Опьяненная ураганом

Так, Марта, успокойся. Тебе не пять лет, да и Клауса ты прекрасно знаешь... Тогда какого, спрашивается, фига, я трясусь, как осиновый лист? Внутри всё сжимается и перекручивается от страха, который стальными тисками сковал тело. Секунда. Еще одна. И еще одна. Я не знаю, что он будет делать, чего мне от него ожидать и, самое главное, как к этому относится мне. Я далеко не ребёнок, чтобы быть такой же беспечной, как раньше. Я вижу Никлауса ни как опекуна или друга, а как мужчину. Красивого, чёрт возьми, мужчину. И после того как мы переспали наши отношения перешли на другой уровень... Стоп-стоп-стоп! Марти, ты сама себя слышишь? Какие отношения? Какие чувства? Это был обычный секс, ничего большего... Да и вряд ли Первородный чувствует ко мне что-то помимо родственных чувств. Как никак он узнает меня с пелёнок. И от этого хуже. Древний знает меня, а я его нет. Нет, серьёзно. Что я о нем знаю? О его прошлом? То, что он безжалостный гибрид? Убийца, псих, маньяк? С одном стороны он действительно такой, но на самом деле ли он такой? Все двуличны, и я прекрасно знаю другую часть Ника. Где он такой родной и, как бы странно это не звучало, домашний. С ним легко. Даже не смотря на то, что именно он знает все мои больные точки... Кстати, угадайте, к кому я побежала, когда у меня в первый раз начались месячные? Правильно, именно к блондину с криками о том, что я умираю, я бросилась в первую очередь. Ни к Ребекке, которая была тогда рядом, ни к засранцу Колу (впрочем, это хорошо, ибо он бы только подтвердил тогда, что я умираю. Я его знаю, индюк напыщенный), а именно к Клаусу. И знаете, что самое удивительное? Он не рассмеялся, ни даже улыбнулся. До сих пор помню, тот день, как будто это было вчера: "Мне тогда был всего двенадцать и я уже была готова ложиться спать, поэтому и принимала душ. Сначала, когда я увидела кровь, я подумала, что я где-то поцарапалась или поранилась. Живя с вампирами для меня это было нормально. Но когда после внимательного осмотра я поняла, что кровь идёт вовсе не из ранки... Короче, я так ничего не кричала. Ужас, страх, паника охватили мной и, могу поклясться, я чувствовала, как жизнь уходит из тела. В итоге я, вся мокрая, наспех обмотанная в полотенце и с громкими криками, от которых я сорвала горло, бежала в кабинет к Клаусу. Благо, на пути я встретила лишь Элайджу, который постарался выяснить в чём дело, но когда я впопыхах врезала ему по лицу, оставил эту затею и продолжил движение, которое я так и не определила. Спустя пару секунд метания, я вспомнила, где находится кабинет моего опекуна и, всё с теми же криками, вломилась в кабинет. Вы не поверите, но на тот момент дверь была закрыта на замок и я даже не поняла, как смогла открыть её. Итак, я забежала в кабинет, но увиденное там мне совершенно не понравилось. Какая-то раскованная блондиночка сидела на его коленях, уже совершенно без платья, а руки Клауса покоились на её талии. Но даже это меня не остановило. - Клаус! - всё ещё стоя в дверях, заголосила я. Знаете, я честно не знаю, как стоящие рядом стаканы не полопались, но девушка, сидящая на Древнем зажала уши руками. - Я умираю! - кажется, именно в этом момент я и сорвала голос, ибо дальше из меня сыпались лишь хрипы. Не знаю, или Клаусу стало стыдно за моё поведение, или он реально испугался за меня, но уже буквально через пару минут блондинки тут не было, а внимание Клауса полностью переключилось на меня. - Что случилось? - таким серьёзным я не видела его никогда. Кажется, он действительно переживал из-за меня. - Я умираю... У меня идёт кровь, - из глаз, как бы это ужасно не звучало, побежали слёзы. Да-да, вот такой плаксой я раньше была. Нет, ну а как бы вы отреагировали, когда у вас идёт кровь из самого... Кхм, интимного места? И при этом, никто из Древних, у которых такого не было фиг знает сколько, не сочли нужным рассказывать мне про такой "плюсик" женского организма. - Где? - он схватил меня за руку, и внимательно посмотрел. А вот тут получилась запара. Как сказать мужчине о том, что у тебя идёт