Изменить ценою жизни

На ужине Гермиона сидела вдалеке от однокурсников. Если их можно было назвать так. Она заметила, что Дамблдор, который сидел рядом с Диппетом, не сводит с неё взгляда. «Наверно проверяет меня, все-таки он еще мне не сильно доверяет», — подумала девушка и стала есть салат. Делая вид, что не замечает его. Напротив нее внезапно сел Реддл, он мрачно посмотрел на соседку и сделал вид, что ее там просто нет. Гермиона ответила ему тем же. Щека будущего Темного Лорда заметно припухла. Это весьма порадовало девушку, и она заметно ухмыльнулась. — Я так и не понял, за что ты меня ударила вчера? — внезапно и как бы снисходительно спросил Реддл, отламывая кусок хлеба длинными пальцами. Гермиона хмыкнула и, не отвлекаясь от салата, ответила: — Я уже говорила: мне не нравится, когда со мной так разговаривают, Реддл, зачем спрашивать об очевидных вещах? — Хм, странно, я не замечал тебя раньше, как и Абрахас, а он, знаешь ли, замечает всех и вся. Как такая особа смогла скрываться от нас всё это время? — он посмотрел на нее, в его взгляде читался вопрос, казалось, он читает девушку как открытую книгу. Гермиона усмехнулась и сделала бесстрастное лицо. — А мне какое дело? Вас я тоже не сильно замечала, мне не интересны такие, как вы, я занималась своими делами, — проговорила Гермиона как можно спокойней, хотя сердце едва не выпрыгивало из груди. Ответ заметно задел Реддла, его лицо перекосилось, и он нахмурился. — Ты много о себе думаешь, Грейнджер, кто ты вообще такая? Чистокровная аристократка? Уж слишком ты вызывающе себя ведёшь, хуже, чем Абрахас! — Не суй свой нос в чужие дела! Иначе получишь заклинание вместо кулака! — Странная реакция на простой вопрос... — таинственно произнес он, улыбаясь. Его глаза вспыхнули озорными огоньками, будто он игрался с ней как кошка с мышкой. Гермиона едва сдержалась, чтобы не прикончить его прямо сейчас. «Черт возьми, Гермиона, успокойся! Он играет с тобой, не иди у него на поводу! Он только этого и ждет!» — она сжала пальцы вокруг вилки и постаралась успокоиться. — Вполне нормальная, для той, кого оскорбили! Это у тебя странные замашки для простого старосты Слизерина! Считаешь себя пупом земли, не правда ли? Лорд «Валокордин»? — едко улыбнувшись, выплюнула Гермиона, смотря в глаза Тома со жгучей ненавистью. Только сейчас она заметила, что на их спор уже смотрит весь стол слизеринцев и некоторые соседние столы. Реддл нахмурился. — Грейнджер, а вот это точно не твои проблемы! Просто не лезь! — стараясь не говорить громко, ответил Том. — А что будет? Убьешь? Или заставишь кого-то убить меня, во имя твоего самолюбия? Как ты их называешь? Пожиратели Смерти, верно? — не выдержала девушка, ей хотелось тут же выплеснуть свои чувства, чтобы все видели, какой Реддл на самом деле. Сидящие рядом парни поперхнулись соком и еще любопытнее посмотрели на нее. «Нет смысла скрывать, что я знаю обо всём, будь что будет!» — подумала она, смотря в глаза Тома. Он лишь снисходительно улыбнулся. — Пожиратели смерти всего лишь мои друзья. Я не могу заставить кого-то убить, ты несешь чушь! Ты случайно огневиски не протащила в школу? Очень похоже на пьяный бред. — Друзья? Я так не думаю.— И, не ответив на шутку, которую пустил Реддл в конце, девушка резко встала и вышла из-за стола. Проходя мимо учительского стола, она едва заметила, как Дамблдор показывает ей, что им нужно поговорить. — Мисс Грейнджер, остановитесь на минутку! Вы забыли отдать мне свой доклад о влиянии трансфигурации. — Улыбнувшись, сказал профессор. — Хорошо, профессор, — кивнула Гермиона, — я возьму его и приду к вам в кабинет, — ответила она, понимая намёк. Дамблдор кивнул. А Гермиона пошла к коридорам. Конечно, в ее мыслях не было идти за несуществующим докладом, она сразу завернула к кабинету трансфигурации. «Что нужно профессору?» — подумала она, ускоряя свой ход. Она быстро дошла до кабинета и, войдя в него, стала ждать Дамблдора. Внезапно все в этом кабинете напомнило, как она сюда попала и от чего бежала. В ее груди что-то сжалось и она, стараясь успокоить дрожь в коленках, села на стул. — Они убили его, убивали каждого! Как же я ненавижу их! Себя! — твердила девушка, будто под гипнозом. Легкое помутнение прошло, она посмотрела на руки сжимающие края юбки. Что же с ней стало? Та, которая раньше была за гуманность, за доброту и честность, стала жестокой, будто ее суть стала темной, а мысли стали злыми. Она взялась за голову. «Да что со мной? Я ведь все смогу изменить! Я поменяю! Не будь такой ранимой! Гермиона, ты сильная...» — говорил внутренний голос. Но тем временем разум отрицал это: «Ты уверена, что сможешь убить Реддла? Сможешь смотреть, как гаснут в глазах последние искры жизни? Не станешь ли ты такой же, как и сам Реддл? Ты же сама станешь убийцей!» — Убийца, — прошептала она про себя, будто пробуя это слово на вкус. До чего смешна эта ситуация! Тут же вспомнился фильм «Терминатор», который она смотрела с родителями. «Так, Гермиона, без паники! Ты не убийца и никакой не терминатор! Ты пришла сюда не для