Полицейская (основная история)

Говорят, что похоть - является самым пленительным пороком из всех. Потому, что заманивает в свои сети весьма осторожно и неторопливо. Но, все же заманив свою жертву в самую середину, не отпускает более. Так как, познав похоть во всех глубинах, жертва не желает более никуда уходить. Ибо этот грех дарит ей лишь удовольствие и ничего кроме. Что я, признаться, и ощутила в этот момент на своей шкуре, со всей чёткостью понимая, что мне не хочется никуда уходить от рыжей. Не хочется останавливаться. Вовсе не потому, что я должна расплатиться с нею за свой оргазм, и не потому, что это будет красиво. А потому, что хочу. Потому, что на эту ночь я забыла о своей Кесси. И совсем не хочу вспоминать о ней. Так просто и пошло одновременно. С немного коварной ухмылкой я опустилась на рыжую сверху, чувствуя под ладонями её обнажённое тело. Желая этого тела, как мало чего в этой жизни желала. И забывая. Наверное, обо всем на свете. О своём долге. О своём слишком уж долгом, вылившимся в года одиночестве. Об ужасном убийце. Я забывала это. Отдаваясь своей собственной похоти, утопая в ней, пока целовала мягкую грудь возбужденной донельзя девушки. Пока гладила её тело ладонями, намеренно задевая самые "горячие" точки. Пока касалась губами её влажного лона. "И кому нужна эта любовь?" - в голове отдалось лёгким звоном. - "Пусть она идёт к черту. К черту её. К черту Кассандру!" Мне кажется, я хотела выкрикнуть это вслух. Прямо так, во весь голос. Прямо посреди своих ласк. Но, разумеется, этот порыв сдержала, потому, что это было бы слишком странно. Слишком непозволительно и уж слишком нечестно по отношению к рыжей девушке, что сейчас извивалась в моих объятиях. Что явственно доказывало то, что даже в этот момент своеобразного падения я не до конца забыла о моральных принципах. Хотя могла б это сделать хотя бы на ночку. Я была слишком правильной слишком долго. Вот только это было сейчас не так уж и важно. Куда важнее мне казались в этот момент наши поцелуи. Долгие. Вязкие и приятные. Сумасшедшие. Её протяжные стоны и тело, что выгибалось от моих прикосновений. Раздвинутые призывно колени. Так что да, я совру, если скажу, что в эту ночь я не вспоминала о Кассандре совсем. Так как в этот самый важный и самый главный момент нашего секса потерялась на пару минут, не имея достаточного опыта в постельных утехах. И подумала о Кассандре, вспоминая лишь то, что она проделывала со мною своими пальцами. Что мне нравилось особенно сильно. И, облизав чуток пересохшие губы, вошла в девушку, представляя на месте себя не меня. Кассандру. Пытаясь рассчитать то, что сделала бы она и изобразить это. Поняв через пять минут, что явно не прогадала, почувствовав, как горячие мышцы девушки сжали пальцы и услышав блаженный стон. Кажется, ей понравилось. *** Ну, а следующим утром, я первая проснулась в чужой постели. Чувствуя, как с непривычки от алкоголя слегка болит голова, и испытывая при этом ворох весьма противоречивых чувств. Так как вчерашняя пелена похоти спала, оставив внутри лишь звенящую пустоту. Мне было плохо? Нет. Морально мне плохо не было, когда я посмотрела на спящую рядом златокудрую девушку. Я даже не сожалела о произошедшем. Но все же, поднявшись с постели и жмурясь от бьющего в глаза яркого солнца, испытала резкое и очень сильное желание уйти отсюда как можно быстрее. Отчего со всей четкостью осознала и то, что моя вчерашняя бравада на тему "если я пересплю с кем то, то забуду о Кесси и найду себе новую любовь" - была не более чем самообманом. Так как по сути, эта ночь не изменила в моей жизни совсем ничего. Я просто потрахалась. Ничего более. Я выдохнула, наконец-то задергивая эти противные шторы и подавляя в себе позорное желание убежать. С четкостью понимая, что