Болезнь

Вы думаете, сумасшедшими становятся сразу? Что все из-за какого-то тяжелого момента вроде изнасилования, смерти сестры, друга, брата и так далее, и других тяжелых моментов? Нет, если Вы так считаете, то вы глубоко заблуждаетесь. Нельзя стать сумасшедшим за день или даже за неделю. Этот процесс происходит постепенно, Вы даже и не заметите. Не заметите, как у вас в руках появится нож. Не заметите, как Ваша лучшая подруга почему-то напугано на Вас смотрит. Вы даже не заметите, как уже через пару минут по вашим рукам польется еще теплая ее кровь…

***

Начало POV -Давай! Давай! Давай! — кричали старшеклассники, смотря на борьбу двух лучших друзей. Стычка происходила во дворе. Вокруг было много учеников. Окружили тех двоих так, что фиг пролезешь. -Мать вашу, а ну расступились! — кричала Конан, прорываясь сквозь толпу и держа за руку меня, дабы я не потерялась. Ага, тут «хрен потеряешься». Тут не просто потеряешься. Тут нафиг тебя и раздавят, и растопчат. И ведь не заметят же даже. А что собственно случилось? Да я сама не знаю! Эти придурки вдруг сцепились ни с того, ни с сего! А нам что делать? А нам только переживай, да расцепляй этих идиотов. Меня зовут Футашики Аи. Я ученица 2 класса старшей школы Коноха. Инертно-взрывной тип характера. И сейчас, думаю, будет взрывной… Стоит только добраться до этих, мать вашу, *********! Ой, я же девушка, мне нельзя так выражаться… Хорошо, что вслух я так не говорю. Да пофиг. -Наконец-то, прорвались! — услышала я облегченный голос подруги. Ну, это на время он облегченный… А битва была в самом разгаре. Хрясь! Нагато влепил с размаху сопернику. Хрясь! Яхико ответил тем же. А потом разъяренная Конан схватила обоих за уши и потащила за собой. -Цыц! — шикнула я на разочарованную толпу, которая начинала о чем-то там возмущаться. Ну да, им лишь бы драки посмотреть… Впрочем, я и сама хотела бы посмотреть, но тогда под горячую руку попала бы и я… Народ стал расходиться кто куда. А я пошла в сторону, куда повела бедных мальчиков Ангел. Ангел… Вслух я почему-то никогда не называла их по кличкам. Ну не могла я назвать и все тут. Только имена, только хардкор. Да и у меня самой никаких кличек нет. Мне ничто не подходит. Здорово, правда? -Да вы что устроили! .. - ну, мне даже думать не надо, куда идти. Обычно Конан спокойная и веселая, но если она разозлится… Мама-мама, это я, ты что, не узнаешь? Я потихоньку выглянула из-за дерева. Боже, как милоооооо. Девушка, как искренне любящая мать, ругалась чуть ли не матом, но в то же время лепила пластыри и накладывала бинты там, где надо. -Итак, из-за чего была драка? — наконец спросила «мамаша». Те двое лишь посмотрели друг на друга и, синхронно улыбнувшись, сказали: -А это военная тайна! - ну, точнее, рыжик говорил, а Удзумаки лишь лыбился. Довольно так лыбился, словно он не тумаков получал, а тр… спал все это время. Я тихо хихикнула. Волну злости как рукой сняло. -Футашики, чего стоишь? Скажи хоть что-нибудь, а? - ох, только не смотри на меня так. Полу — озлобленный, полу — умоляющий взгляд. Хорошо-хорошо, женщина, только не смотри так. Я подошла к ним, и… И сказать ничего не посмела. Почему-то я начала смеяться. И этот смех оказался заразительным, потому что вслед за мной засмеялись и мальчишки. -Нда, спасибо, Футашики, помогла ты мне, — вздохнула подруга и принялась залечивать раны на Яхико, а я стала прикладывать ватку с перекисью к лицу Нагато. Сама я до жути боялась боли. Даже когда делают прививку, такое ощущение, будто меня резать ведут. Нет, правда. Мне очень страшно, когда игла впивается в кожу. Я иду всегда самая последняя, со мной кто-то из группы. Не для того чтобы поддержать меня морально, а для того, чтобы