Зеркала

Такая синяя явь Разверзла пасть подо мной Земля доверчивая И протянула ладонь, А на ладони ты Идёшь на вечность войной И все со страхом глядят На твой хрупкий огонь... Татьяна «Квази» Голдина, «Воришка»

«Кодьяк» влетел в шлюз корабля Коллекционеров. – Добро пожаловать в пасть дракона, – ядовито прокомментировала Шепард. – Миранда, Анайя, прикрываете наш транспорт. Остальные — за мной! Приглушённый грохот прыжков почти заглушил скрежет выдвигающихся турелей. – Анайя, справишься с турелями? – Сьюзен пижонски зависла в десяти сантиметрах над палубой дека. – Я не смогу помочь, разворачиваюсь мордой к выходу. – Да, Сьюзен, – спокойно ответила Анайя. – А разве корабль... – А кто ж его знает, – отмахнулась пилот, точечными импульсами маневровых разворачивая шаттл. – Но если тут засада, я не хочу крутиться под огнём. Подберём десант и дёру. – У вас есть основания сомневаться... – В Цербере — есть, – оборвала старпома Иванова. – А если вы не хотите стать кляксой на местной переборке, не отвлекайте меня. Мне, знаете ли, жить хочется. Места в ангаре вражеского звездолёта на разворот хватало. В теории. На практике же Ивановой пришлось наклонить «Кодьяк» относительно пола и постоянно подрабатывать маневровыми, протискивая челнок между переборками. Пара минут сопровождающихся постоянным матом перемещений — и челнок встал как надо, носом к раскрытым створкам шлюза. – А теперь — танцульки, – мрачно произнесла Сьюзен. – Анайя, Миранда, где-то у нас были вышибные заряды... Вас не затруднит оснастить ими наш путь на волю? Так, на всякий случай. Судя по тому, что обе биотички выполнили просьбу молча — они либо сами заразились паранойей, либо горько сожалели о невозможности вызвать к Ивановой добрую доктора Чаквас с здоровенным шприцом успокоительного. Ожидание затянулось. Найденные десантной группой пустые капсулы, останки жертв и прочие радости обследования крейсера зомбированных предтеч оставили Иванову почти равнодушной — она отбоялась и отужасалась своё ещё тогда, когда читала составленную Лиарой Т'Сони справку. После радостного известия о том, что ты попала прямиком на обеденный стол к древним космическим ктулхам за пару-тройку лет до сигнала «кушать подано», бояться было уже странно. Во всяком случае — за себя. Когда «подбитый» крейсер проявил свою истинную сущность, Иванова действительно испугалась — потому что не могла пробить дырку к позиции десанта. К счастью, очень быстро подвалили хаски всех видов и собственно Коллекционеры — так что хватило на всех. Пока Миранда и Анайя работали биотикой по техническим люкам, Сьюзен держала главный коридор, ведущий вглубь крейсера, под постоянным огнём турелей челнока. – Да когда же вы, суки, кончитесь?! – матерный по интонации крик Шепард был полностью созвучен эмоциям самой Ивановой. Суки не кончались — по самым грубым прикидкам, турели уже перемололи около полутысячи единиц «мяса», но коридор всё ещё был забит хасками и жуками — тоже хасками, в общем-то... – Девчонки, на борт, – Ивановой всё надоело. – Кэп, в главный коридор подхода минуты три не суйтесь. Я тут прокручу зомбакам парочку новых дисков... Под сочувственно-нецензурные вопли всех (а в особенности Джек) Иванова навела сопла маршевых двигателей на забитый электрозомби коридор. – Лучей добра и счастья вам, уроды, – озверевшая женщина плавно отжала клавишу активации — и коридор заполнило пламя температуры, сравнимой со звёздной. Трёх тысяч по Цельсию никакие Коллекционеры не выдержали. А хлынувший затем из сброшенных запасных баков охладитель добавил радости, сделав переборки хрупкими — перепад температур и не на такое способен. – Гулять подано, Джейн, – на губах Ивановой цвела маниакальная улыбка старого пилота. – Только быстрее, пока тут переборки не начали рушиться. – О'кей, Сьюзен-пулемётчица, – нездоровый энтузиазм в голосе Шепард прямо-таки плескался. Вровень с адреналином. После старта прямиком из-под выстрелов ГК линейного крейсера, после скандала с работодателем, после доклада Джокера о проблемах в системах «Нормандии» – после всего этого Шепард хотелось только нажраться. Как последней наёмнице с «Омеги». Как выяснилось, не одной ей пришла в голову идея напиться — Иванова уже сидела в «баре», пытаясь взорвать вглядом стакан с чем-то крепким. – Джейн? Красивый глубокий голос пилота был каким-то потухшим. – Что ты тут глушишь? – Шепард бесцеремонно рухнула на диван рядом с Ивановой и перехватила стакан. – Ракетное топливо, – безразлично ухмыльнулась Сьюзен. – Две части спирта, одна — портера и одна джина. И даже не забирает, собака страшная... Рецепт «коктейля» на несколько секунд лишил бесстрашную Спектра Шепард дара речи. – Сьюзен, ты... Иванова меланхолично набулькала себе новый стакан убойной жидкости. – Я. Джейн, ты знаешь, я влипла так, как не влипала никогда. Талия была телепаткой и жертвой идиотских экспериментов грёбаного Пси-корпуса, но она хотя бы не была моим командиром. А ещё она не лезла в каждую заварушку в радиусе тысячи световых лет. А ещё... ...Шепард сидела, обняв Иванову за плечи, и слушала. Слушала историю нелегальной телепатии, не имеющей шансов на продолжение любви, идиотской войны между остроконечниками и тупоконечниками... то есть Ворлонцами и Тенями, перманентного бардака на межвидовой дипломатической станции — и желания одной красивой девушки что-нибудь интересное сделать с другой красивой девушкой. Полностью взаимного желания, если уж честно. – Пойдём в лифт, – прервала этот поток эмоций Шепард. – Если ты, конечно, не собираешься подниматься в мою каюту по техническим проходам...