Смерть-сестра Судьбы!

Гарри нервничал. Хотя не так. Гарри НЕРВНИЧАЛ! Его маленькая малышка была в ритуальном зале гоблинов и проходила проверку на совместимость с Родами. Он так боялся, что ни один Род не признает её своей дочерью, что практически порвал всю бумагу с родословной, которую дали гоблины, на лоскуты. Конечно, гоблины сделают еще одну, но от их взгляда, когда они увидели такое пренебрежение, хотелось вжать голову в плечи и больше не показываться им на глаза. Устав сидеть, Гарри стал ходить по кабинету, раздражая этим всех собравшихся. А кому понравится мельтешение перед глазами? Мысли вернулись к событиям вчерашнего дня. Дня, когда он умер! Оказалось, довольно странно видеть себя со стороны и смотреть как ты умираешь, при этом, будучи живым. «Воспоминания» « Гарри переживал и был в нетерпении поскорее увидеть свою дочь. Впервые он надеялся, что умрет поскорее. Стоя около кафе неподалеку от места гибели, Гарри пританцовывал от холодной погоды и нетерпения. Северусу пришлось полдня потратить на изменения памяти всех знакомых, кто связан с ребенком. Ведь первым, кому те должны были позвонить, обязательно должны быть Грейнджеры. Их должны были знать и помнить как ближайших друзей, которые помогали в воспитании ребенка. Чтобы тем отдали Ханну по закону на воспитание. И вот Гарри опять сбежал из Хогвартса. Конечно, его немного озадачило то, что директор так ни о чем и не догадался, но эти мысли его занимали меньше, чем фигура, появившаяся на переходе. Женщина оглядывалась по стронам прежде, чем пойти. Гарри словно чувствовал все с ней одновременно. Нетерпение, желание оказаться дома. Он не просто помнил то состояние, а именно переживал его вновь. Северус рядом застыл, жадно рассматривая меня прежнего. В глазах горело любопытство, а вот внутри Гарри проскочил червячок ревности. Но это было глупо. И вот он видит, как та переходит дорогу и на нее летит машина, которую она не заметила прежде. При ударе Гарри скрутило. У него разом заболело все тело. Боль была призрачная, но чувствовалась как настоящая. Вскрикнув, он стал оседать на асфальт. -Гарри, что с тобой? — подхватывая его, спросил обеспокоенно Северус. Всматриваясь в бледное лицо супруга. -Думаю, память души. Или петля. Не уверен, но я чувствую все, что чувствовал тогда, — прохрипел Гарри, спазм, сдавил горло, переживая боль в теле. -Вы связны, даже если находитесь в разных телах, вы едины, — начал Северус строить свои предположения, — В этом и проблема путешествий во времени. Наверное, из-за этого и запрещено встречаться с собой. Душа-то одна! Она стремится слиться. В твоем случае делит чувства на двоих. Ты мог и умереть! — проговорил Северус, смотря в страхе. -Думаю, ты прав. Но мы не слились, так как ты мой якорь в мир. Мы связаны с тобой больше. Моя душа не могла начать слияние, слишком сильно она в данный момент отличается от преждней, ведь во мне часть тебя, — согласился Гарри с предположениями Северуса. -Давай убираться отсюда, чтобы не рисковать. Предположения предположениями, но реальность слишком часто делала все по своему, — предложил Северус, а сам уже практически нес Гарри от места событий. Гарри видел себя в крови. Лужа все больше и больше расползалась под телом сломанной женщины. Жутко такое видеть, а знать, что это ты оказалось намного хуже! Венделу и Монике позвонили через два часа, и к утру субботы Ханна оказалась рядом с отцами. До полной опеки нужно собрать много документов, но на временное проживание и патронаж отдали после подписаний нужных документов. Заверив все нотариально» И вот тогда они сюда и отправились. Оказавшись большим коллективом в одном помещении, немного пугая гоблинов, не привыкших видеть такое разнообразие вместе. Нарцисса и Люциус одеты в парадные мантии, чинно и даже, можно сказать, величественно сидели в креслах, попивая предложенный чай с аристократической холодностью и высокомерием. Гермиона и Драко пытаются скрыть то, что что-то между ними изменилось. Говорили, как раньше, но вот изредка было замечено, что их руки сплетены. Гарри радовался, что его маленькая шалость помогла тем немного открыться, озвучив то, о чем, несомненно, думали оба. Но пока Гарри не поднимал эту тему, хотя даже язык чесался спросить. Это только их дело. Когда будут готовы, тогда и