я не сбежала и чтобы я не дергалась. Как-то делали прививку от гриппа. Ну, сбежала я. Сначала было так: «Да, да, я смогла!» А потом залегла с температурой, от радости надышавшись холодным воздухом… Долго же меня ругала мама. Да, мама… -Эй. Эй, Футашики! Прием! — кто-то пощелкал пальцами перед глазами, но я так задумалась… В последнее время ссоры с семьей переходили все границы. Я даже как-то ночевала у желтоглазой. Проревела всю ночь. А причиной было то, что мама не признавала меня такой, какая я есть. Она хотела сделать из меня куклу на ниточках, чтобы мной можно было управлять. Но она лишь дергает за ниточки моих нервов. В итоге, мы ссоримся… Да так, что даже соседи слышат. Потом, конечно, это проходит, но и снова происходит. В конце концов… Я собрала вещи и свалила из дома на ночь глядя. Конан не смогла меня принять, Пейну я почему-то побоялась звонить, так что я ночую пока-мист у Бога. Хах, ночую у Бога, блин. Я опять тихо засмеялась. -Так, прием, Земля вызывает Марс! Что за фигня? — я растерянно перевела взгляд на рыжика. О. Оооо. Теперь понятно, почему на меня все так смотрят. Надо поменьше думать. Это привычка Удзумаки, мне она не нужна. Я отпрянула от вышеупомянутого и покраснела. -Простиии, Нагато~, я задумалась, — в своей манере сказала я, сложила ручки в мольбе и жалобно посмотрела на него. И мне опять стало смешно. Так дела не годятся, чуть что — сразу смеюсь. Кстати, дело вот в чем. Во-первых, я чуть не пролила перекись на брюки, а во-вторых, когда я думаю, мой взгляд автоматически идет вниз… Ну, вы поняли. Надо мне поменьше думать… -А пойдемте ко мне, а, ребят? Дома никого, вкуснятинки поедим, повеселимся! — предложил задорно рыжик, пока Конан приклепляла к его носу пластырь. Немного подумав, я кивнула. Хотя, я и так у него живу. У него хорошо: и дом большой, и кровати удобные, и еда есть, но сегодня я соберу вещи и уйду… И так много неудобств причинила. Хотя так лень перебираться… Но надо. Все согласились и пошли собирать вещи. Уроки давно закончились, можно было идти на все четыре стороны. Да еще и пятница. Алелуя, выходные! Да неужели! Так задолбалась… Хотя и ничего не делаю на уроках. Только сплю или же летаю в облаках. Иногда прогуливаю, потому что причина: «Не выспалась, запнулась где-то посреди дороги и там же заснула». Это норма, это я. Мы пошли сразу после школы. В принципе, каждый друг у друга чувствовал себя, как дома. Только не я. У меня дома постоянный бардак и хаос. Постоянные разборки с матерью. И вообще я дома редко нахожусь. Катаюсь на роликах, на скейте, в парк пойду, просто погуляю, но лишь бы не дома. Снова выслушивать эти чертовы крики: «Что на тебе за одежда», «Опять ты покрасилась, начерта», «Снова надела эти ужасные линзы, да сними ты их уже наконец» Тц…Достало. Я и не заметила, как мы дошли до большого дома нашего друга. Мы веселились, ели, пели в караоке, они играли на акустике, а я просто постукивала палочками по столу… В общем, было действительно весело. К ночи все разошлись. Как только Яхико заснул, я подорвалась и стала собирать вещи. А может остаться на выходные? .. Нет, либо сейчас, либо никогда! Так и не перестану зависеть от них. -И что ты делаешь? — какого… Он же спал! Я только успела прокрасться к входной двери, как за моей спиной очутился этот рыжий забинтованный гад! В своем халате, блин, а чего сразу не в трусах? -Гулять собралась… - ну, раз врать, то до конца. -С чемоданами? — бровь Бога немного приподнялась. Скептик чертов. -А почему бы и да? — спросила я, готовясь к побегу. -Футашики, не глупи… — когда рыжий стал ко мне подходить, я рванула, что есть силы. Позади я слышала какие-то ругательства, за мной он точно побежал. Но я же