кровь от... Туда? Хех, но всё же я, краснея, запинаясь, и моля, чтобы этот идиот, наконец, додумался до всего сам, стала объяснять свою "небольшую" проблему. По мере потока информации лицо Ника вытягивалось, пока он недоуменно не посмотрел на меня. Голубые глаза с искренним непониманием смотрели на меня, а сам он что-то усердно вспоминал. - Ребекка! - видимо не вспомнив ничего, Клауса позвал свою сестру. Я слышала, как блондинка идёт к нам, что-то бурча, но в голове была сплошная каша, чтобы хоть что-то понять. Вы удивитесь, но с мисс Майклсон мы всегда были в хороших отношениях. Даже больше, чем хороших. Она, будучи в окружении одних мужчин, очень... Тепло приняла меня и всегда учила меня всему, что знает сама. - Ну что? - недовольно поинтересовалась девушка, появляясь в дверях, но когда она заметила меня, её лицо тут же потеплело. - Что случилось? - Беккс, помнишь, когда мы были людьми, у тебя были такие дни, когда шла кровь из... - он запнулся, посмотрев на меня. - Короче, Марта, расскажи всё сама, - и он отвернулся, что-то обдумывая. Вот гад, всё-таки. Он тогда самое ужасное снова свалил на меня. И я опять, кое-как, но всё-таки рассказала почти сестре о своей проблеме и она, почти так же, как и Клаус, задумалась. Они что, задачу какую-то решают? Я тут умираю, а они думы думают! Как же я была зла. Ох, я даже не обратила тогда внимания на появившегося призрака. Благо он был миролюбивым, поэтому он почти сразу же и исчез. - Вспомнила! - радостно заявила Майклсон, подняв руку вверх. - У тебя месячные, милая! Я не так давно читала про это в журнале, и, если я не ошибаюсь, то это явление значит, что теперь твой организм вырос и ты можешь иметь детей, - на этих словах она как-то недобро покосилась на стоящего к нам спиной гибрида, а после снова устремила взгляд голубых глаз на меня. - Теперь каждый месяц будет идти кровь. Не волнуйся, всего пару дней, - и она снова улыбнулась, а потом взглянула на белое полотенце, которое слегка испачкалось. - Кол! - кажется, мы всполошили весь дом, так как вместо одного Кола, которого позвала Бекка (если бы я знала зачем, я бы её остановила. Не знаю как, но остановила), пришёл ещё, как всегда спокойный, Элайджа. Он окинул меня взглядом, после чего испытывающие посмотрел на Ребекку. - Чего надобно, сестрица? - усмехнулся шатен, вваливаясь в кабинет. - Вали в магазин, братец, - девушка усмехнулась. - У нашей маленькой Марти началась менструация. Ей нужны прокладки, - я залилась румянцем, когда на меня все посмотрели. Чёрт-чёрт-чёрт, единственным желанием у меня было провалиться сквозь землю и не видеть никого. Как Майклсон так легко говорит об этом? Лично я бы не смогла нормально сказать это. - А чего это я? - протестующе заголосил кареглазый. Актёр хренов. - У меня что ли крови много? - он усмехнулся, а я, казалось, покраснела ещё сильнее. Чёртов Майклсон. Знает же, как вогнать в краску. - Ну тебе тяжело, что ли? - Ребекка зло уставилась на младшего брата, скрестив руки на груди. Про меня, кажется, все забыли. Нет, ну а что? Я как маленький гриб среди сосен стою. Даже Беккс на тот момент я доставала едва до плеча. Что уж говорить про мужчин этого семейства? - Да сложно! Тем более, я пьян! - всеми силами упирался брюнет, стараясь не смотреть в глаза сестры, которые на данный момент метали молнии. - Когда это тебя останавливало? - фыркнула блондинка, прожигая парня взглядом. А мне холодно, да. Вода уже стекла, образовав подо мной лужицу. Кожа покрылась мурашками, ведь коротенькое полотенце вовсе не греет. - А ещё я хочу есть... И спать, - парень принялся загибать пальцы. - А больше ты ничего не хочешь? - ехидно поинтересовался очнувшийся Клаус, смотря прямо на брата. Кто-нибудь! Ау, обратите на меня внимания! Да вашу ж мать! - Хочу, но в присутствие детей об этом не говорят, - пошленько так отозвался младший из Майклсонов. Я улыбнулась. Живя с ними, я в свои двенадцать прекрасно знала, что такое секс. Кол постарался. Года два назад он провёл лекцию, как приятен секс. А про месячные мне упоминать нужным не