reason to stay

«Скоро самолёт. Всего несколько часов – и я, наверное, счастлив» - с этих мыслей началось утро в одной из квартир спального района Японии. Высунув нос из-под цветного пледа с Мику Хацуне, русоволосый парень растерянно огляделся. Ничего необычного; белые, как сахар, стены окружающие его с четырёх сторон всё так же пестрели всевозможными плакатами, кондиционер еле слышно жужжал, и аккуратно приоткрытая дверь впускала в комнату лёгкий аромат приправ. Рома лениво приподнялся на локтях. Кровать обиженно скрипнула, а в поле его зрения неожиданно всё поплыло. Кипа разноцветных плакатов растворилась в ярких красках и светлых бликах. Спустя секунду Рома поплыл следом, погружаясь в свинцовые дебри снов, далеких от реальности. Они ещё не оставили его, впрочем, как и сонное состояние в целом. Вскоре его голова вновь оказалась на подушке, а глаза сами собой начали закрываться, как бы разрешая подремать ещё час-другой. Уже спустя минуту Рома вновь сопел, подобно младенцу. Хорошая попытка, но не тут-то было. В этот самый момент в районе тумбы отчаянно взывал будильник. Несмотря на тягостную обузу из миллиона причин остаться отлеживать бока в кровати, парень почти вслепую начал шарить рукой по прикроватной тумбе, дабы отыскать источник звука и, если повезет, очки. Ладонь, как по приказу начала ловко исследовать поверхность тумбы, патрулируя каждый миллиметр плоскости. В какой-то момент Рома таки нащупал телефон. Неожиданно гаджет завибрировал в силу повторного сигнала будильника, а затем последовал глухой удар. С тумбочки, на пол слетела чашка и впоследствии всё её содержимое. Кто знает, как это вышло? Никто. Факт остается фактом, да. Кремового цвета жидкость расползлась по полу и доброй половиной впиталась в ковёр. Рома вздрогнул. С языка скользнул невнятный обрывок какого-то бранного слова. Парень испуганно открыл глаза и поспешно вскочил с кровати. Чашка всё так же лежала на полу. И всё же, будильник с чашкой неплохо сработались, дав хорошего пинка летсплейщику. От резкого перепада "высот" в глазах потемнело. Отчаянно зевнув, парень попытался сделать потягушки, но пошатнулся и, хватаясь за голову, наступил в суповую лужу на полу. Ощущение чего-то холодного и влажного под ногами сразу дало о себе знать; оставшуюся сонливость как рукой сняло, а внутри забился колючий клуб отвращения. Рома в панике ступил на ковёр - благо, попал на сухую часть, поднял с пола чашку, а после всех этих манипуляций, огляделся. Тёплые лучи ослепили глаза, прорвав тугую завесу из жалюзи. Он был один в комнате. Единственным признаком жизни служила неубранная кровать, напротив и пустая склянка из-под энергетика, валявшаяся в дверном проёме. Рома тяжело вздохнул. Такая картина возникала уже не первое утро. Все пять дней пребывания в Японии, в среднем расчёте, Рома просыпался под конец обеда, в то время, как его добродушный сосед по сожительству порой вообще не ложился спать, что, кстати, свойственно для него. Все уже догадались, кто это? Серьёзно? Я тоже нет. Рома поспешно взял телефон в руки и заглушил будильник, который уже не так сильно терроризировал уши. Он быстро разблокировал "яблокофон" и сверил время. Ну, таки нормально - будильник, как вы уже поняли, работу свою выполнил на отлично. Далее, на несколько минут пошёл залип в ВК и Пикабу. Всё, как и полагается одинокому самодостаточному молодому человеку. Ну, или почти одинокому. По крайней мере таковым себя Роман ощущал, несмотря на наличие любящей девушки. Все эти шуры-муры под названием «зашквар» портили всё представление об отношениях с Алиной. Думаю, в подробности вдаваться не будем. Суть такова: в этом союзе нечего ловить. Жаль, но не