Insensible

«Ты спишь и видишь меня во сне: Я для тебя лишь тень на стене…» Шерлок не может заснуть пятый день. Не дают ему покоя Мориарти и его планы. Какие цели преследует злодей-консультант? Что предпримет в следующий момент? На стене пляшут тени. В одной из них Шерлоку чудится его противник. То кивает одобрительно, а то вдруг запрокинет голову, расхохотавшись беззвучно безумным смехом. − Нет логики. Невозможно понять. Чего он хочет? Как глупо, − бормочет Холмс, ворочаясь в постели. – Нет, Джеймс, не жди, что я сдамся так просто. Но сейчас мне нужен отдых. Работоспособность падает. Тихо крадется сыщик в комнату друга и берет со стола пачку снотворного. Вернувшись, он выпивает две таблетки. Потом долго еще смотрит в потолок, ожидая действия. Наконец веки тяжелеют, мыслительный процесс замедляется, как и сердцебиение. Долгожданный сон накрывает Шерлока с головой. Но и в иллюзорном мире сновидений криминальный гений не оставляет сыщика. Темный силуэт стоит у него за спиной. Только Холмс обернется — исчезнет во мгле. Пролетит мимо, обескуражит, лишит возможности шевелиться. Потом неожиданно станет материальным. Склонит голову набок и будет прожигать насквозь взглядом. Долго-долго. Как будто пытаясь что-то сказать без слов. Спросит Шерлок: «Чего ты хочешь?». Отвернется демиург разочарованно, с обидой и злобой взглянет напоследок и развеется дымом. *** На следующий день Лондон окутал густой молочный туман. Едва можно было увидеть носки собственных ботинок. − Аномалия какая-то, − удивленно сказал Джон, тщетно пытаясь разглядеть что-либо. − Действительно странно, − отвлеченно отозвался Шерлок, погрузившись в мысли. И поэтому он не слышал короткого вскрика друга и звуков недолгой борьбы. − Знаешь, Джон, останься-ка ты дома. Заблудишься еще. Ответа не последовало. − Джон? — недоуменно воскликнул детектив. – Эй, куда ты подевался? Раздался свист входящего сообщения. Шерлок нажал «просмотреть», уже подозревая, какое будет содержание. «Продолжим нашу мы игру В тумане пасмурного дня. Вглядись внимательней во мглу, Коль хочешь ты поймать меня. Моя подсказка такова: Где время стынет на века, И тихо тлеет палая листва, Спит крепким беспробудным сном Твой вечный друг — малютка Джон. Даю тебе я два часа. Надеюсь, хватит, чтоб спасти врача. Лишь только полдень Бен пробьет, Как друг твой от яда горького умрет. Поторопись — ведь знаешь ты, Что ждать я не люблю. Ты опоздаешь хоть на миг — И Джона я убью». Шерлок побледнел и посмотрел на часы. Десять ровно. − Черт подери! Знает, куда надавить, чтобы сделать как можно больнее! — выругался он. Потом сосредоточился. — Скорее всего, кладбище. Вероятно, Хайгетское… Когда Шерлок добрался до нужного места, у него оставалось пятнадцать минут. Он буквально влетел через ворота на территорию усопших. Сыщик вспомнил строчку про листву и уверенно направился к западной части. Мориарти наблюдал за ним из тени у старого дуба. Неслышно выйдя из укрытия, он подкрался к противнику со спины. − А минуты бегут, Шерлок, − Холмс вздрогнул, но не обернулся. — Тик-так, истекает срок, − прошептал Джеймс на ухо детективу-консультанту. — Впрочем, − он вынырнул из тумана с другой стороны, − я уже насладился твоей реакцией на похищение ненаглядного докторишки. Так что держи, − криминальный гений вложил склянку с прозрачной жидкостью в руку сыщику, ненароком коснувшись его запястья. – Иди, спасай своего Ватсона! — со злостью и обидой в голосе крикнул Холмсу Мориарти, сгинув во мгле. Две минуты. Шерлок зашел в склеп. Там, в позе египетского фараона, спал Джон. Сыщик откупорил пузырек и спешно влил сыворотку в рот другу. Через несколько минут Ватсон открыл глаза и сонно уставился на Шерлока, не особенно понимая, что происходит. − Где я? — Простонал верный помощник детектива и попытался встать. Безуспешно. − На кладбище, − просто ответил Холмс и, придерживая еле стоящего на ногах Джона, повел прочь от мира мертвых. Некоторое время они шли молча. − Почему он это сделал? — сказал Холмс вслух. − Что? — переспросил Джон. − Он сам отдал мне противоядие, − сообщил детектив. — Но вот зачем? Не в его правилах облегчать жизнь сопернику, − недоумевал Шерлок. − Слушай, Шерлок. Мне ведь ничего не угрожало, − произнес