сочли. Идиоты. - Если ты не принесёшь то, что сказала тебе Ребекка, - сказать слово "прокладки", лично у меня язык не поворачивался. - Этот самый ребёнок сделает так, что ты больше никогда ничего не захочешь, - наконец, на меня обратили внимание. Три пары удивлённых взглядом. - И ещё мне холодно, - я надулась и поправила съезжающее полотенце. И вообще, я чувствовала себя крайне неудобно. Это не пять лет, где ты голышом бегает по дому (о, Боже, после того, как Клаус, наперекор с Колом рассказали мне это, а это было лет пять назад, я стала их ужасно стесняться), а довольно взрослый и, как я поняла, созревший подросток. И формы у меня уже тоже начали проявляться. - Клаус, ты плохо действуешь на Марту! - Кол расхохотался. - Она перенимает твои маньяческие замашки, - он подошёл ко мне и потрепал по голове. Если бы я не держала чёртово полотенце, я бы врезала этому придурку, но так мне оставалось лишь стоять и прожигать друга/брата взглядом. - А взгляд ты от Ребекки переняла, да? - он снова усмехнулся. Чёрт возьми. - А от своего любимого Кола есть что-нибудь? - Конечно, - я улыбнулась. Он сам захотел. - Твои уроки по самообороне не прошли даром, Колушка, - и я со всей дури наступила на его ногу, буквально попрыгав на ней, после чего толкнула локтём в живот. Не ожидавший такого вампир согнулся, держась за живот, смотря на меня карими глазами. - Вот чертовка, - проговорил молчавший до этого Элайджа и даже (!!) улыбнулся. - Ты же пойдёшь в магазин? - всё так же мило и невинно интересуюсь я, стараясь не дрожать от холода. - Эх, гори оно всё синим пламенем, - протянул шатен. - Ладно, я иду, но с тебя дуэль, - он разогнулся и посмотрел на меня. - По рукам, - я улыбаюсь, после чего расталкивая Древних, несусь в свою комнату, стараясь не упасть на поворотах. - Типичная Майклсон, - уже в комнате услышала я, после чего вновь залезла под тёплые струи воды." Дааа, хорошие были времена. Даже тогда я не так боялась, как сейчас. Какой-то панический страх снова и снова сковывал душу. - У меня нет права на отказ? - жалобно-жалобно поинтересовалась я, как бы так между делом. - Это является дурным тоном, забыла? - просто до невозможности иронично откликнулся Клаус. Прав же ведь, черт возьми, как всегда прав. Манеры - это единственное, на чем меня можно подловить. Правда, при условии, что я не особо приличный человек, это выглядит несколько странно... Хотя нет, это выглядит чертовски странно. Я могу послать или ударить не понравившегося мне человека, при этом сохраняя к нему уважение. Вся в Майклсонов. И Клаусу надо еще сказать огромное спасибо мне. Помнится, меня Ребекка как-то научила шикарному способу отшивания парней. И если бы я сейчас протестировала его на Нике... Наверное, это было бы больно. Очень. По-крайней мере, тому вампиру, на котором Бекка мне и показывала все это, было очень больно. И он умер, как бы это внезапно не прозвучало. - Тогда, я с радостью принимаю ваше приглашение, мистер Майклсон, - просто с невообразимым пафосом заявляю я. И при этом, снова молчу о том, что танцор из меня довольно-таки бездарный. Ну, ничего. Если вдруг отдавлю ему ноги - извинюсь. Наверное. Тот же Элайджа как-то пытался научить меня танцевать вальс, кажется, но в итоге сразу же отбросил эту затею. Ибо на ноги я наступаю мастерски, даже первородные ощущают. Но, видимо, сегодня мой день, ибо танцевала я более или менее сносно. Все-таки наступила несколько раз Клаусу на ноги, но тот, кажется, будто даже не заметил этого. Хотя, черт его знает. С каждой секундой, я все больше и больше удостоверялась в том, что я ничего толком не знаю о блондине. Кроме, пожалуй, совсем уж очевидных фактов. Например, он вампир с жуткими маньяческими наклонностями. Бывает диктатором. Но одновременно с этим любит свою семью, хотя и затолкал их всех по гробам. Я уже давно успела уловить, что семейные узы и любовь у Майклсонов несколько странные. Поправочка - очень странные. Так, далее. Клаус довольно-таки скрытный. Не такой легкомысленный и взбалмошный, как мой яро обожаемый Колушка. Еще, я ненавижу этот его