Одним словом

Луффи всё же пробрался ночью в женскую каюту, откуда в итоге был выставлен под крики, удары и россыпь далеко не ласковых сравнений. Потирая появившуюся несмотря на резиновое тело шишку, он так и уселся под дверью. Уходить он не собирался. Тем более что Нами ещё не закончила свою тираду. — И за то, что видел меня в нижнем белье, с тебя теперь сто тысяч белли! — наконец прозвучало последним аккордом. По голосу было заметно, что Нами уже выпустила пар и даже немного раскаивалась, что была излишне груба. Но просить прощения не собиралась. Виновата-то во всей этой ситуации не она! — Ты столько же требовала в Алабастре, — припомнил Луффи. — Но тогда ты была совсем голой. Почему-то только сейчас тот эксцентричный поступок в королевских банях показался Нами смущающим. — В этот раз ещё наценка за то, что увидел без моего разрешения. И вообще, ты ещё за прошлый раз так и не заплатил! — Заплачу, — безропотно согласился Луффи. Нами, устав кричать на закрытую дверь, села на пол и прислонилась к ней спиной. — Зачем ты вообще ко мне мне полез? — тихо, едва слышно тому, кто за стенкой. — Тебе же не нравится спать одной. — Я всего лишь привыкла спать вместе с кем-то. Ничего больше. Я и одна поспать могу без проблем! Повисла тишина. Но разговор не казался законченным, и его участники так и продолжали сидеть рядом, пусть и по разные стороны от стены. — Больше не заваливайся ко мне без спроса, — наконец произнесла Нами, подразумевая, что в следующий раз Луффи может получить разрешение. — Ладно, — согласился Луффи, решая, что в следующий раз просто не пустит Нами в каюту, если там ей предстоит ночевать одной.