хитрая обманщица. Я спряталась под лестницей. Яхико пробежал мимо. Побежал на улицу в таком виде? Дурак, иди домой! Я потихоньку выползла из-под лестницы и побежала на улицу через другой выход. Бегала я, конечно, так себе, да и сильной выносливостью не отличалась. Поэтому выдохлась уже через две минуты. Я спряталась в парке. Там и заснула. Случайно, правда. Ох, если бы я тогда знала, чем все это обернется… Я бы вообще больше не конфликтовала с мамой… Хотя… Конец POV -Нет, отпусти! Прошу, не надо! — и девичьи крики разлетелись по всей комнате, а может и дальше. Она не знает, где она находится, в городе ли она вообще, сколько времени уже прошло. После того, как Аи заснула в парке, она проснулась уже в этом холодном помещении… Что-то наподобие подвала. Прямо как в фильмах ужасах, когда маньяк приносит свою жертву в подвал, кладет и привязывает ее к столу или же к стулу, и начинает свои развлечения… Пепельноволосая извивалась, кричала, умоляла, но боль все не уходила, а страдания не убавлялись. Она уже раза три теряла сознание, но он просто не терпел этого. Маньяк тут же приводил ее в сознание, заставляя снова чувствовать это. Ей уже кажется, что ее кожа плавится, как раскаленное железо… После нескольких часов болевых пыток, ей давали отдохнуть. Чтобы не сойти сума, как думала тогда Футашики, она начинала просто напевать себе разные песенки. Все, которые помнит. А ему это похоже нравилось. Он и оставил ее из-за этого. Сначала из-за этого. А потом они начали общаться. Странно, да? Убийца начинает рассказывать о своих проблемах жертве. Но эти проблемы были настолько… Человечными, обычными… Словно он не был психом, который хотел поджечь всех и вся. И тогда Мадара решил влить в нее это. Он просто решил промыть мозги ей, сделать своей «посредницей». Но из-за этого страданий только прибавилось. -Нет, пожалуйста, прекрати! — кареглазая уже сорвала голос. Она всей кожей чувствовала, как по ней сначала проводили ножом, делая глубокие порезы, но не настолько, чтобы доходило до вен, и следом посыпали соль… А потом она почувствовала огонь. И половина ее руки оказалась в огне. Порезы, соль, огонь… Да еще и какая-то хрень, которую Учиха колит ей в кровь… Шики просто мечтала о том, чтобы сойти сума. Казалось бы, она действительно должна была сойти, но нет. Как-то раз она случайно вслух сказала это. Мадара внезапно ужасно взбесился. Он в три раза больше доз вколол ей эту хрень, усиливающую осязаемые ощущение. А потом привез другую девушку, примерно такого же возраста… Сначала он ее жестоко изнасиловал, раздирая вход в кровь и рвя волосы на ее голове. Затем он взял бутылку бензина, выгреб туда маленьких, но острых иголок, а потом вылил все это на нее. Много маленьких игл осталось в теле жертвы. Некоторые иголки упали на пол. Пока подросток корчилась от боли, брюнет взял спички и поджег ее… Она сгорела заживо. Ей даже не повезло, она умерла не сразу. Крики стояли еще долго. А Аи на все это смотрела… Она могла оторвать взгляд, но не хотела. Она вдруг начала понимать Мадару, почему он это делает… Но пока что она его заложница, его любимая игрушка… Которой он стал вставлять уже не реже, чем каждую ночь. И она стала замечать, что его стресс потом спадает, а сам Учиха становится более… Спокойным. И пусть она испытывала стыд, за то, что ей это нравилось… Потом она к этому привыкла. Она адаптировалась, как зверь в новом жилье. Она перестала бояться боли. Она ее уже ожидала. Футашики начала уже с вызовом говорить с брюнетом. Нет, она не сошла сума. Она просто адаптировалась в сложной ситуации. Теперь ей стало легче. Теперь она изменилась и уже не станет прежней. Мадара добился чего хотел, он промыл ей мозги. Пусть это и