взгляд, которым меня награждают сейчас. А последнее - любого, кто причинит мне хотя бы малейший вред, он убьет. Жестоко и мучительно. Тот случай с куклой-вуду и Кэролайн слишком ярко указывает на все это. Как бы вскользь, Кол упоминал, что совсем недавно, еще до своей якобы "смерти" Клаус довольно сильно симпатизировал этой уже умершей блондинке. Подарки ей дарил, платья, лошадок рисовал, от смерти даже спасал. А в завершение своего рассказа, парень выдал, что очень уж подозрительно по его мнению выглядит это неожиданное убийство. Я тогда с радостью отправила его к черту. Ничего это не значит, абсолютно ничего! Клаус явно не испытывает ко мне ничего, кроме чисто родственных чувств. Это была простая защита, ничего более. Да и я тоже отношусь к нему как к близкому родственнику... Боже мой, Марта, прекрати обманывать саму себя же! И все-таки, после такого секса по пьяни, наши отношения определенно изменились. Только я отчаянно не могу понять - в чем. Мне по зарез нужно кое-что проверить. Словно как ни в чем не бывало, я чуть приподнялась на носочках (и все равно, я как и была маленькой, такой и осталась, черт возьми) и легко коснулась губ Клауса своими. Правда, буквально через несколько секунд, этот поцелуй стал гораздо жарче и все это было частично по моей инициативе. Всего лишь на некоторое время, пришлось отключить почти все мысли и полностью сосредоточиться на ощущениях от поцелуев. Конечно, конечно. Все было слишком очевидно и предсказуемо. Те самые знаменитые бабочки в животе, о которых так обожают говорить томные влюбленные барышни, идиотская, непонятно откуда взявшаяся во мне нежность и внезапное желание. Черт возьми! Словно ошпаренная, я отскочила от первородного и резко опустилась на диван, трясущимися руками с трудом налила себе вина и залпом выпила весь бокал. Когда рядом внезапно присел Клаус, меня не хватило ни на что, кроме как безжизненно шепнуть: - Уйди, упырь. Ага, если бы. Вместо этого, он самым наглым образом взял меня за руку. Лишь на несколько мгновений, пальцы первородного задержались на моем запястье и на двух старых, уже побелевших от времени шрамах. Ухмыляется. Конечно, явно же ведь прекрасно помнит, при каких обстоятельствах я их получила. - Помнишь? - словно как ни в чем не бывало, интересуется мужчина. - Помню, - эхом откликаюсь я. Говорят, что у людей с холодными руками теплое сердце. Ну, что же, тогда Клаус у нас просто сама доброта. Я. Не. Хочу. Ни. В. Кого. Влюбляться. Любовь - это самое глупое чувство на земле. Самое бессмысленное. Оно сводит человека с ума, и сначала, все вроде бы хорошо. Но потом, обязательно что-то случается и вот, результат - сердце разбито, все плохо и отвратительно. Я прекрасно знаю, со мной уже так случалось. Я осознала, что любовь глупость в четырнадцать лет... "Я сижу, прислонившись спиной к холодной плитке и самым позорным образом вою, скулю, словно самая настоящая собака, которую бросил хозяин. Мне больно. Мне просто до невозможности больно. Маленькая, глупая девочка, которая поверила одному парню, а в итоге получила разбитое на мелкие кусочки сердце. Меня бросил парень, в которого я была влюблена больше своей жизни. Просто, встретился со мной и, словно как ни в чем не бывало, сообщил, что мы расстаемся. И ушел. Первые десять секунд, я искренне не верила, что это все может быть правдой. А потом, осознание тяжелым грузом легло на плечи. И вот, я вернулась домой. Благо, что никого из Майклсонов здесь не наблюдалось. Ребекка бы начала меня отчитывать, Кол сначала поржал, а потом сообщил бы мне, что они с Элайджей давно не ходили по гостям и надо бы посетить "горе-любовника". Клаус бы сначала присоединился к нотациям Бекки, а затем начал бы меня успокаивать. Да только сейчас, сделать это было бы очень трудно. Не нужны мне его утешения, мне ничего от Майклсонов не нужно! Безумная мысль внезапно посетила мою огненно-рыжую голову. Я не хочу жить без Рика, не хочу. С трудом, я приподнимаюсь со своего места и беру в руки бритву - не знаю даже, чью, собственно, сейчас это не так уж и важно. Да и не