На лезвии судьбы

320 год эры Парса. Наследный принц Арислан вместе со своими товарищами направляется к своему союзнику Кишварду, командиру крепости, защищающей границы Парсы от Синдурии. Преследуемые солдатами Лузитании им приходилось довольно часто вступать в бой. До этого принцу везло: верный Дариун и его друг Нарсас хорошо защищали своего господина. Но даже им не всегда удавалось отразить все стрелы лучников. - Элам, берегись! – разнесся встревоженный голос Арислана и ради спасения друга он закрыл его собой. Стрела вонзилась в незащищенное плечо, от чего серебряноволосый юноша лишь коротко вскрикнул. - Ваше высочество!!! – грозный рык Дариуна разнесся над горной дорогой. Обуреваемый гневом черный рыцарь Парса уничтожил останки отряда лузитан в мгновение ока. - Ваше высочество, зачем? Я же просто освобожденный раб, почему Вы… - на Элама было больно смотреть. Арислан улыбнулся и легонько коснулся лица юноши. - Разве для спасения друга нужна причина? – принц еще улыбался, но сознание уже покинуло его. Дариун успел подхватить падающего парня, аккуратно прижимая к себе. - Тут недалеко должна быть пещера, - хмуро произнес Нарсус. Хладнокровие не покинуло его, но это была лишь трудом сдерживаемая маска. Гениальный стратег впервые ощущал столь всепоглощающую ярость, что затмевала его острый ум. К ярости примешивалась и вина, ведь это их долг защищать принца. - Какой странный благородный… - донесся приглушенный голос Гива, впервые не усмехающийся своей самодовольной улыбкой. Он ненавидел лузитан и дворян, но каким-то образом этому принцу удалось привязать к себе странствующего музыканта. В скором времени путники добрались до пещеры в горах, где и укрылись. Арислан так и не пришел в себя, ему становилось все хуже и хуже. К ранению примешались температура и бред. - Яд, - тихо констатировал Нарсас, более внимательно осмотрев рану. – Если мы не дадим ему противоядие, его высочество умрет. - Что??? – черный рыцарь сломлено упал на колени рядом с телом своего господина. «Как такое могло произойти? Я должен был его спасти, защитить, он же мой правитель. Но почему??? Почему я вновь теряю дорогих для себя людей? Ваше высочество, молю Вас, откройте глаза! Вновь посмотрите на нас своим добрым и мудрым взглядом, прошу Вас!» - но принц оставался безучастным к мольбам своего друга и защитника. Серебряные волосы как-будто потускнели и потеряли свой блеск, лицо исказилось в гримасе мучительной боли, дыхание стало хриплым и прерывистым. В этот момент все поняли: видеть такое выражение на лице их принца больше никто не хочет. - Какое противоядие? – совладав с собой, спросила жрица Митры. - Нам нужны кое-какие лекарственные травы, благо они тут есть. Фарангис-сан, Гив и Элам - вы идете со мной, Дариун, ты остаешься с его высочеством. - Лорд Нарсас… - по глазам Элама текли слезы от уничтожающего его изнутри чувства вины, ведь Арислан пострадал, защищая его. - Элам, ты не виноват, это был выбор его высочества. Ты должен принять это, - резко ответил стратег. Он не хотел быть таким грубым, но обстановка не располагала к успокаивающим разговорам. – Элам, ты знаешь, что искать. Времени очень мало, поторопимся, иначе его высочество больше никогда не очнется. В пещере остались лишь медленно умирающий Арислан и его защитник. - Ваше высочество, Вы должны бороться! За себя, за свою страну, за своих друзей. Если Вы погибните, то что будет с Парсом? Ваш долг и Ваша судьба – это стать королем нашей великой страны. Поэтому прошу – сражайтесь за свою жизнь, не сдавайтесь! Если бы я только мог отдать Вам свою жизнь… – золотые глаза Дариуна опустошенно смотрели на затихшего принца. Казалось, что не только из Арислана утекали силы, но и из него. Эти двое навечно связаны невидимой нитью, но лезвие судьбы уже готово перерезать ее. Присягнув в верности принцу, черный рыцарь, которого уважали и боялись во всем Парсе, обрел смысл и цель существования, но что он может теперь, почти лишившись своего хозяина? Арислан удерживал в нем безумного зверя и беспощадного убийцу и если его не станет, Парс снова потонет в крови. Дариун мысленно поклялся, что отомстит всем лузитанам, просто убив их как можно больше. Это понимал и Нарсас, знавший друга много лет. Поэтому он искал необходимые травы для приготовления противоядия. Гениальный стратег знал, что Арислан станет хорошим правителем и тем, кто приведет Парс к процветанию. «Осталось лишь спасти глупого принца и прочитать лекцию о том, что нельзя подставляться под стрелы!» - раздраженно думал Нарсас. К счастью вскоре все необходимые ингредиенты были собраны и доставлены в пещеру. Принц был еще жив, но было видно, что состояние критическое. Нарсас вздрогнул, увидев опустошенного друга, но нашел силы ободряюще сжать плечо. - Он выживет, Дариун. Верь в его высочество, - прошептал стратег и пошел помогать Эламу в приготовлении противоядия. Гив заиграл грустную мелодию, Фарангис запела молитву богине Митре, каждый пытался хотя бы морально помочь объединившему их молодому парню. - Готово, - тихо ответил Элам и протянул противоядие Дариуну. Тот молча принял небольшую чашку и влил жидкость в рот принцу. Тот отрывисто закашлялся, но все же выпил лекарство. Оставалось лишь ждать. День сменился ночью, а ночь утром. Утомленные путники дремали в пещере и лишь Дариун непрерывно смотрел на Арислана, который будто просто спал. Но даже черный рыцарь не заметил, как тихо приоткрылись губы молодого принца и ветер донес тихий голос: - Дариун… Судьба вновь переменила свое решение и убрала карающее лезвие от животрепещущей нити, давая ей право на существование. Что будет дальше неизвестно даже ей. 320 год эры Парса. Наследный принц Арислан, пережив смертельное ранение, продолжил свой путь навстречу своей судьбе.