несмотря ни на что, никогда не смогла бы поступить, как Кассандра. Уйти вот так, пока рыжая спит. Без прощания. Оставив на подушке лишь опасный и весьма бесполезный подарок. Белую розу. После чего попросту потопала в ванную. Мне хотелось умыться. Помыть голову. Причесаться. Хотя нет, так, так как, мне просто хотелось прочистить голову. Вычистить её чем-то подобным расчески, чтобы привести в порядок уж слишком сумбурные мысли. Расслабиться. Не получилось. И я просто приняла душ, впервые в жизни вымыв голову чужим шампунем. *** Выходить не хотелось. Но, понимая всю абсурдность сего желания, я все-таки вышла из ванны, завернувшись в большое махровое полотенце и одновременно вытирая мокрые волосы. На лицо даже удалось натянуть весьма миленькую улыбочку, когда я вошла на кухню, почувствовав летящий оттуда аромат свежих блинчиков. Похоже, Маргарет как раз готовила завтрак. - Доброе утро, - пробормотала я. На что она, обернувшись, так же тепло улыбнулась мне. Вот только, в отличии от меня, кажется, по-настоящему. А я, подойдя ближе к девушке, приобняла её сзади и поцеловала в шею, повинуясь скорее не внутреннему порыву чувств, а какому-то странному понятию о приличиях после совместной ночи. Мне не хотелось расставаться врагами. - Позавтракаешь? - она кивнула на небольшой белый стол слева. За который мне не очень-то и хотелось садиться, уже чётко решив оставить наше знакомство на данной ноте. И, наверное, на моём лице отразилось что-то, так как следующий вопрос рыжей прозвучал как: - Тебе пора ехать, да? И её голос на этой фразе звучал совсем не грустно или обиженно, а обычно. Что и дало мне необходимую свободу к действию, точно разрешая в этот момент просто кивнуть и слегка потерянно развести руками, намекая тем самым, что мне реально пора. На что рыжая так же просто кивнула, мигом вернувшись к своей готовке и давая мне время высушить волосы феном и одеться. - С тобой было весело, - сказала я, снова вернувшись к ней в кухню уже перед выходом. Не зная, что ещё могу ей сказать на прощание, теряясь от этого, но все же желая закончить его на приличной ноте. На что девчонка вновь улыбнулась, прикусывая нижнюю губку, и предложила: - Дать тебе мой телефончик? На что я, не слишком-то опытная в любовных делах, прощаниях, спонтанно выдохнула правду. - Я уезжаю сегодня. На что Маргарет, вновь не обидевшись на мои слова, быстро вытерла руки о полотенце и, подойдя, крепко поцеловала в губы: - Спасибо, за чудесную ночь, - прошептала она, разорвав поцелуй. Отчего я окончательно поняла, что это и было нашим сладким прощанием. Насовсем. Что я больше, скорее всего, никогда в жизни её не увижу, но и не пожалею об этом. Потому, что прошлое должно оставаться в прошлом, с его мрачными и не очень секретами. А я просто узнала, как бывает случайный секс. Ни больше, ни меньше. И теперь мне пора возвращаться домой. *** Вот только дорога на такси до отеля заняла, не в пример ночи, когда я её попросту не заметила, не так уж и быстро. Вынуждая меня постоянно смотреть на часы и прикидывать лишь в уме, что я ещё не успела собрать в чемодан и как сделать все это быстро, чтобы не опоздать на самолёт. И, поэтому, убедившись, что лифт окончательно и бесповоротно занят, влетела по высокой лестнице на свой пятый этаж отеля бегом. Не обращая при этом внимания ни на свое бешеное сердцебиение, ни на странные взгляды случайных встречных. Понимая, что я никак не хочу оставаться в Лондоне дольше положенного, и не буду. И, наскоро открыв ключом нужную дверь, уже приготовилась бегать по номеру, собирая необходимые вещи. Вместо этого так и застыв на пороге с открытым от слишком уж сбитого дыхания ртом. Заметив на кровати небольшой белый конверт, наверное, содержащий какое-то важное письмо. А рядом с ним красивую белую розу.