Meow

Громко простонав в ответ на укус Микки, Галлагер сильнее сжал пальцы на боках гибрида, оставляя несколько следов-полумесяцев на покрытой мурашками коже, прижимая парня ближе и углубляя поцелуй, кончиком языка лаская верхнее небо урчавшего брюнета, наклоняя голову и мелко дрожа. Воздуха катастрофически не хватало, но Йен не мог отстраниться – вылизывая рот ушастого изнутри, рыжий потирался возбужденным членом, скованным тканью боксеров, о низ живота партнера, получая ответные движения навстречу и утробное мурчание, щекотавшее язык и возбуждающее животные инстинкты. Толкнув Микки к кровати, на секунду разорвав поцелуй, чтобы глотнуть кислорода, Галлагер последовал за ним, вновь спаивая два горячих тела в единое целое, вжимаясь в напряженную фигуру хвостатого и целуя его с удвоенной страстью и желанием. Падение не было болезненным, но холод простыни обжег раскаленную спину первым прикосновением, выгибая тело голубоглазого молодого человека дугой и заставляя стонать. – Блять, хвост, – прорычал гибрид, приподнимаясь на локтях и останавливая взглядом забирающегося сверху на него Йена, тут же уловившего намек на причиненный дискомфорт и позволившего ушастому освободить зажатый между спиной и матрасом отросток, принимая сидячее положение. Располагая колени по обе стороны от брюнета, студент удобно устроился на его бедрах, напряженной и увеличившейся в размерах мошонкой опускаясь на окончательно окрепший член Микки, несколько раз скользнув по нему яичками, благодарно принимая рожденные его движениями хриплые стоны, сцеловывая с покрасневших и припухших губ возможные просьбы остановиться или ускориться. Йен не хотел торопиться, но и прерваться в себе сил уже не нашел бы. Общая слюна, капли кислорода, разделенные на двоих, и царапающие мягкую плоть клыки – поцелуй набирал обороты, возбуждал и распалял прижатые друг к другу тела, к вспыхнувшей ярким пламенем страсти добавляя незамысловатое музыкальное сопровождение в виде отчаянных стонов и мерного урчания. Поднимая руки выше, очертив изгибы напряженных мышц и силуэты выпирающих под кожей костей, Галлагер обхватил пальцами шею хвостатого, впиваясь ногтями в бледную кожу и оставляя метки, выравнивая ритм скольжения костлявой задницы по бедрам брюнета, подчиняясь сильному хвату небольших ладоней на ягодицах, вынуждающих продолжать движение и увеличивать степень нажима. Язык Микки хозяйничал во рту рыжего, покоряя его собственный и наказывая за непослушание острыми краями клыков, отвлекая Йена от мысли сопротивления твердым членом, ощутимо вжимающимся в набухшие яички и взмахами хвоста, кончиком своим ласкающего шею студента и щекочущего чувствительную зону под ухом. Легкие Галлагера горели от недостатка кислорода, вынуждая, наконец, разорвать этот продолжительный поцелуй и переключиться на исследование других участков лица гибрида, увлажняя недавно выбритую кожу общим вкусом, слизывая остатки бальзама и постепенно приближаясь к человеческому уху, чтобы втянуть в рот его мочку, очертив предварительно кончиком языка изгиб раковины, слыша в ответ тихое: – Мяу, – благодарно издал кото-человек, запрокидывая голову и выгибаясь навстречу потирающемуся о него студенту, впиваясь в его ягодицы пальцами сильнее и заставляя остановиться, расположив твердый член в рыжем паху напротив своего собственного, понимая, что подобные манипуляции через остатки одежды приведут к преждевременной разрядке, если Галлагер решит и дальше трахать его ухо своим языком. А намерения студента осуществить обозначенное были довольно прозрачны – выпуская изо рта покрасневшую мочку, Йен вновь толкнулся вглубь ушной раковины, оглушая Микки влажным чмокающим звуком, заставляя вздрогнуть и громко прорычать, в одно движение меняя позиции тел на кровати. Резко разворачиваясь и повалив рыжего на матрас, хвостатый позволил ему подтянуть ноги и забрался верхом на худощавую фигуру, усаживаясь на живот и наклоняясь, желая получить новую порцию поцелуев или перехватить инициативу. Губы студента гостеприимно приоткрылись приближающимся губам брюнета, но Микки лишь быстро прикоснулся к мягкой розовой коже и последовал дальше по запланированному маршруту, оставляя несколько коротких поцелуев-укусов на остром подбородке и спускаясь лаской ниже, облизывая выпирающие кости ключиц и оставляя ярко-фиолетовый засос