Опьяненная ураганом

Это даже не глава, а так, нечто вроде. Возьмем во внимание события последней серии. Пожалуй, Марта ни за что не смогла бы оставить смерть Кола без внимания. Да и Клаус - тоже. Предупреждение - ближе к концу сопливосопливосопливо. Так странно смотреть на то, как Кол сгорает. Медленно, мучительно. Буквально несколько секунд назад, он кричал, но сейчас, безжизненное тело спокойно лежит на деревянном полу. Я смотрю на это - и чувствую подступающую к сердцу ненависть. Жгучую, обжигающую, такую, которую я не испытывала ни к кому еще никогда. Я хочу убивать. Я хочу смотреть на то, как двое этих жалких Гилбертовских выродка будут умирать, просить о пощаде. Я хочу услышать, как в последний раз тонко вскрикнет Елена, как перестанет биться сердце этого чертового охотника. Я хочу услышать их последние вздохи, я хочу увидеть, как их жизнь покинет эти проклятые тела. Кол не может остаться не отомщенным. Он не заслуживал такой глупой, действительно идиотской смерти. А двое этих щенков - вполне заслуживают. Я с удивительным для самой себя упорством отвожу взгляд от Клауса. Я не могу, не могу смотреть на человека, который только что потерял своего младшего брата. Он не раз повторял, что ни за что не будет считаться с Колом. И любил. Все равно любил, хотя и не показывал этого почти никогда. Я видела это. - Что. Вы. Сделали? - на мгновение, всего лишь на одно короткое, нереально быстрое мгновение, голос старшего первородного странно дрогнул. - У нас не было выбора! Он пытался отрубить Джереми руки! - истерично взвизгивает Гилберт. - Это ложь, - голос Клауса все еще удивительно холоден и спокоен. - Он бы даже не попал к вам в дом, если бы вы не приготовили ловушку. - Ты же сам говорил, что уберешь его! - снова выдает Елена. Жалкая лгунья. - Я бы просто заставил его СТРАДАТЬ! - это уже даже не крик, а самый настоящий рык. А затем, снова - странное спокойствие. - Я сожгу этот дом дотла. А когда вы в страхе побежите - я убью вас обоих. - Если ты убьешь нас, то ты никогда не получишь лекарство и не сможешь создавать новых гибридов! - неожиданно выдает младший из Гилбертов. Глупый мальчишка, который неизвестно почему вдруг оказался в братстве Пяти. Когда я была маленькой, Ребекка рассказывала мне о этих охотниках, проклятых праведниках, спасающих мир от вампиров. И о предательстве одного из них. - Думаете мне не плевать на этих гребанных гибридов? Я хочу сразу же уничтожить лекарство, я бы убил вас двоих в ту же секунду, как вы нашли его, но сейчас я посмотрю, как вы сгорите! А через секунду, Клаус падает, крича от боли. Краем глаза, я вижу ту ведьму, Бонни, кажется, которая приближалась к дому. И незаметно ото всех, я быстро спряталась за одной из колонн. Все это время, я стояла за плечом Клауса, Гилберты не заметили меня лишь потому, что я была до ужаса маленькой. А значит, мое появление станет для всех крайне неожиданным сюрпризом. Прости, Ник, но придется тебе некоторое время потерпеть. - Во что ты ввязываешься, Марта? - рядом внезапно появляется Сара. Чуть дальше, я вижу других призраков, кажется, тех же самых, которые помогли мне спасти Клауса от членов Совета Основателей. Лучшая подруга, видимо, тоже заметив их, как-то обреченно улыбнулась. - Как обычно - щелкни пальцами и мы сделаем всю работу за тебя. - тихо произносит девушка. Я киваю, соглашаясь, а затем резко поворачиваюсь на звук ломающихся костей. Беннет уже переступила порог, говорит что-то Гилбертам про то, чтобы они пригласили Майклсона в дом. А я, тем временем, не мигая смотрю на первородного и он, видимо, почувствовав мой взгляд, едва заметно оборачивается. "Прости, прости, прости!" - одними губами шепчу я. Клаус, сделав вид, будто бы даже и не видел этого, медленно