откроются всем. Мешать тайно знакомиться, не хотелось. Им нужна уверенность друг в друге. А для этого нужно время, которое они разделят только на двоих. Вендел и Моника явно отдохнули, путешествуя за границей. Загорели и как-то помолодели. Моника вспомнила то, чему её учили в детстве, и смогла обуздать магию. И сегодня ей предстоит войти в Род. Как и всем в их семье. Гарри решил все сделать за раз, чтобы закрыть данный вопрос. Но больше радовало то, как те отнеслись к ребенку и как Ханна радостно их встретила. Слава Богам за её дар! Она все знала и была готова к этому. Плакала сильно, но сказала, что оплакивала меня прежнюю. Ведь больше не сможет видеть меня именно той, которая заботилась о ней всю её жизнь. И понимания, что я-то жив и буду рядом всегда успокаивало, но её еще детское сердце не все могло охватить. Голова понимает, а вот душа плачет. Но Гарри ей поможет. Они справляться все вместе. Семьей! Оборотни немного поразили своими нарядами, но, привыкнув, все оценили по достоинству. Они одели шкуры своих первых убитых животных. Хорошо, что под низ надели кожаные костюмы. Смотрелись гармонично вместе, но инородно среди аристократов в гоблинстком банке. Слишком дикими они казались. Но они оборотни и все в их компании принимали их именно такими. Северус был единственным спокойным айсбергом. Он просто сидел, рассматривая интерьер. Казался со стороны даже скучающим. Это злило, почему-то больше всего. Пока Гарри места себе не находит, тот сидит расслабленно. -Не мельтеши, — попросил Северус, когда Гарри в очередной раз пробегал мимо него. -Я волнуюсь, — ответил Гарри взволнованно, пытаясь и правда посидеть немного. -Я понимаю, но нужно успокоиться, от твоих быстрых перемещений все начинают нервничать, — заметил Северус. -Я не могу, — воскликнул Гарри, вновь вскакивая на ноги. -Габриэль, сядь, — повысив слегка голос, настойчиво приказал Северус, нервы которого тоже стали сдавать. -Тебе легко говорить, там же не твоя дочь проходит ритуал, — рявкнул, в ответ Гарри и только сказав и заметив как отшатнулся Северус, словно его ударили, понял, ЧТО он сказал! -Гарри? — воскликнула осуждающе Нарцисса, прикрывая рот ладошкой, чтобы заглушить вырвавшийся возглас. -Север, прости-прости-прости, — заговорил Гарри, опускаясь перед супругом на колени, чтобы заглянуть в глаза, которые тот опустил, — Я, правда, не то сказал. Я ляпнул от нервов. Даже не подумав. — Понимаю, — ответил Северус, но взгляд не поднял. -Сев, любимый мой, ну прости идиота, — прошептал Гарри, руками поднимая лицо супруга, на котором большими буквами было написано, что ему стало больно от слов Гарри. Но взгляд заледенел. Тот закрылся, но вот от магического супруга так просто не скроешь в душе то, что он читает как открытую книгу. -Все в порядке, — ответил Северус, отворачиваясь от Гарри, убрав его руки со своего лица. В комнате повисло напряжение. Настолько плотно, что дышать становилось трудно. Спас ситуацию приход радостного солнышка по имени Ханна и гоблинов, что её увели. -Папочка, — проговорила девчушка, влетая в его объятья, — Отец, — не менее радостно добавила она, обняв Северуса, который притянул девочку к себе, прижавшись к ней. -Что там? — спросил Гарри, подходя поближе к гоблину. -Её признал род Грифиндор, — с гордостью и поклоном ответил гоблин, — и именно её наследницей она станет после принятия в род. -Но как? Замок Грифиндора канул давним давно в небытие. Где искать его ритуальный камень? — спросил в шоке Гарри, озадачиваясь тем, как провести принятие в род. -Он находится в сокровищнице Грифиндоров. Когда замок уничтожили, он переместился под защиту хранилища, — ответил он с поклоном. -Он здесь? Отлично одной проблемой меньше, — заметил Гарри, улыбаясь, хотя чувство вины все еще давило, — Может, у вас можно провести тот же ритуал и со старшими, которых я хочу принять в род? — спросил без надежды Гарри. Он боялся не угадать в родстве, лишив тем самым Драко и Гермиону возможности быть вместе. -Им не нужно. Они станут боковой ветвью любого Рода. Это можно только тем, кто станет наследниками, — подтвердил то. что и так Гарри знал, — Быть вам, Грейнджеры, Слизеринами, — заметил Гарри, ухмыляясь, смотря на шокированные лица всех присутствующих, — Грифиндор не выдержит родства с Малфоями, — насмехаясь