на бледной коже ямочки между ними. Маленькие горошинки сосков Галлагера стали следующей жертвой хищника, поочередно втянувшего в рот каждый и прикусившего их, пропуская по напряженному телу, украшенному конопушками, мощную волну возбуждения и заставляя молить: – Еще, пожалуйста, – прохрипел Йен, выгибаясь на матрасе, самостоятельно подаваясь навстречу улыбнувшемуся рту, прося гибрида повторить сладкую пытку, и не подозревая раньше, насколько эта крохотная часть тела была чувствительна к ласкам. Посасывая твердую точку и сжимая двумя пальцами вторую, Микки довольно промурчал, прижимая кошачьи уши к макушке, и прикрыл глаза от удовольствия, чувствуя длинные пальцы, зарывшиеся в его волосы и царапнувшие основание мохнатого хрящика. Вдоволь наигравшись с сосками рыжего, едва не откусив один из них, когда Галлагер решил сжать его черное ухо ладонью, гибрид устремил хвост к потолку и пополз по кровати дальше, метя кожу живота студента слюной и приближаясь к резинке его светлых боксеров, удовлетворенно отметив затуманенным взглядом небольшое мокрое пятнышко над головкой члена, удостоверяясь в правильности всех свершенных манипуляций и принесенном ими партнеру удовольствии. Оттягивая резинку трусов и освобождая дернувшийся в нетерпении розовый орган, брюнет жадно облизнулся, мысленно представляя тяжесть того на своем языке, но в реальность фантазии воплощать не стал – факт того, что поцелую клыки не мешали, еще не означал, что толстый и твердый член рыжего сможет избежать травм, реши хвостатый побаловать студента минетом. Небольшое замешательство Микки напротив освобожденного от оков ткани стояка привлек внимание зеленых глаз, быстро моргающих после продолжительного пребывания в закрытом состоянии в желании рассмотреть происходящее в районе паха. Но спросить о причинах остановки Галлагеру ушастый времени не дал. Освобождая Йена от своего веса, брюнет указал тому взглядом на застрявшие на полпути боксеры, усмехнувшись скоропостижности подчинения и ликвидации последнего предмета одежды, и вновь занял прежнюю позицию, на этот раз потянув студента на себя за руку в просьбе сесть и чуть раздвинуть ноги, острыми косточками таза теперь располагаясь на матрасе меж его раскрытых бедер. Возбужденные члены соприкасались головками, стремясь навстречу друг другу, пока темно-зеленый смешивался с небесно-голубым, соединяя две пары глаз долгим взглядом, окончательно разрушившим все сомнения и границы контроля, в последнюю секунду перед возобновленным поцелуем позволяя рыжему тихо прошептать: – Кс-кс-кс, – позвал Галлагер, подаваясь вперед и накрывая губы гибрида своими, толкаясь вглубь открывшегося в желании озвучить угрозу рот языком, глуша возможные слова протеста ладонью, обхватившей два члена и медленно заскользившей к основаниям стволов. – Ты совершенно сухой, – надавливая подушечкой указательного пальца на тугое колечко мышц заднего прохода гибрида, обреченно выдохнул Йен, снижая степень нажима в страхе причинить Микки боль. – Бля, ты думал, я постоянно теку, что ли? – получая в ответ новый укус в плечо и недовольное фырканье ушастого парня, стоявшего на коленях над его бедрами. – Прости, – смущенно прошептал студент, мысленно коря себя за забывчивость, только сейчас воспроизводя в памяти строки прочитанных статей о природе нового вида. – Смазка есть? – но хвостатый большого значения розовым щекам не придал. – В аптечке, – а вот недоступность лубриканта его напрягла. – Ну, пиздуй, – падая на бок и освобождая Галлагера для непродолжительного путешествия, распорядился ушастый, переворачиваясь на живот и разводя ноги, устремляя кончик хвоста к потолку и оттопыривая задницу, подобной позой придав неслабое ускорение долговязой фигуре, запутавшейся в собственных ногах на пути к рабочему столу. Уже через несколько секунд вернувшейся к кровати в сопровождении пластмассовой баночки и упаковки презерватива. – Ну, и хули ты там встал? – поинтересовался брюнет, повернув голову к рыжему и дернув хвостом, кончиком мохнатого отростка проведя по бледной груди, рождая на коже новую порцию мурашек и заставляя вздрогнуть. – Сейчас хотя бы не тормози, – усмехнулся он, зарываясь носом обратно в подушку, чуть приподнимая таз и выгибая спину, обеспечивая тяжело сглотнувшему парню легкий доступ к сокращающемуся в ожидании отверстию. Вот