Meow

Несколько месяцев спустя. Тихая приятная мелодия раздалась над головой, оповещая спящих в объятиях друг друга молодых людей о начале нового дня, вынуждая Галлагера протянуть руку и отключить будильник, пока тот не успел увеличить своей громкости и напугать мирно посапывающего под его боком Микки. За время совместной жизни с гибридом, Йен научился просыпаться по первому движению трубки на подголовнике, легко отличая звук вибрации телефона от мерного урчания его хвостатого парня, служившего студенту личной колыбельной каждый вечер, с превеликим удовольствием пользуясь возможностью первым открыть глаза и встретить очередное утро легким поцелуем в макушку досматривающего свои сны брюнета. Щекоча губы о мягкие волоски в основании кошачьего уха Микки, Галлагер улыбнулся приятной расслабленности уставшего за трудовую неделю тела, едва ли успевшего отдохнуть за несколько часов сна этой ночью, чувствуя привычную тяжесть четырехухой головы на своей руке и пытаясь потянуться. – Мик, просыпайся, – позвал Йен недовольно фыркнувшего на пришедшую в движение костлявую подушку гибрида, освободившейся от телефона ладонью зарываясь в волосы брюнета и начиная почесывать его макушку, в ответ получая благодарное мурчание и легкий массаж груди пальцами хвостатого, родивший знакомую волну удовольствия, прокатившуюся вдоль позвоночника и убежавшую в пятки. – Фрррр, – выдохнул Микки в шею Галлагера, надеясь еще хотя бы пару минут попритворяться спящим, дергая черным ухом на каждое прикосновение к нему длинных пальцев студента и недовольно хмурясь необходимости вставать. – Доброе утро, – прошептал рыжий, целуя особо полюбившийся мохнатый черный хрящик, чувствуя губами оставшийся небольшой шрам у его основания, давно спрятавшийся в мягкой шерстке, но до сих пор служивший горьким напоминанием о тяжелых днях разлуки и скоропостижно принятых решениях. – Мрроборое, – промурчал в ответ гибрид, зарываясь носом в основание шеи студента глубже и жмурясь, отсрочивая момент пробуждения по максимуму, надеясь увеличившими свою крепость объятиями и пронизывающей каждую клеточку тела нежностью остановить ход стрелок часов и иметь возможность провести хоть еще немного времени в кровати с Йеном. Добиваясь своего и усыпляя Галлагера, как и в предыдущие несколько дней пару минут превращая едва ли не в час, обещающий обоим очередные опоздания на работы. – В полвосьмого буду, – надеясь наверстать потраченное на утренние няшканья время бегом, пообещал Йен, клюнув губы Микки торопливым поцелуем, и, поправив чуть задравшийся вверх козырек кепки брюнета, сорвался с места, пропадая за углом, возле которого они прощались в те дни, когда их рабочие графики совпадали. А Микки, рыкнув на недовольно поджавшего губы и скривишегося от представленного зрелища прохожего, развернулся на пятках и направился дальше по улице, пиная носком ботинка небольшой камушек, предвещая очередной трудовой день в компании болтливой подруги Мэгги и сотни бумажных пакетов, своим шуршанием так сильно отвлекающих хвостатого упаковщика супермаркета от его прямых обязанностей. Сосредоточившись на подсчете количества плиток, преодолеваемых камнем без новой порции ускорения от ботинка, Микки не смотрел вперед, о появившемся на дороге мохнатом препятствии узнавая лишь по неожиданно раздавшемуся злобному рычанию, оголившему клыки уличной дворняги, почуявшей запах приближающегося к ней кота и перегородившей дальнейший путь замершему без движения гибриду. – Блять, опять ты, – прошипел сквозь зубы Микки, чуть приседая и напрягаясь, чувствуя неприятного рода щекочущее ощущение от вставшей дыбом шерсти хвоста на коже спины и пробежавший по телу холодок от воспоминаний последней его встречи с этим помоечным монстром. Провожая взглядом падающие на тротуар с пожелтевших клыков капли слюны, гибрид осторожно покрутил головой по сторонам, ни на секунду не упуская из поля зрения рычавшую собаку, надеясь найти возможные пути к отступлению, но ни за что, кроме мусорных баков, до появления Микки исследуемых дворнягой, ему зацепиться не удалось. – Пшла отсюда, – шикнул на пса брюнет, особо не рассчитывая на результат и предвещая уже продолжительную погоню, мелкими шажками отступая назад, разочарованно признавая факт сковавшего его тело страха, не позволяющего сохранить лицо и вступить в бой с приближающимся к нему хищником, а из предоставленных к выбору вариантов выбрать любой другой, кроме позорного бегства. Раззадоренная охотой и болтающимся перед носом кошачьим хвостом собака