нужна мне она сама, я больше нуждаюсь в лезвии. Медленно, словно в замедленной съемке отсоединяю его. А потом, делаю самый безумный поступок в своей жизни - медленно провожу лезвием по венам, вдоль, чтобы наверняка. Затем еще один. Это больно, причем довольно сильно. Но через несколько секунд, это ощущение проходит и я уже откровенно наслаждаюсь тем, как кровь медленно стекает по слишком бледной коже. По-хорошему, надо бы залезть в ванную, включить теплую воду и готово. Но мне даже сил не хватает, чтобы пошевелиться. Кровь течет как-то слишком сильно. Кажется, в обоих случаях я все-таки задела вену. Внезапно. Я ведь даже и не предполагала, что смогу сделать это. Внизу раздается хлопок входной двери. - Я дома! - довольно громко сообщает Клаус. Затем, его шаги слышатся уже на лестнице. Стук в дверь, которую я все-таки додумалась закрыть. - Я же ведь слышу, что ты там, Марти, - словно как ни в чем не бывало, сообщает первородный. Я глубоко вдыхаю. Сначала, это было даже приятно. А сейчас - мне страшно. Мне безумно страшно за себя. Ты жалкая, Марти. Даже умереть не можешь. Глаза медленно закрывались... До меня далеко не сразу дошло, что Клаус, вроде бы, от двери даже и не ушел. Он там, определенно. Но молчит отчего-то. А ведь... Клаус может почувствовать запах крови. - Открой дверь, Марти, - с легкими нотками злобы произносит вампир. - Открой дверь или я ее сейчас вынесу! - а вот сейчас, он действительно злится. Я бы открыла. С радостью открыла, потому что уже как-то расхотелось умирать. Жизнь оказалась для меня гораздо дороже, чем я ожидала. Но у меня элементарно сил нет пошевелиться. Перед глазами все плывет, кажется, я скоро отключусь окончательно. - Клаус... - жалобно всхлипываю я. Дверь с грохотом слетает с петель. Через несколько секунд, передо мной оказывается Клаус. С невообразимым гневом, он смотрит на кровоточащую руку. Через странную пелену, я все-таки различаю его лицо. Я знаю, как выглядят вампиры, которые увидели кровь и хотят напасть. Клаус определенно не хотел. - Что же ты делаешь с собой, дурочка?... - едва слышно интересуется вампир. Я лишь немного прикрываю глаза. А затем, в рот внезапно хлынула кровь. Конечно, это же ведь лучший способ для почти мгновенного исцеления..." Какой же я глупой тогда была... Да и сейчас я, по-моему, лучше не стала. - Надеюсь, больше такого не будет, - очень тихо, почти неслышно, говорил гибрид, пальцами проводя по шрамам, продвигаясь выше, вычерчивая непонятные круги. Руки в том месте покрылись мурашками, а в комнате, казалось, замерло время. Лишь часы отбивали вечный "тик-так". Я не могу разобраться в себе. В своих чувствах, эмоциях. Мне хорошо рядом с ним, но столько лет общения друг с другом, как брат и сестра - дают о себе знать. И вот, холодные пальцы уже добрались до плеча, как неожиданно романтическую атмосферу прервал звук вибрирующего телефона. Кто может звонит в... Беглый взгляд на часы и я пребываю в шоке. Уже девять вечера! Время несётся с неимоверной скоростью. Как-то странно вздохнув, Клаус достал мобильник и посмотрел на дисплей. Вообще, я, собственно, всегда отличалась особенным любопытством, поэтому, просто не могла устоять и не посмотреть на экран вместе с первородным. И именно в этот момент я поняла, что просто до невозможности офигела. Появилось прямо-таки неожиданное желание закричать. Знаете, чье имя было написано на дисплее? «Софи». Та самая недорыжая официантка из кафе. - Отлично, - не сдержавшись, ляпнула я. Отрежьте мне язык кто-нибудь, пожалуйста, очень-очень прошу. – Просто отлично, - с уже большим ядом повторила я. - Что-то не так? – непринужденно-непринужденно так поинтересовался Никлаус. Ага, черт возьми. Все просто прекрасно, что ты. - Или ты хочешь сказать, что эта швабра из кафе просто ошиблась, когда звонила кому-либо, а ее номер в контактах оказался у тебя случайно? – сквозь зубы прошипела я. Надо же – вроде все так хорошо начиналось. - Марти… - Да, Клаус, я истерю! Потому что, мать твою, я ревную тебя к этой гребанной проститутке! Стоп. Что я только что сейчас сказала?