только увиденная картина не позволила Йену сразу перейти к его покорению, вынуждая, все же, забраться на кровать, но тюбик с презервативом пока отложить в сторону, намереваясь сначала покрыть поцелуями каждый открытый сантиметр кожи гибрида, еще не изученной им до конца, но такой манящей. След за следом, метка за меткой украшали линию позвоночника и ребра Микки, рождая в груди тихие стоны вперемешку с утробным урчанием, заглушенными пуховой подушкой, атакованной клыками и пальцами, сминающими наволочку, намекающими о приближении границ терпения. – Ты можешь уже к делу приступить, а? – пересечение которых было озвучено вслух. – Или ты будешь сиськи мять, пока мой анус сам тебя не попросит? – недовольно проворчал ушастый, обвивая шею выпрямившегося на коленях меж его разведенных ног Галлагера хвостом, подаваясь назад и подставляясь под решительные действия. Громко вскрикнув в темноту комнаты «мррряу», когда рыжий, наконец, открыл тюбик и, выдавив небольшую порцию смазки на указательный палец, надавил им на напряженное колечко, погружаясь первой фалангой внутрь. – Давай, – соскользнув с трех пальцев Йена, довольно продолжительное время разрабатывающих и растягивающих тугое отверстие, приказал брюнет, вставая на четвереньки и оборачиваясь на тяжело дышавшего за его спиной парня, мечущегося взглядом между измазанной лубрикантом ладонью и оставленной на матрасе упаковке с презервативом. – Не надо, – предвосхитил движение руки студента Микки, мотнув головой на блестящий квадратик, не желая видеть третьего участника в своей постели. Коротко кивнув ушастому, Галлагер выдавил новую порцию смазки на пальцы и обильно увлажнил изнывающий в нетерпении и измученный длительной подготовкой член в рыжем паху, едва не кончив от первого прикосновения ладони к перевозбужденному органу и единственного взгляда на сокращающуюся блестящую дырочку гибрида, вновь атаковавшего пальцами подушку. – Ну же, епт, – дернул хвостом не отличавшийся терпением Микки, поведением своим сейчас напоминая Йену того похотливого кота двухнедельной давности, вытрахавшего из него все силы и соки, точно также подползая ближе и чуть ли не самостоятельно насаживаясь на смазанный член. – Подожди, а то будет больно, – прохрипел рыжий, переступая коленями по матрасу и аккуратно подаваясь бедрами вперед, прижатой к анусу головкой проталкиваясь сквозь тугое кольцо. – Скажи, если... – Фррряу, – но брюнет смог издать лишь это. Зажмурив глаза и обнажая клыки, чувствуя приятную боль растяжения и долгожданное давление твердого органа на стенки заднего прохода, хвостатый позабыл все слова и буквы. Медленно двигаясь вперед, миллиметр за миллиметром погружаясь в Микки, Галлагер крепко сжал зубы и пальцы на боках ушастого, чувствуя каждым нервным окончанием члена приятную влагу и теплоту, неведомыми усилиями блокируя скорое извержение, понимая, что все воспоминания об испытанных эмоциях во время секса с течным гибридом ни в какое сравнение не идут с теми, что проходят по его телу и окутывают сознание сейчас. Слишком туго. Слишком горячо. Слишком желанно. Тихо рыча на медлительность Йена, гибрид обернулся через плечо, надеясь крепким словом ускорить студента, но увиденное на конопатом лице выражение не позволило озвучить ни одного из возможных. Опущенные веки и чуть приоткрытые губы дрожали, выдавая хвостатому искренние эмоции рыжего парня, будто почувствовавшего желания партнера и резко подавшегося вперед, погружаясь в Микки до самого основания, вынуждая громко вскрикнуть и до крови закусить губу от разряда электричества, пробежавшего по телу и воспалившего каждое нервное окончание в момент прикосновения головки члена Галлагера к припухшей простате, а его бедер к ягодицам брюнета. – Микки, – сипло выдохнул студент, замирая, наслаждаясь теснотой и теплом едва ощутимо пульсирующих стенок, царапая ногтями кожу боков гибрида и поднимая веки, затуманенным желанием взглядом изумрудных глаз встречаясь с возбуждением в голубых, молчаливо приказавших ему двигаться. Влажные шлепки кожи о кожу и рваное дыхание раскачивающихся навстречу друг другу фигур сопровождали каждый новый толчок, дразня слух мелодией страсти и похоти, обрастая дополнительными нотами стонов и урчания, становясь прекрасным аккомпанементом развернувшемуся процессу. Скорость движения и глубина проникновения