Наперекор всему миру

Девушка лежала под синим пологом и читала. Не умную-разумную книгу, а глупый роман про девушку-грянокровку, влюбившуюся в прекрасного чистокровного волшебника. Все бы ничего, если бы он не был оборотнем. С самого начала можно было понять, что, в конце концов, они будут вместе. Девушка прикрыла глаза, и провалилась в свое воспоминание. Сны редко снились ей. Это, как сказала миссис Скамандер, последствия долгого воздействия наблюдательных чар. Идет третий день пасхальных каникул. Тринадцатилетняя Роза достает из-под подушки книгу. Магловский роман, выменянный на шоколадку у знакомой девочки. Не успевает юная Уизли прочитать и страницы, как влетает мама. О том, как Гермиона узнала про книгу, Роза поймет уже в следующем году. А пока для нее это загадка. *** -Роза! Я сколько раз говорила, что некогда тебе читать глупости! -Но… -Нет! Вот, почитай лучше это! – мать протянула ей толстый справочник лекарственных растений, произрастающих на болотах Англии. - Мне потом спасибо скажешь, за то, что я тебя спасла от этой романтической инфекции! И ушла, хлопнув дверью. Так и не выслушав недосказанные слова дочери. Девушка открыла глаза. Четыре пятьдесят. Пару специальных заклинаний, и она вновь бодра. Теперь надо быстро одеться, трансформировать метлу и вылезти из окна. Схема, отработанная до механических движений. Ровно в семь она стояла под душем. Далее – уроки. Потом в библиотеку. Слишком все просто и закономерно. А она так и не нашла причину, почему может благодарить маму. *** Скорпиус смотрел на Розу постоянно. В синих глазах таился холод ледников. Ни одной эмоции не проскальзывало на красивом лице. Веснушки, как всегда думал Скорпиус, есть только у веселых людей, а у нее… на ледяном мраморе кто-то пролил краску. Прекрасная. Но такая холодная. Но этот холод манил, и Скорпиус смотрел на нее на всех уроках, в большом зале за обедом, в библиотеке, на поле для квиддича. Везде эта ледяная красота пленила его. А ее самоконтроль поражал. Роза была той, кто никогда не попросит помощи. Она добьется всего сама. И Скорпиусу нравилось это. Если бы отец увидел ее, он бы сказал, что она аристократка. Отец… он все время был недоволен сыном. Даже когда Скорпиус на первом курсе набрал высшие баллы по всем предметом. Даже когда на пятом стал старостой. Даже когда на шестом его назначили капитаном сборной Когтеврана. На первом курсе мать написала Скорпиусу о том, что отец в ярости, на сына, за то, что он попал не в Слизерин. Да, именно после распределения начались проблемы с отцом. Он пошел против правил. И теперь расплачивался за это. Мать устраивала балы в честь сына, а отец лишь сухо кивал, выдавливая из себя подобие улыбки. Мать выбирала подарки, а отец лишь утверждал их кивком. А на каникулах, после сообщения о назначении Скорпиуса на пост капитана команды он лишь прошипел «поздравляю». И все. *** -Мам, когда отец перестанет на меня злится? Прошло уже шесть лет, пора бы остыть. -Я думаю, он успокоится, когда ты женишься, Скорпи. Когда ты женишься… Скорпиус засмеялся. -Мама, зачем так грустно об этом говорить? -Эта девочка мне не нравится. -Ты же не можешь ее знать! – Скорпиус вновь засмеялся. -Тебе говорит что-либо имя Аниты Нотт? -Вы… вы все уже решили? Скорпиус не мог в это поверить. Анита Нотт. Жестокая, глуповатая, грубая выскочка, истинная слизеринка. -Я… мне жаль, Скорпиус, правда, жаль… И она быстро поднялась, что бы выйти из зала, прижимая к глазам кружевной платочек. Все уже решено. -Мама? Она обернулась. -Да, сынок? -Когда свадьба? -Следующим летом. Он кивнул и сел в кресло. У него нет выбора. *** -Завтра игра. Важная игра. Мы должны будем выложиться в полную силу. Ребята, выспитесь, и поешьте с утра. Мы порвем бурундуков в клочья! -Да! -Ура! -Ууууу! Радостные крики слились в единый шум. Лишь один из команды не проронил ни звука. Роза. Девушка лишь тихо улыбнулась, взглянув в лицо капитана. Впервые за несколько недель. Она и забыла, когда кто-то улыбался ей в ответ. Улыбка у него теплая и добрая. Зрительный контакт продлился несколько секунд, растянувшихся для девушки в часы. Роза мотнула головой, пряча улыбку, и вернула привычное выражение лица, без единой эмоции. -Все свободны! Не волнуйтесь, мы победим! Скорпиус был хорошим капитаном, и хорошим загонщиком. А еще он был добрый. И теплый, несмотря на семью, в которой он вырос. Или вопреки. Отец рассказывал Розе про Драко, про то, каким он был в школе. Удивительно, что Скорпиус совсем другой. Как он умудрился стать таким добрым? Роза услышала позади себя быстрые шаги, и обернулась. -Ты готова раскрыть свой секрет всему Хогвартсу? -Даже если нет, это разве что-нибуь изменит? -Роз, у тебя ведь почти все в семье играют, почему ты сказать об этом боишься? Молчание было ответом на его вопрос. -Роза? Лицо девушки, как и всегда, было непроницаемым. Пустой, как казалось, взгляд упирался в землю под ногами Скорпиуса. И вдруг она поняла глаза. Старосту когтеврана будто окатило ледяной водой. В них нельзя было прочесть ничего. Глубокие, как океан, они были ловушкой. Нырнешь – и сразу за тобой поверхность покрывается корочкой льда. И тебе ее не разбить. Ты так и задохнешься там, в ледяной пучине. Ему показалось, или там, на дне серебристой стайкой рыб плеснулся страх? Нет, привиделось… а что если нет? Голос ее был тихим и удивительно мелодичным. Но вот интонация заставляла Скорпиуса вспомнить о бескрайних снежных просторах арктических пустынь. -Ты не поймешь причин… а их много… Я не могу сказать ни одной. Хотя, ты, наверное, сам поймешь. Завтра. Или послезавтра. Но… спасибо, Скорпиус. Спасибо. Она развернулась в сторону замка, и быстрым шагом направилась к входу. -Роза! Она обернулась. -Да? Скорпиус, до того застывший на одном месте, быстро догнал ее. -За что ты меня благодаришь? -Ты пытаешься понять. А это уже очень много. Она ушла, а он остался стоять там, между квиддичным полем и замком, гадая, почему же от одной мысли об этой снежной королеве так тепло на сердце…