Ватсон. − В смысле? — Удивленно посмотрел на него Холмс. − Я слышал разговор Мориарти и Морана, − признался бывший пленник. — И он сказал своему киллеру, чтобы тот вколол мне маленькую дозу яда. То есть… − Он и не хотел твоей смерти, − закончил Шерлок. — Забавно. Значит, это всего лишь спектакль. Чем дальше, тем интереснее. *** − Не понял он. Какой же ты недогадливый, Шерлок! — вздохнул Мориарти, просматривая видеозаписи с камер, установленных в комнате детектива. — Просто бесит уже. «Что он задумал? Как его остановить?». Очень просто. Приложить, наконец, умственные усилия и сложить два и два. Но нет, так же нельзя! Это же Мориарти, он просто Игрок, коварный и с маниакальной жаждой власти! Нельзя даже на секунду предположить, что он может чувствовать, как обычные люди! Вот из-за того представления обо мне и приходится изображать маньяка, живущего убийствами и Игрой. Баран кудрявый! — бросил он застывшему на экране детективу. — Кабы не любил, давно бы уже пришил за непроходимую тупость, железную логику и сверхъестественную практичность. Тьфу, зануда! — фыркнул криминальный гений, тем самым закончив свой монолог. — Однако надо продолжать поддерживать свой кровавый имидж. – Себ! — крикнул он, и тут же перед ним возник Моран. — Вот тебе адреса — пройдись по ним и тактично отправь владельцев на тот свет. Привлеки ребят с Бейкер-стрит, пусть работают. Полковник пробежался взглядом по списку, затем взглянул на карту. Ухмыльнулся. − Ну вы затейник, шеф. Надо же, − он прихватил винтовку и ушел. *** А Шерлока все мучила последняя их встреча с криминальным гением. Не чувствовалось превосходства, обычно исходящего от противника. И странный надлом в голосе Мориарти, затаенная боль в глазах цвета чайной заварки, вымученная улыбка, кривящая губы — Джеймс явно не в лучшей форме. Что-то грызет его изнутри, убивая обычный азарт схватки. Шерлок давно забыл, как называется это чувство, и теперь судорожно пытается вспомнить. Вот! Кажется, тоска. Но по чему? Или… по кому? Нет, не может быть! — сыщик встряхнул головой, отгоняя глупые, по его мнению, мысли. Раздумья детектива прервал Джон, ворвавшийся в комнату. − Шерлок! Ты не поверишь! Убиты 32 человека. За час! Звонил Лестрейд, он в шоке, − выпалил Ватсон. − Не тараторь! — осадил друга Холмс. — Сейчас съездим туда. Сыщик успел проехаться почти по всем местам происшествия. Причины смерти разные — огнестрел, отравление, асфиксия, ножевые ранения… − Они связаны, но явно не способом убийства. Один киллер не справился бы. Здесь нечто другое, − Холмс встал и начал ходить из угла в угол, массируя виски. Через минуту он остановился. — Карту и карандаш мне, срочно! — скомандовал консультирующий детектив полицейским. Получив требуемое, Холмс стал чертить, поглядывая на список адресов. Потом он нахмурился. − Что там, Шерлок? — поинтересовался Джон, заглядывая за плечо сыщику. Хмыкнул. На карте крупными буквами было выведено «Jerk»*. − Кажется, Мориарти на тебя обиделся, − прыснул Ватсон, но, наткнувшись на жесткий взгляд Шерлока, замолчал. Догадка сыщика подтвердилась. *** Мориарти уже порядком поднадоела вся эта тягомотина с намеками и подсказками. И вообще, хорошая Игра должна заканчиваться вовремя. Идеальный финал он уже придумал. Осталось только привести его в исполнение. Итак, тот самый день. Крыша, «Staying alive» и два гения. Снайперы на своих местах, мишени тоже. Интересно. Две стороны одной личности. И их борьба подчинена закону: пока жив один, не может жить другой. − Если ты не прыгнешь, умрут твои друзья. Один за другим, − сообщает Джим. − Банально, − возражает Шерлок. − Да, пожалуй. Что ж, позволь пожать тебе руку за прекрасно сыгранную партию. Рукопожатие — необходимая часть ритуала. У детектива железная хватка. Тем не менее чувствуется его напряжение. Левой рукой криминальный гений достает из кармана пистолет и взводит курок. Секунды тянутся так медленно… еще немного, и… Неожиданно Холмс свободной рукой притягивает к себе вечного соперника и выдыхает ему прямо в губы: − Даже не думай, Джеймс. Я не позволю тебе застрелиться, − и Джим приникает к его губам, не веря своим глазам и ушам. Ему кажется, что это сон. Весьма приятный и ожидаемый. Но попробовать стоило.