этого!» — подумала девушка. Она еще долго сидела в темном кабинете, погружаясь в свои мысли. Совет Дамблдора ей бы не помешал. Наконец дверь открылась, и вошел профессор. Он закрыл за собой дверь и щелкнул пальцами, свечи в кабинете тут же загорелись умиротворяющим светом. Вздохнув, Дамблдор посмотрел на Гермиону. — Ну что, девочка? Смогла что-нибудь разузнать? — спокойно спросил он, присаживаясь на свободный стул рядом. Гермиона отрицательно покачала головой, опустив глаза и сжав кулаки. — Профессор, я запуталась! В первый же день я стала вести себя агрессивно, не могу смириться с тем, что будущий Темный Лорд вот так просто ходит и дышит. У него уже есть последователи, а я ничего не могу сделать! — дрожащим голосом ответила Гермиона. — Не нужно так сильно винить себя! — мягко улыбнулся Дамблдор. — Убить его тебе никто не предлагал, а вот изменить... ты же сама говорила об этом. — Изменить? Но как? Он такой эгоистичный, самовлюбленный, он не позволит мне это сделать! Дамблдор задумался и скрестил руки на груди. — Ты же понимаешь, что Том еще подросток, как, собственно говоря, и ты. Можешь хорошо повлиять на него, разве нет? — Но мы с ним даже не друзья! — Я знаю, — кивнул Дамблдор, — видел вашу ссору за ужином, но всё ведь можно изменить. Подставить, например, под нужный градус? — с улыбкой спросил Дамблдор. Гермиона нахмурилась, не понимая смысл слов профессора. — Что вы имеете в виду? — спросила она, смотря на то, как Дамблдор приподнялся со стула и стал расхаживать по кабинету. — Идея, конечно, не самая хорошая, но я ведь втолкнул в мысли твоей лучшей подруги Миллисенты, что ты влюблена в Тома. Она известная сплетница! — Что? Вы имеете в виду? Но вы хоть представляете?! — возмущалась Гермиона. Дамблдор кивнул. — Гермиона, я понимаю, но выбора нет, что ты тогда предлагаешь? Убить его? Я знал, что ты не сможешь сделать этого и придумал план намного раньше. — Спокойно разъяснил профессор, останавливаясь. Она прикусила губу. «Мне нужно это сделать! Ради Рона и Гарри! Для всех!» — Хорошо, но чем это поможет? — еще раз спросила Гермиона. — Ну, девочка моя, любовь, как известно, вещь очень сильная, она может сделать то, что порой кажется невозможным... — загадочно произнес Дамблдор. — Профессор, — Гермиона посмотрела на профессора и грустно улыбнулась. — Если я не смогу? — Тогда все пойдет прахом, сможешь ли ты смотреть на то, как мир постепенно рушится? — задал свой вопрос Дамблдор. Гермиона отрицательно покачала головой. — Даже если я смогу, вернусь ли я обратно к себе в мир? Туда, в будущее? — с надеждой протянула девушка. Дамблдор вздохнул. — Возможно, а возможно нет. Твой маховик какой-то странный, я нигде не читал, чтобы эти устройства вообще могли перенести человека позже одной недели! А ты перенеслась на... — он многозначительно посмотрел на девушку. — На пятьдесят четыре года, сэр, — тут же ответила Гермиона, как истинная отличница. Дамблдор цокнул языком и, задумавшись, погладил свою бороду. — Полвека это ужасно много! К сожалению, я не могу ничего обещать тебе, — он покачал головой. — Мне неизвестна такого рода магия. Гермиона посмотрела на маховик и, собравшись мыслями, ответила: — Я постараюсь! Даже если буду знать, что не вернусь! Ради будущего! — Ты понимаешь, девочка, что на тебе лежит огромная ответственность? Если ты сделаешь что-то не так, все будущее будет меняться не в лучшую сторону и тебя уже там, к сожалению, не будет. Шанс, который выпал тебе один, единственный! Гермиона кивнула. Она вспомнила свой первый день. Гарри и Рон будут отлично ладить друг с другом и без нее, правда факультет потеряет одну из лучших студенток. Никто не будет обзывать ее грязнокровкой, никто не будет утешать ее от слез горечи и ревности, ее там не будет! Много что поменяется уже из-за того что Гермиона просто находится здесь. Ее родители никогда не будут вместе. У них никогда не будет дочери. На глазах девушки невольно появились слезы, одна из самых крупных скатилась по щеке и упала на руку. — Гермиона, не плачь. Я не обещаю, что все будет хорошо, но я сделаю все, что в моих силах! — профессор положил свою руку на плечо Гермионы, успокаивая ее. А она разревелась от этого еще больше и, не выдержав, обняла его. — Вы ведь тоже умрете профессор! — Ну что же. Я буду к тому времени стар. Мое время придет, не нужно печалиться из-за смерти какого-то старика! — Вы же наш директор! Вы мудрый! Вы всегда нам помогали! Мы все любили вас! — Приятно слышать это от будущей ученицы. Значит, я буду директором, ох, ну и не легкая ждет меня судьба! — засмеялся Дамблдор. Он взял девушку за плечи и улыбнулся. — Ну, хватит плакать! Ничего еще не случилось! Давай, соберись с силами и иди к себе в комнату, отдохни. Сон — лучшее лекарство от печалей. — Да, профессор, спасибо, что доверяете мне, — сказала Гермиона, медленно выходя из кабинета. Идя по коридору, она все-таки вспоминала битву. То, что должно было случиться — ужасно! И она постарается сделать все ради того, чтобы изменить будущее. Даже если ей придется заставить влюбить в себя Реддла.