Лес, как символ свободы

Темное небо безграничным куполом простиралось над землей. Маленькие яркие звездочки холодно мерцали, слабо освещая просветы между редкими облаками. Лежа на мягкой траве, Сновен, сложив руки на груди и ни о чем не думая, смотрела. В ее мыслях было тихо и спокойно, а тело будто свободно и безмятежно плыло, отбросив все земные проблемы и заботы. Позади у костра сидел Шаман, негромко рассуждая сам с собой и весело посмеиваясь. Огонь потрескивал, слегка нарушая покой Сновен, заставляя ее прислушиваться к непонятным фразам на ристраймском, похожим на заклинания. Наконец лениво открыв глаза, Сновен достала из кармана телефон. Полночь. Сновен знала, что мать беспокоится за нее - она не в первый раз засиживается на Коричном холме с Шаманом, - но когда она уходила, в душе поселялось гнетущее чувство тоски, тянущее остаться и полюбоваться звездным небом еще пять минут... Каждый раз после таких ночей, ложась спать дома в темной комнате, Сновен думала о Шамане. Наверняка он, даже когда она уходила, еще до утра сидел у костра, напевая песни и читая детские книжки. Или ложился спать в свой вигвам, еле держащийся на каркасе из трех веток и накрытый ветхим одеялом. Сновен знала, что в городе ее положение гораздо лучше, у нее есть еда и постоянная крыша над головой, но временами она жутко завидовала, печально желая возможности каждую ночь засыпать у костра под открытым небом. Сновен не заметила, как смолк голос сзади, и рядом с ней на склон подсел Шаман. Бездумно уставившись в экран телефона, Сновен все еще думала обо всем этом, когда ее неожиданно окликнули: - Эй, Сно! Опять ты в телефоне сидишь, типичная городская..! - Да не сижу я! - Спрятав телефон в карман, Сновен резко села и толкнула Шамана в бок. - Я просто задумалась. Тут так красиво... - она печально отвела глаза. - Я так тебе завидую. Ты-то тут живешь. - Ну и что? - Шаман склонил голову набок, с недоумением глядя на Сновен. - Переезжай ко мне, если хочешь. - В его тоне угадывалась несерьезность. - Вырасту - перееду, - шутливо пообещала Сновен, тяжело вздохнув. Издав смешок, Шаман тоже погрустнел. - Нет, правда, - он поднял голову вверх, к небу, - переезжай. Нам тут вдвоем места хватит. Только возьми одеяло, я построю и тебе вигвам. - Нет, Шаман, - с грустной улыбкой ответила Сновен. - Я городская. Я должна учиться, работать, завести семью. Это ты всю жизнь прожил за городом, поэтому и не зависим от него. - Это была еще одна причина ее грусти - зависимость. Как ни горько было Сновен это осознавать, она бы не смогла жить вдали от цивилизации, как Шаман. - Ко всему привыкаешь. - Откинувшись назад и опершись на руки, Шаман пристально смотрел на Сновен. - Сейчас ты зависима от города, завтра - от леса. Я бы, например, тоже чувствовал себя плохо в "каменных джунглях", как называют. - Он снова коротко рассмеялся. - Я имею ввиду, - его глаза внезапно ярко блеснули, - что, если ты решишься, я буду здесь... Всегда буду здесь. Сновен, обхватив колени руками, слушала. Это было что-то внутри нее, что-то противящееся переменам, не позволяющее покидать привычный порядок и разочаровывать родителей. "Будь моя воля, я б согласилась, не раздумывая", - без тени сомнения подумала Сновен, рисуя в воображении чудесную картину совсем незнакомой лесной жизни. - Лес, как символ свободы, - откуда-то издалека, смутно произнес Шаман. - Оно не так легко и весело, как кажется сперва, но ради тех счастливых вечеров можно терпеть голод и холода. "Я бы не смогла". Сновен подняла голову и наткнулась на добрый взгляд его изумрудно-зеленых глаз. - Шаман? - тихонько спросила она. Он не ответил, лишь улыбнулся и протянул ей руку. Секунду поколебавшись, Сновен протянула свою. - Я согласна, - счастливым порывом выдохнула она.