Ганнибал. Грипп. Температура

Уилл Грэм псих. Можете убедиться в этом окончательно. И дело вовсе не в его галлюцинациях, снах наяву и редких припадках. Если бы все было так просто, Уилл бы даже улыбнулся. Он - псих. Окончательно и бесповоротно. Потому что он вот уже полчаса стоит и мнется под дверью Ганнибала Лектера. Он псих в особенности потому, что знает, что этот самый Ганнибал Лектер – Потрошитель. И он еще миллион раз псих потому, что в его руках контейнер с куриным бульоном, купленным в дорогом ресторане, чуть ли не на последние деньги. Приблизительно час назад ему позвонил Джек и отменил его сеанс по просьбе доктора Лектера. Сначала Уилл не придал этому значения, потому что они отменили встречи еще месяц назад. Негласно, конечно, и для всех они друзья как прежде. Но потом он с трудом вспомнил разговор с Джеком и некоторые его слова: «Ганнибал. Грипп. Температура». И, даже не подумав о том, что делает, отправился в квартиру доктора, заехав и купив этот чертов бульон. Именно поэтому Уилл Грэм псих. Ну, и еще наверное потому, что безумно рад, что он не отдал экстренный экземпляр ключей от квартиры Ганнибала обратно. Так что – да. Он псих. Открыв дверь, Уилл бесшумно, на сколько способен, разувается и отправляется на поиски своего больного доктора. Причем больного во всех смыслах этого слова. Ганнибал нашелся заснувшим в кресле в жутко неудобной позе. И, конечно же, в костюме. Грэм замер, прокручивая в голове такую правильную сейчас мысль. Потрошитель как никогда уязвим, и убить его было бы так просто... Уилл качает головой, мысленно ругая себя даже за мысль о подобном. Он откладывает контейнер и наклоняется над своим больным доктором. Сейчас таким беззащитным и нуждающимся в нем доктором. - Ганнибал, - Грэм проводит рукой по лбу Лектера, отмечая, что у того высокая температура. Доктор стонет, а затем, заходясь в кашле, открывает глаза. – Вставайте, здесь спать совсем неудобно. Вам нужно лечь в кровать. Лектер слушается. Он встает, опираясь на Уилла, и следует за ним, еле шевеля ногами. Ганнибал с трудом определяет, в какую именно комнату его привел Грэм. Тот усаживает его на кровать и встает перед ним на колени. - Прости, - шепчет Ганнибал охрипшим голосом. Он надеется на прощение, на понимание. Он не считает себя виноватым ни перед кем, кроме Уилла. И просит прощения только у него, только у Уилла. - За что? – Грэм удивленно вскидывает брови. - За то, кем я оказался, - шепчет доктор, и Уилл заливается краской от его пристального взгляда. Грэм еще секунду смотрит прямо в глаза Ганнибала, после чего вспоминает, зачем вообще сюда пришел. Он снимает с доктора туфли, пиджак и галстук. И, снова залившись румянцем, стягивает с доктора ремень. Уилл укладывает его в постель, закутывает в одеяло и прикладывает к его лбу ладонь. - Вы ужинали? – Грэм цокает языком, когда Ганнибал отрицательно качает головой. Он уходит обратно в гостиную за принесенным контейнером. Уилл открывает шкафчики на кухне в поисках кастрюли с опаской, боясь увидеть там человеческие легкие или печень и ругая себя за глупость одновременно. Как оказалось, у доктора нет такой примитивной вещи, как микроволновая печь. Он выливает содержимое контейнера в найденную кастрюлю и ставит на медленный огонь рядом с уже закипающим чайником. - Я думал, вы уже заснули, - шепчет Уилл, внося в спальню Лектера поднос с супом и ромашковым чаем с медом. Да, он принес с собой еще и ромашковый чай, и мед. - Вы приготовили для меня суп? – В голосе слышится легкая насмешка и удивление. - Нет, боюсь, я не смог бы угодить вашим предпочтениям, поэтому заехал в ресторан по пути, - ответил Уилл. – Кстати, суп из курицы. Эм, обычной