громко лаяла и клацала зубами, пытаясь дотянуться до вновь избежавшего встречи с ее клыками гибрида, забравшегося на дерево и дразнившего гавкающую пасть своим средним пальцем, попутно набирая номер телефона сослуживицы, чтобы предупредить об очередном опоздании. – Алло, Мэг, здоров, – отламывая небольшую ветку и отправляя ее в непродолжительный полет до макушки взбешенной недоступностью жертвы дворняги, поприветствовал девушку Микки. – Что, опять? – раздалось в ответ из динамика телефона вместо ожидаемого «доброе утро» от кассирши, по громкому собачьему лаю с легкостью сумевшей определить причины звонка коллеги. – Ага, – фыркнул гибрид, недовольно дернув хвостом, лишь еще больше раздразнив его кончиком захлебывающегося лаем пса. – Я немного опоздаю, – сообщил он о вынужденной своей задержке, пытаясь прикинуть в уме, как долго ему придется просидеть здесь сегодня, вспоминая о двух часах ожидания, которыми окончилась прошлая его встреча с этой дворнягой. – Прикроешь? – Ладно, но давай быстрее, – согласилась Мэгги, едва сдерживая в груди щекотавший ребра смех, представляя себе в красках незавидное положение приятеля, уже, кажется, в третий раз за этот месяц опаздывающего на работу из-за натянутых отношений между видами. – Как только эта пизда свалит, сразу приду, – пообещал Микки подруге, бросив беглый взгляд вниз, поворачиваясь и перекидывая одну ногу через ветку, чтобы устроиться на ней удобней и облокотиться спиной о ствол. – Давай, – попрощался он с девушкой и поспешил сбросить вызов, делая вид, что не услышал последнего вопроса Мэгги, вдруг решившей попрактиковаться в сарказме: – Спустишься сам или пожарных вызвать?

***

Потратив оставшиеся до окончания рабочей смены Микки полчаса на то, чтобы пополнить запасы продуктов, Галлагер занял место в очереди на кассу, наблюдая за сосредоточенно упаковывающим продукты клиентов брюнетом, улыбаясь своему парню и медленно продвигаясь к ленте, в уме составляя меню сегодняшнего ужина и предвкушая дальнейший досуг, радуясь перспективе завтрашнего выходного, способного обеспечить паре продолжительный отдых после бурной ночи, а не привычные пару часов сна. – Бумага или пластик? – поинтересовался Микки, приветствуя очередную покупательницу, миловидной наружности женщину, стоявшую перед Йеном вместе со своим сыном. – Бумажный, – ответила клиентка, отпуская ребенка, чтобы достать из сумочки кошелек, а неугомонный мальчуган, лет десяти на вид, предоставленную матерью свободу тут же использовал по прямому назначению, начиная ворошить содержимое прикассового стенда, вымаливая у родительницы ту или иную вещь. – Маааам, – протянул парнишка, махая над головой ярко-желтой упаковкой, – купи мне ручку, – подсовывая женщине школьную принадлежность, попросил он, невинно хлопая глазами, надеясь, что за время путешествия по магазину та забыла о полученной им в школе «D». – Нет, – но мать, кажется, ранним Альцгеймером не страдала. – Ну, пожааалуйста, – заканючил мальчишка, рассматривая желаемую игрушку через прозрачную часть упаковки и карябая ногтем ее край. – Она с секретом, – сообщил он женщине, указывая на изображенный на обороте рисунок, новым аргументом рассчитывая добиться своего. – Купи. – Я сказала, нет, – но родительница была непреклонна. – Ой, – а сын не менее упрям, – сломалось, – «нечаянно» вскрыв упаковку и обеспечив себе тем самым покупку желанной ручки, он достал ее покрутил в ладони, радуясь своей легкой победе, и нашел пальцем небольшую кнопочку на металлическом корпусе, которая, в принципе, и интересовала его в первую очередь. – СиДжей! – возмутилась женщина, пытаясь отобрать у мальчугана новую игрушку, но неожиданно упавшая за ее спиной пачка яиц, растекшихся по металлической поверхности прилавка, заставила покупательницу вздрогнуть от неожиданности и резко обернуться на невысокого упаковщика в затасканной кепке, только что разбившего завтрак ее семейства. Внимательно следившего за скачущим неподалеку небольшим красным огоньком лазера, оказавшегося тем самым «секретом», спрятанным в колпачке письменной принадлежности. – Мяк, – раздалось из приоткрывшегося рта сотрудника супермаркета, уже успевшего выпустить свой длинный черный хвост из плена рабочей ветровки и пару раз качнуть задницей. – Мяк Мяк, – ознаменовало бросок вперед Микки, атаковавшего резво скачущую по прилавку точку под испуганный вопль покупательницы, никак не ожидающей, что в магазине на нее нападет хвостатое чудовище, и радостный смех паренька, быстро смекнувшего что к чему