встает на ноги. Пару секунд напряженной тишины, а затем, младший Гилберт выдает всего лишь одно короткое слово, благодаря которому перед первородным теперь нет никаких преград. - В гостиную, быстрее! - выкрикивает темнокожая ведьма и, опять же благодаря ей, Клаус вновь падает на пол. Брат и сестра Гилберт, тем временем, мчаться в указанную им комнату, Бонни вслед за ними. Древний, воспользовавшись своей вампирской скоростью, срывается вслед за ними... ... и неожиданно натыкается на странную стену. Воспользовавшись общей суматохой, я незаметно проскальзываю в особняк. Снова - попытки бежать, и снова - Никлаус натыкается всю на ту же преграду, которую, судя по всему, поставила ведьма. - Со мной так нельзя, ведьма! - в голосе первородного сильная угроза, но Бонни даже бровью не повела. - Ты не представляешь, на что я сейчас способна. - властно отвечает ведьма. Она разворачивается, чтобы уйти, но тут уж настало мое время. - Но зато ты не представляешь, на что способна злая я. - с нескрываемым пафосом выдала я, прежде чем сбить назойливую ведьму с ног. Она вырывается, бьется, пытается столкнуть меня с себя, даже кусается - судя по всему, от неожиданности, просто забыла о своих силах. - Джереми, Елена, бегите! - взвизгивает Беннет. И охотник, и вампирша уже рванулись к двери... ... да только кто сказал, что кто-то даст им выйти отсюда? Младший Гилберт недоверчиво озирается и смотрит на моих призраков, которые медленно брали обоих в круг. Лицо у него при этом было такое... искренне непонимающее. - Откуда их столько? - словно у самого себя спрашивает парень. Я невольно ухмыляюсь, а затем, со всей возможной силой сжимаю горло наглой ведьмы. С какой-то довольной, маньяческой улыбкой наблюдаю за тем, как она бьется, словно обезумевшая пташка в клетке, как царапает мне руки, надеясь, будто бы я разожму ладони. И даже несмотря на то, что мне больно - я даже не думаю о том, чтобы отпустить ее. Умрет Бонни - спадет преграда, которая держит Клауса. А уж потом, мы вдвоем прикончим Гилбертов. Она задохнулась очень быстро. Отряхнув ладони, я слезла с нее, и только потом повернулась к брату и сестре. Елена боялась - это было видно по ее испуганной мордашке, потому, как сильно тряслись ее руки. Джереми - вроде бы даже был удивлен. Странная у него реакция. Как будто бы он видит... Видит всех умерших, которые окружают его и его старшую сестру. Я спокойно наблюдала за тем, как призраки, видимо, не дождавшись моего приказа, резко вырывают Елене обе руки. Я спокойно наблюдала за тем, как далее Гилберт лишается обеих ног. Я спокойно смотрела на это и невольно улыбалась. Сложно было подавить улыбку и безумную радость в душе, когда я смотрела на то, как она орала от боли, ревела, просила о пощаде. - Отрежьте ей голову. - едва слышно приказала я, - Разорвите на кучу маленьких кусочков. А затем, пожалуй, можно все это и сжечь. Я смотрю на три трупа и улыбаюсь. Широкой улыбкой, от которой, кажется, даже немного сводит щеки. Бонни - убила я. Елену - призраки. Джереми - Клаус. Теперь, Кол отомщен, действительно отомщен. Я смотрю на три мертвых тела и улыбаюсь. А затем, медленно поворачиваюсь в сторону Клауса. И моя улыбка сразу же, мгновенно сходит с лица. Мир для меня невольно меняется, когда я увидела, как такой сильный человек плачет. Я не помню, как так быстро смогла оказаться возле него. Помню только, как обняла - крепко-крепко, так, что руки почти невольно свело. Я - не умею успокаивать людей. А особенно первородного вампира, который потерял уже двоих братьев. Да, я не мастер в успокоении. Я всего лишь могу пообещать, сказать такие до нереальности глупые слова, заставить поверить, что теперь... - ... Все будет хорошо, Клаус. Ты же мне веришь, да?