незаметно, но он знает, что когда-нибудь она все вспомнит. И тогда Шики тоже сорвется. В каждом человеке живет маньяк-извращенец. И каждый второй может стать психом ни с того, ни с сего. Ведь это нормально, это наш прогнивший мир. Что от него останется, когда психами станут все? Люди начнут убивать друг друга, перестанет существовать какая-либо политика, правила… Будет только лишь желание и эмоции, слабые и сильные. Слабые подчиняются сильным, так было всегда и везде. Секс, наркотики, изнасилования, убийства… Все это станет более, чем нормальным для общества, стоит лишь всем сойти сума, поддаться искушению. Так же, как поддалась искушению Шики. В один день, обычный день, когда девушка еще находилась в наркотическом состоянии, она вдруг заметила, что кто-то перед ней мельтешит. Когда красноглазая присмотрелась получше, она увидела, что это ее мама… Та со слезами начала пытаться отстегивать оковы и что-то все время шептала. -Что ты здесь делаешь? — пробубнила Аи, смотря на бесполезные попытки ее матери убрать наручники и цепи. Аи старшая была шокирована. Тон ее дочери был такой будничный, словно ничего не было, а само выражение лица было сонным, на нем было написано негодование. Кажется, она даже не поняла, что произошло, что она тут делает и почему эта женщина плачет. -Тебя спасаю, глупая. Скоро сюда приедет полиция. Мы тебя вылечим… — тихо прошептала женщина, обессиленно сложа руки на полу. Вдруг дверь в комнату открывается… Мама подростка резко подрывается и припечатывается спиной к стенке. В клетку зашел Мадара. Далее все произошло как-то смутно… Перед глазами Футашики все поплыло… Но она четко увидела, как из груди ее мамы торчит невесть откуда взявшаяся катана. О нет, эта катана всегда тут висела. Просто красноглазая ее не замечала. -Она притащила за собой полицию… — придя в себя, пробубнила уже брюнетка. Учиха лишь снисходительно улыбнулся, отстегнул оковы и освободил девушку. -Я знаю, я и предполагал, что скоро за мной приедут, — он в молчании выжидающе посмотрел на нее. -Послушай… Ты должна меня убить, — это было неожиданно. Сначала школьница ничего не поняла, но потом до нее дошел смысл сказанного. И она убила. Пока она была под наркотиком, пока до нее не дошли те мысли об ужасе, которое она пережила… Она просто придушила его наручниками, которые впивались ему в шею до крови. Затем она подползла к телу своей матери и положила ее голову себе на колени. -Прости, мам… — в ее словах почти не было эмоций, она просто это сказала. Через минуту девушка услышала громкие звуки распахнувшихся дверей и шаги. Когда отряд захвата явился, то увидел, что захватывать некого. Нужно только спасать. И уже потом, в больнице, через две недели до нее стали доходить реальные отголоски событий, голос разума и ужас всего того, что она пережила. Тогда она забыла о своем мимолетном безумии, она забыла, что в принципе-то в таком состоянии ей было плевать на всех, даже на мать, которая явилась спасти ее. Она просыпалась по ночам с криком, она кричала даже просто от вида крови… Но потом это более мене прошло. Ее друзья всячески пытались вернуть ее в нормальное состояние, но потом даже они опустили руки. Кроме Яхико. Как-то раз они остались с ней одни. И ее вдруг прорвало… И она рассказала все-все, кроме того, что тоже была немного безумной. Она не рассказала о том, что ей под конец уже нравились все эти домогания, как и любой извращенке. Она рассказала про то, как наблюдала за убийством и порнушкой, как он расплавил ее руку, как ей было больно, но не рассказала о своем маленьком безумии… Но, кажется, лидер их небольшой группы и так догадался, что Мадара посеял зерно. И сейчас это зерно выросло и принесло плоды…