курицы... - Ничего страшного, спасибо, - Ганнибал улыбнулся, пытаясь сдержать смешок и облегченный вздох. Готовил Уилл не сам, и на том спасибо. Лектер с трудом доел суп. Все-таки болезнь плохо на нем сказывалась, и аппетит совершенно пропал. Но профайлер твердо стоял на своем - чуть ли не с ложечки кормил! - и заставил съесть все. - Очень... вкусный суп, Уилл. Спасибо, - Ганнибал отложил тарелку и лег обратно на кровать. - Я думаю... Мне пора, - Грэм встает, но тут же останавливается. - Уилл, не глупи, уже поздно, - Ганнибал снова зашелся в кашле. – К тому же, я все еще плохо себя чувствую. - Ладно, - ответил профайлер почти сразу же. Ему и самому не хотелось уходить. Он присел обратно на кровать и взял доктора за руку, наблюдая, как тот засыпает и не замечая, как засыпает сам. Проснулся Уилл уже на полу, крепко держа руку Ганнибала. Грэм поднялся с пола, отряхиваясь от несуществующих пылинок. - Мне холодно, - прошептал Лектер, наблюдая за Уиллом, который резко вскинул голову. - Да... Конечно... - Грэм поднял с пола упавшее одеяло и накинул его на доктора, оказываясь достаточно близко для того, чтобы в его голове зародились мысли, о неправильности которых Уилл и не задумался. Горячее дыхание доктора опаляло губы профайлера. И Уиллу стало так жарко, что он на секунду задумался о возможном заражении от Ганнибала и поднявшейся температуре. Если бы он заболел, ему бы не пришлось через пару часов ехать на работу. И это было бы просто замечательно, потому что в последнее время он ненавидел свою работу. - Заразите меня, доктор Лектер, - шепчет Уилл практически в губы Ганнибалу. - Я знаю один очень действенный способ, - отвечает тот и сокращает расстояние, касаясь губ Уилла своими. Сначала поцелуй выходит смазанным – простое прикосновение губ, не более. Но с секундами, сгорающими в огне, сгорающих же сомнений, простое прикосновение превращается в нечто большее. В нечто страстное, властное и такое же сжигающие. Ганнибал откидывает одеяло и притягивает Уилла еще ближе, теперь соприкасаясь с ним всем телом. Они срывают друг с друга одежду, и теперь губы доктора блуждают везде, а руки крепко прижимают к себе. С губ Уилла срываются рваные выдохи, вперемешку со стонами. Он выгибается навстречу рукам своего доктора, ища в местах его прикосновения свои патологии. Он вбирает в рот его пальцы, смазывая их слюной, а потом пытается заглушить стон боли, когда они проникают в него. Ганнибал входит в него, ища в тихих выдохах своего мальчика лекарство для себя. Он хочет быть и нежным, и не хочет сдерживаться вообще. Лектер не может контролировать себя с Уиллом. Он утопает в его громких стонах и набирает темп, не сдерживаясь. У Уилла все плывет перед глазами. Ему кажется, что он нашел все свои патологии в одном месте. В одном человеке. Ганнибал его сплошная патология. Он его болезнь. Он его и спасение. И Грэму нравится все это. Ему нравится быть искушенным. Нравится быть его сообщником. Ему нравится быть заложником своих собственных чувств. Лектер смотрит на Уилла. У того пьяный взгляд, влажные губы и засосы на шее. Ганнибал думает о том, кто же оказался Евой в их саду. И не находит ответа, потому что наслаждение накрывает его с головой. Лектер знает: он потерял контроль окончательно. Он четко слышит учащенное сердцебиение, но не может понять, чье именно. В глазах темнеет, а спасение затягивает его в себя. Затягивает их обоих. *** - Ты приготовил для меня суп? – Шмыгая носом и вытаскивая руки из-под большого слоя одеял, спрашивает Уилл. - Да, приготовил, - Ганнибал протягивает тарелку профайлеру и касается губами его лба. – Жар спадает. Кстати, суп из курицы. Обычной курицы...