богов Греции за то, что у него отличное зрение, и он может разглядеть большие выразительные глаза паренька. А после кланяется всем богам египетской мифологии за то, что он взял флаер у какого-то паренька на улице.

«Butterfly. Экзотические танцы с музыкой, проникающей в самые молекулы. Дополнительная информация по номеру...»

Джун глотает слюну. Экзо-эротические танцы. Потому что, ну мать вашу! Музыка затихает, и звучат размеренные звуки клавиш пианино. И парень останавливается. В комнате царит тишина, а танцоришка тихо складывает руки а-ля футболист. — Жду приказов, господин, — ласковый голосок гладит по ушам. У Намджуна шок, тотальный шок. «Господин». «Приказа». — Сними эту ненужную тряпку. Парень снимает платочек, и Киму открывается милое личико с пухлыми щечками. Таким мальчикам надо серенады под окнами петь, любить, обожать и перед сном в лоб целовать, а не нанимать экзотической шлюшкой. — Как тебя зовут? — Чимин. У Намджуна голова идет кругом от голоса этого Чимина. Фейерверки перед глазами от осознания того, что он может делать что угодно с этим пареньком. — Иди сюда, — Намджун хлопает по коленям. Чимин подходит к парню и, расставляя ноги, усаживается на коленки. Джун берет Чи за подбородок и рассматривает личико. Пухлые розоватые губы, легко подведенные глаза, коричневые волосы, уложенные в разные стороны. — Вы наш первый клиент, господин, можете делать все, что пожелаете, — тихо повторяет экзотическая принцесска. — И не жалко тебе тельце твое? — Никак нет. Чимин смотрит пристально. Намджун тоже. И молния между ними борется, чья победит, и кого она ударит током, сорвав крышу. Первым срывается Джун, притягивая Чи к себе, кусая нижнюю губу Пака и проталкивая язык внутрь. Парнишка двигает бедрами вперед, зная, как доставить клиенту удовольствие. Намджун проводит руками по шее, стягивая цвета огня жилеточку; касается холодными пальцами молочной кожи, пересчитывает ребра и, придерживая "диву-девицу" за бедра, пододвигает его максимально близко к себе. У Чимина коленки упираются в спинку дивана, а руки висят бездушно. Намджун приближается к лицу Пака и выдыхает в пухлые губы. Он целует мокро, захлебываясь слюной; водит руками по оголенному торсу Чи, задевает затвердевшие соски, поднимая холодные ладони к шее, переводя их на затылок и сжимая волосы в кулак. Пак стонет, ерзая бедрами, маленькими ручонками упираясь в грудь Джуна. Намджун расцепляет поцелуй и скользит влажными губами по шее, опускаясь к соскам. Для удобства он валит младшего на диван, нависая над ним. Ким разводит накаченные ноги Мина, шлепая по ляжкам. Тянет за резиночку штанов, которые на ногах красно-прозрачные, и стягивает их, полностью раздевая Чимина. Чи руками тянется к свисающей футболке Намджуна, стягивая ту с него. Волосы Пака растрепываются, что делает его только горячее. Еще одно движение, и лава накроет Джуна с головой. Он-то и вообще не против. Чимин рвано выдыхает, когда Намджун проталкивает в него сразу два пальца, которые перед этим смазал мандариновой смазкой. Старший двигает пальцами вперед-назад, то меняя угол направления, то разводя их знаком "V". Пальцы выходят из Чимина с резким хлюпом, словно бутылка холодного Duvel, от которого Джун сейчас бы не отказался. Чимину пусто и холодно внутри, и он хнычет, чтобы Намджун побыстрее сделал самое главное. Но Джун дразнит, вылизывая на кубиках пресса какие-то узоры и покрывая шею бурыми засосами. Чи толкает старшего ногой чуть выше живота, укладывая на спину. Он придерживает двумя пальцами чужой член, медленно насаживаясь. Ноги подрагивают и слабнут, подобно ньютоновой жидкости. Джун проводит ладонями по бедрам насаживающегося парня, оставляет следы от пальцев и тянется, поглаживая подтянутую грудь Пака. Он лениво двигает бедрами вверх, проезжаясь по простате, отчего по телу Чимина зигзагом бегут мурашки. Чи слабо упирается, сжав руки в кулачки, и приподнимается, отчего привыкшие к плотно согнутым ногам в позе "гопника" коленки хрустят. Намджун берет младшего за подбородок и тянет вниз, слабо целуя, ибо бедра Чимина начинают быстрее насаживаться. Постепенно темп замедляется, а Пак чуть ли не падает на спину, успев подставить руки. Он обхватывает рукой свой член, но Джун сталкивает влажную ладошку и плавно ведет по чужому органу. Чимин кончает первым. Несколько капель спермы попадает Намджуну на лицо, и тот, слегка улыбаясь, слизывает три капельки, попавшие на губы. А после и сам изливается в Чимина. Тот вяло падает Киму на грудь, переводя дыхание. — А где такую бабочку можно купить? — перебирая коричневые волосы Пака, спрашивает старший. — Смотря какую. — Вот эту, — тыкнув в красную щеку Чимина, отвечает Нам.