***

В комнате наступила тишина. И только тихая музыка на фоне осталась все той же. Брюнетка до сих пор прижималась к уже как-то приятно для глаз связанному парню, а тот переваривал все, что она сказала. -Мадара был болен… И он заразил тебя, — сделал вывод Нагато. -А теперь… Ты заражаешь и меня? — спросил он. Вся эта история его не особо радовала. Однако, послушав ее истинные чувства, она стала ему еще более интереснее… Пусть взгляды и вкусы были ну очень своеобразными, это все равно добавляло ей изюминки… Она рассказала ему правду, которая теперь казалась ему не такой ужасной. -А почему бы и да, мм? Нагато~, — усмехнулась Шики и потянулась к губам Нагато. Тот ничего не стал отвечать. Раз уходить, то уходить с головой… Сейчас он не сбежит, и она это знает. Девушка быстро отстегнула наручники, развязала ноги друга. Или уже чуть больше, чем друга? Вместе они упали на кровать, которая стояла совсем рядом. Повязки с глаз она так и не дала ему снять. Парень даже забыл про вопрос, который его ранее мучил — Как же она все-таки донесла его? Но на тот момент это уже было неважно. И вот, Пейн чувствует, как его влюбленность превращается в страсть. Жгучую, долгую, опасную… «Они вместе упали на кровать. Парень, почувствовавший свободу, не позволил ей доминировать над ним» Безумие — всего лишь иллюзия… «Он хотел увидеть ее, но Шики так и не дала снять эту чертову повязку. Однако… Так было даже приятнее. Никогда не знаешь, где сможешь почувствовать ее касания. Его кожа реагировала ощутимее, чем раньше. Нагато почувствовал ее губы на своей уже обнаженной груди…» Это понятие создали просто так… Просто для того, чтобы люди могли объяснить свои поступки… Свои поступки… Свое мнение. «Стало очень жарко. Оба уже избавились от одежды, но все равно становилось се жарче и жарче. -Ммм, — сдержанно простонала девушка, когда почувствовала горячий влажный язык сначала у своего уха, потом на шее, ниже, ниже, ниже… Ее захлестывает с головой…» Безумцы — лишь люди, которые не смирились с прогнившим миром. Люди, которые стали выражать свои эмоции и свои намерения. Безумцы — люди, переставшие носить маску другого человека… «Внезапно, они меняются местами. Воспользовавшись тем, что Пейн расслабился, Аи быстро подманила его под себя, нашла те же наручники и приковала руки парня к кровати. -Футашики… — хотел он было возразить, но не успел. Она заткнула его долгим, страстным поцелуем и стала проводить подушечками пальцев по его худому торсу… Возражений больше не было…» Каждый человек безумен внутри. Просто никто этого не замечает. Кто-то общается с самим собой. У кого-то мания к жестокости. Одни видят того, чего нет. А другие не видят того, что есть… «Громкий девичий стон поднялся на всю комнату. Они наконец-то стали одним целым. Сначала больно… Но потом эта боль идет вперемешку с наслаждением… И тогда уже трудно оторваться друг от друга» Безумие — лишь способ выразить свои чувства. Но… «Оба прижимались друг к другу, чтобы максимально чувствовать прикосновение чужого тела» Этот способ не единственный… «Настал пик наслаждения. Он сначала медленно подходит, а потом фейерверком взрывается. Девушка обессиленно дышит и еще дрожит, а парень находит в себе силы еще о чем-то говорить…» Так он остался у нее неделю. Футашики приковывала его уже к кровати, чтобы не сбежал, да и чтобы удобнее было наслаждаться друг другом. Но только на неделю. Она даже никого не убивала. Нагато вспомнил, как она говорила про Мадару. Когда Учиха имел кого-то он остывал и становился спокойным. Похоже, также происходит и с его Шики. Девушка кормила его, самостоятельно одевала и раздевала его… Но через неделю она неожиданно отпустила его. Сама убежала и его отпустила. Сначала студент ничего не понял. И только потом до него дошло, что он находится в своей собственной квартире. Поэтому