и решившего поиграть с котиком. Покрываясь ровным слоем розовой краски и пряча лицо в ладонях, не успевший вовремя среагировать Йен закусил нижнюю губу и зажмурился, вслушиваясь в звуки падения с прилавка все новых пачек и бутылочек, не сумевших устоять на местах из-за гоняющегося за своей жертвой гибрида, матерившегося на весь торговый зал, когда вместо желаемого яркого огонька его пальцы хватали лишь воздух. А подскочившая со своего места Мэгги громко расхохоталась, к воспоминаниям об утреннем инциденте добавляя новые картинки, значительно превосходившие те в яркости, ведь в этот раз девушка была непосредственным свидетелем проявления кошачьих повадок ее хвостатого друга. – Пиздец, блять, позорище, – повалившись на кровать и зарывшись лицом в подушку, пробубнил Микки, весь путь от работы до комнаты общежития, служившей ему домом вот уже почти год, сохраняющий молчание и запрещающий Галлагеру произнести хоть слово. – Да ладно те... – Мудак малолетний, – рыкнул гибрид, не позволив своему парню договорить, вспоминая расплакавшегося мальчугана, едва избежавшего встречи с когтями брюнета после того, как Йен отобрал у ребенка лазер, возвращая Микки способность соображать здраво. – Мик, ну, он же не знал, – попытался усмирить гнев хвостатого Галлагер, присаживаясь рядом и аккуратно дотрагиваясь до твердой спины гибрида, нежными поглаживаниями расслабляя наполненные силой мышцы парня и щекоча его ребра пальцами, улыбаясь коварной мысли обязательно воспользоваться припрятанной в кармане куртки указкой во время следующей течки Микки, обеспечив себе и своему достоинству несколько минут отдыха. – Да и весело было, – поделился впечатлениями рыжий, забираясь на кровать с ногами и залезая на брюнета, надеясь легким массажем окончательно прогнать из тела гибрида напряжение, а из четырехухой его головы задевающие честь Микки воспоминания. – Да, пиздец, как весело, – огрызнулся хвостатый, поворачивая голову, чтобы его было лучше слышно, и позволяя Галлагеру стянуть с себя футболку. – Особенно, когда ты этому сопливому пиздюку предложил потрогать мои уши, – недовольно фыркнул он, устраивая ладони под подушкой и кусая губы, надеясь еще хотя бы несколько минут построить из себя оскорбленного и униженного и не сбиться на благодарное урчание массирующим его плечи рукам. – Зато они оплатили половину ущерба, – с легкостью обосновал озвученное в магазине предложение рыжий, подметив удачное разрешение конфликтной ситуации, укладывая раскачивающийся из стороны в сторону перед ним хвост себе на плечо и наклоняясь. – И тебя не уволили, – прошептал в человеческое ухо гибрида он, прикусывая его мочку и следуя дальше. Нежными поцелуями в шею окончательно усмиряя рычавшего зверя, не сумевшего больше противиться своим ощущениям и тихо мурлыкнувшего в ответ, прикрывая глаза от удовольствия, отдаваясь во власть умелых рук и губ своего хозяина. Сжимая напряженные плечи ладонями, разминая мышцы и вдавливая пальцы в бледную кожу, Галлагер проследовал губами ниже, облизывая кончиком языка контуры выбитого на спине Микки орнамента, прогуливаясь от одной лопатки брюнета к другой по тонкому мостику татуировки, прикусывая зубами окрашенную черным кожу там, где когда-то он нашел несколько букв и цифр клейма, скрытого теперь новым рисунком. Конечно, Йену не нужно было визуальное подтверждение принадлежности его парня к определенной породе и кодированное описание его внешности, студент успел уже изучить каждую деталь любимого тела самостоятельно, но небольшая строчка, выведенная под лопаткой гибрида, навсегда отпечаталась в памяти рыжего, лично убедившегося в правильности присвоенных Микки кодов. Американская короткошерстная, поделившаяся с генетиками своей ДНК, наградила брюнета длинным сильным хвостом и парой торчавших на макушке острых ушек, оставляя в их давно общей кровати по утрам несколько мягких волосков угольно черной шерсти после подъема. А человеческая составляющая Микки дополнила образ гибрида небесно-голубыми глазами и крепкой фигурой, создавая идеально подходящего Галлагеру во всех отношениях парня с взрывным характером и кошачьими повадками, одной поздней ночью встретившегося ему на пути и навсегда оставшегося в его жизни. – Люблю тебя, – едва слышно прошептал Йен, заглушая тихое признание новым поцелуем между лопаток, прекрасно зная, что чувствительный слух мурлыкающего от удовольствия гибрида с легкостью позволит тому уловить пару искренних слов. Как всегда получивших взаимное: – Мяу. Я тебя тоже.

The End.