все это понимали. Рома заблокировал телефон и, не выпуская его из рук, устало опустился на пол, облокотившись о голый каркас кровати. Летсплейщик был измотан морально, но, кажется, он сам был в этом виноват. Рома закрыл глаза и принялся что-то мелодично напевать себе под нос. Слова песни было невозможно разобрать, ибо подача звука практически сходила к нулю. Он пел, наслаждаясь секундами безмятежности, в которых так нуждался. Солнечные лучи падали на лицо, проникая в каждую его пору. Рома отстранённо отбивал чёткий ритм пальцами по стальному корпусу айфона. Наверное, эта привычка чувствовать все импульсы возникла с момента появления нереальной любви к игре «Osu!». Музыкальную идиллию прервал телефон, который вновь забился в истерике, напомнив о том, что времени не так много, как кажется. Проглотив последние несколько слов, парень замолчал. Не знаю, что именно напевал Рома в тот момент, но это явно вгоняло его в некий транс. С повторным уведомлением он вновь вернулся в реальность. Сегодня ночью его с нетерпением ждал пустынный салон такси, запах крепкого кофе во время томительного ожидания и пустой шум аэропорта, заполняющий апатическую пустоту внутри. Одним словом: дальний рейс по направлению в культурный центр Алтая ему обеспечен. Перед тем, как покинуть комнату, Рома решил проявить рациональность во всей её ипостаси. Точнее, выбора другого у него не было вовсе. Разогнув спину, он наклонился к самому полу, а точнее к ковру и, легонько приподняв махровое покрытие, резко откинул аж половину всего коврика. Пред ним открылся участок ламината с мутными разводами от супа. Прямо посередине лежала небольшая папка серого цвета. В ней, собственно, и покоилась "изюминка вечера" - бумаги, касающиеся сегодняшнего рейса. Рома грустно улыбнулся, принимая папку в свои руки. "Я у мамы гений", - он зажал папку подмышкой и уничтожил все улики, вернув ковру обыденное положение. Папка же, в свою очередь отправилась в олдскульный рюкзак под кроватью, в котором, кстати, предварительно лежали документы и деньги. Чемодан тоже был собран, и готовый отправляться на борт, стоял под столом, удачно создавая вид полностью пустого. Всё было придумано до мельчайших подробностей, ибо даже время отправления Рома выбрал тщательно подумав, и первоначально узнал планы друга на этот вечер. Всё должно быть слишком незаметным. Агент «007» грёбаный. Как сказал Ваня: "Сегодня я Марьяне кино обещал, так что вечером ты один побудешь. Не скучай тут, меня не будет всего несколько часов. Потом видео отснимем". В тот момент Рома искренне был готов благодарить человека, которого всей душой терпеть не может; ведь если бы не просьба Марьяны пойти в кино - кто знает, сколько ещё томительных дней в Японии было бы обеспечено летсплейщику. "Не скучай, меня не будет всего несколько часов..." - Рома улыбался, каждый раз вспоминая слова друга. Они действительно вызывали улыбку. Улыбку, которая способна была затмить душевные раны любого человека. Рома свято верил в то, что счастливые люди привыкли жертвовать и был готов полностью перенести все волны уныния и тоски, дождавшись полнейшего штиля на горизонте. Он просто сбежит. Сбежит от натиска эмоций, без лишних слов и с гордой улыбкой на лице. Сбежит туда, где сможет подавить весь негатив беспощадных чувств, растворяясь в повседневности. Щёки загорелись, а к горлу подступил комок обиды на самого себя. Это было ужасно ничтожно осознавать. Неужели все его чувства умрут вместе с ним? Этот вопрос не давал покоя. Но решение принято - поздно бить колокол. Вскоре он и вовсе забудет о том, что когда-то оставил частичку себя под крылом другого человека. Он забудет его, и всем станет легче.