напряженного до предела члена рыжего в покрасневшее растянутое отверстие, крепко обхватившее его ствол, росли с каждой минутой, приближая освобождение соударяющимся при каждом толчке мошонкам, заставляя Йена вбиваться в брюнета еще сильнее и отчаяннее, погружаться глубже и кричать громче. Шерсть хвоста, расположившегося на плече Галлагера, щекотала шею и ухо, едва ли отвлекая внимание тяжело дышащего парня на себя, принося дополнительное удовольствие от стимуляции чувствительной зоны, разжигая небольшие костерки на бледной коже, незаметные на фоне бушующего в часто вздымающейся груди пламени. Наклоняясь и хватая гибрида за плечо, Галлагер попросил его подняться на колени, прижимая потную спину Микки к своей груди и зажимая мохнатый отросток между ними, в благодарность на смену угла проникновения члена и каждый новый удар его головки по простате получая утробное рычание из приоткрывшегося рта ушастого, повернувшего к нему голову. Молящий взгляд голубых глаз гипнотизировал и заставлял двигаться, невзирая на боль в уставших конечностях, в помощь себе пригласив пальцы брюнета, обхватившие бедро студента и задававшие ритм. Напряженная мошонка рыжего ударялась о яички Микки, добавляя ощущениям удовольствия от скользившего в нем члена новые краски, приближая долгожданный оргазм и увеличивая степень давления ногтей на бледную кожу Йена, лишая хвостатого возможности мыслить здраво и соображать трезво. Запрокидывая голову на плечо партнера, гибрид громко простонал в потолок, получая новые удары по чувствительной точке, закусывая губу и травмируя розовую плоть, сильнее выгибаясь в спине для поддержания угла проникновения, и окончательно потерял связь с реальностью, когда тонкие бледные пальцы отпустили ребра и обхватили его подрагивающий в паху член, начиная надрачивать измученный ожиданием орган. Подстраивая скорость движения ладони на члене брюнета под равномерные глубокие толчки вглубь него, Галлагер чуть повернул голову, зарываясь носом в короткие волоски над человеческим ухом гибрида, большими глотками вдыхая запах собственного шампуня и чуть толкнул Микки от себя, возвращая его обратно резче, проникая максимально глубоко и ударяя членом по простате сильнее, теряя все возможные мысли на просторах затуманенного желанием мозга. Член Йена растягивал и растрахивал покрасневшее отверстие, ладонь скользила по дрожавшему стволу, а дыхание его оглушало – получая очередной шлепок бедрами по заднице, удар мошонки по яйцам и головки в скопление нервных окончаний, брюнет понял, что сдерживаться он больше не может, и открыл было рот, чтобы сообщить о приближении оргазма партнеру, но острые зубы, ухватившие его кошачье ухо и прикусившие покрытый черной шерстью хрящик не позволили из многообразия звуков выбрать ничего, кроме: – МЯУ, – кончая в кулак рыжего, простонал Микки, сильно сжимая продолжающий вдалбливаться в него твердый орган, сокращаясь вокруг него и стимулируя приближение разрядки, прорывая бледную кожу бедра Галлагера ногтями и собственную нижнюю губу клыками. Чувствуя наполняющую его горячую сперму, оросившую пульсирующие стенки мощной струей под протяжный стон еще сильнее стиснувшего зубы на кошачьем ухе Йена, выбитого из реальности сокрушительной волной прокатившегося по телу оргазма.

***

– Пиздуй к двери, – отталкивая рыжего от себя, потребовал Микки, морщась от капель воды, меняющих направление движения при встрече с долговязой фигурой, пытающейся пробраться к нему под душ, и летевших теперь в лицо, – стой на стреме. – Три часа уже, все спят давно, – по-хозяйски притягивая гибрида к себе и вместе с ним шагая под теплую воду, улыбнулся в ответ Йен, весело рассмеявшись фырканью расстроенного повтором банных процедур брюнета, наклоняясь и целуя поджавшиеся в недовольстве губы, слизывая кончиком языка с них пресные капли. Понимая, что спорить с твердыми аргументами Галлагера в виде крепких объятий бесполезно, Микки чуть приоткрыл рот, впуская в него горячий язык, и уже самостоятельно сделал последний шаг назад, подставляя две макушки под струи душевой лейки, прижимая черные уши к голове, чтобы избежать попадания воды в слуховые проходы. Чувствуя небольшой дискомфорт при движении правого. Обещая самому себе в следующий раз тоже обязательно покусать Йена. И, вообще, у кого из них двоих тут клыки?

Tbc...