добавил парень, вдохнув полной грудью, когда проблема с Ханной разрешилась. Её приняли. Еще всего час и она станет по крови его дочерью. Их дочерью! -И на том спасибо, Поттер, — ехидно в ответ протянул Драко. -Не называй меня так или, если сильно желаешь по фамилии, то по всем. Слизерин-Грифиндор-Поттер-Блэк-Певерел-Снейп, — издевался Гарри, ведь такое пока выговоришь можно устать. -Мне нечем крыть, — поднимая ладони верх, ответил, посмеиваясь, Драко. Остальные тоже заулыбались. Некоторые показывали при радостном оскале клыки. Гоблины спустя час растерянно смотрели на всю компанию в хранилище Грифиндор и не знали, что делать. Те обступили камень довольно плотно, так как вокруг были горы золота и камней. Поттеровское хранилище вместе с Малфоевским были вполовину меньше. Но растерялись гоблины не от потрясения магов, а потому что, как главе рода, нужно читать призыв к Магии Северусу, который не сможет зазубрить заклинание на древнем языке правильно так быстро. А написать и читать в кругу магии невозможно. Так как любой предмет сгорит. Все, что не является ритуальным балахоном. Они на входе переоделись, сняв все украшения, кроме колец глав. Северусу выдали точно такой же, как у Гарри, у них равноправие, но с разделением. Странно, но, увы, как есть. -И что делать? — спросил Северус, продумывая как решить проблему. -Я же знаю! — ударив себя по голове, заметил Гарри. -Но читать его нужно мне, — напомнил Северус, то, что они же только что и обсуждали. -Но мы связаны, мои мысли твои мысли, — напомнил Гарри, счастливо улыбаясь и радуясь, что не пришлось откладывать до пока Северус запомнит длинный текст призыва. -Ты прав, — согласился тот, проскальзывая в мысли Гарри, даже не думая об этом и практически читая заклинание. Уложив дочь на камень приятного голубого оттенка, Северус рисовал на ней руны семьи и дочери их общей кровью и знак рода. Читал, не сбиваясь, но чувствовалось, что знал язык не досконально. Но на просьбе принять в род, как свое новое дитя, их дочь по крови и магии, все замерли в ожидании ответа самой магии Рода. -Принимаю, — прогрохотал голос всех глав, которые были в этом роду. -Свидетельствуем, — воскликнули все волшебники, что были с ними и гоблины. Каждый выпустил частичку своей магии, подтверждая магией своего Рода. -Документ о принятии Ханриэты Грифиндор в Род Грифондоров появятся на столе поверенного этого Рода, — сразу предупредил гоблин. -Спасибо, — ответил Гарри на предупреждение, — Теперь крестим магией и можно начинать принятие в Род Грейнджеров, — добавил он для своих. К самому камню подошли только Гермиона и Борин. Оба были горды и радостны. Оба готовились к этому дню. Гарри и Северус, стерев предыдущие руны с тела дочери, стали выводить новые, только кровью Борина и Гермионы. Защиты. Помощи. Поддержки. Клятвы. -Я, Гермиона Грейнджер, клянусь своей кровью и магией, любить, защищать, заботиться, поддерживать Ханриэтту Грифиндор, пока сердце бьется в груди. Клянусь выполнять свой долг и обет, даже если мой Род и Магия изменятся. Кровь и клятва нас свяжет, — проливая кровь на камень, произнесла Гермиона четко и ясно. Засветившись, красные капли впитались в камень, не оставив после себя следа. -Я, Борин из клана волков. Король Оборотней. Клянусь своей кровью любить, защищать, заботится, поддерживать Ханриэтту Грифиндор, пока сердце бьется в груди, — произнес свою клятву Борин, обливая камень своей кровью. -Подтверждаю, — ледяной голос Матери Магии. -Свидетельствую, — повторили все остальные, выпускаю магию. -Север, смотри, — показывая то, что видит сам, проговорил Гарри. Гермиону, Борина и Ханриэту связывали золотые нити жизни. Она оплеталась вокруг них, заключая в кокон, связывая до конца их дней. -Я уже и сам могу видеть нити, — по-детски похвастался Северус, но Гарри чувствовал, что за улыбкой и фасадом остался осадок от его слов. -Она наша! Прости меня, — обнимая супруга, прошептал Гарри, он физически чувствовал боль от своих слов. -Забыли, — ответил Северус, прижимая его к себе. Их обоих переполняла любовь от связи с дочерью. Раньше, то были просто эмоции любви, а сейчас их усилила магия. Делая Ханну частью их сущности. Частью их общей души. Сердце обоих не просто пело, а кричало от радости и счастья. Того незамутненного и всепоглощающего.