она не открывала ему глаз. Но куда делась она сама? .. На следующий день парень снова стал ходить в университет. -Боже мой, кто пришел, а? Человек, ты кто, мы тебя не знаем! — сразу, с порога буквально, начала наезжать на него Конан. Действительно, его ведь не было неделю с лишним. На звонки не отвечает, в общем пропал так же, как и его Аи. -Ты где пропадал? — прямо спросил рыжик с недовольным видом. -Сначала одна перестает проявлять признаки жизни, хрен знает что с ней вообще, а теперь и ты туда же! - да, ему явно нужно будет много выслушивать. Ну Нагато и выслушал. Выслушивал аж до третьей пары. Потом он решал, говорить им о барабанщице, или нет. «Пока не буду, мало ли, что у нее происходит в голове, вдруг одумается…» С каждым днем до него все больше стало доходить, что он дружит с психически больным человеком. Про Шики начали даже в новостях говорить. Как она еще не попадается ментам с ее-то бегом? И так прошел еще месяц… Ребята сильно волновались за Футашики, но заявление о пропаже почему-то до полиции не доходило. В общем-то, один Пейн знал, что с этой ненормальной. Но остальным так и не решился сказать. Ведь, наконец, и до него начинает доходить вся суть этой ситуации… Как-то раз он отвел Бога в сторонку, чтобы поговорить. Оба зашли в пустую аудиторию. Вот только разговор все не клеился. Через три минуты первым начал говорить рыжий гитарист. -Ну так… Как там Шики? — Удзумаки подозревал, что Яхико обо всем догадался. Слишком много знал. Да и умным был. Но скрывал это. -Как видишь, стала известной личностью. По новостям о ней говорят, — прямо ответил красноволосый. Подробности об этом не разглашают, да и то, что трупы на людей не похожи, тоже не говорят. -Я не об этом, — резко прервал его Бог. Пейн нахмурился. О чем он? Неужели, парень что-то пропустил в ее поведении? Что вообще произошло тогда? -Вижу, ты не понял… Ладно… Как она в постели? — соло-гитарист несильно ударил друга по плечу. Разговор из серьезного перешел в какой-то мальчишеский. Затем оба пошли на тот склад, где неформал обнаружил Аи в самом процессе работы. -Точно, ведь всех жертв обычно находили в таких зданиях… Похоже, она как-то завлекала их, а потом… Как ты там говорил? Рубила на куски, а потом сжигала? Нда, вот же творческая личность… — Яхико вздохнул и поглядел на парк. Небо все так же отражалось в речке, сакура опадала, листва желтела, кто-то качался на качелях… Стоп. Парень вдруг начал лучше присматриваться. И вдруг побледнел. С криком: «Черт, бежим быстрее!» он и его друг побежали в ту сторону. В парке были большие качели, на которых сидели обычно всякие парочки. Их было этак штук по три в разных частях и в центре. Бог не ошибся. Когда они прибежали, на тех качелях действительно была их ходячая катастрофа. Она качалась, повесив голову. Она не заметила чужого прихода. -Похоже, тебе совсем плохо, — произнес один из парней, чем напугал Футашики. Та чуть не упала, но Нагато успел подхватить ее. Брюнетка была слаба и бледна. Настолько слаба, что не могла даже говорить. Она лишь что-то шептала. Никто не смог разобрать, что именно. Парни отнесли ее домой. Но стоило им оставить ее одну на час… Как ее не стало…

Тот, кто убивает — болен…

«Переходим к вечерним новостям…»

Нет, все люди больны. Но те, кто способен отобрать чужую жизнь — особенно.

«…Полиция смогла наконец напасть на след маньяка — убийцы…»

Убийца — человек, не смогший справиться со сложностями жизни.

«…Но нашли они только его труп…»

Футашика Аи и Мадара Учиха были одни из таких людей. Они были больны. И эта болезнь очень заразна…

«Убийцей оказалась студентка психологически-медицинского университета Футашика Аи. По словам преподавателей и других свидетелей, этой странной, по их словам, девушки не было уже два месяца. Примерно в то же время появились и жертвы…»

Но знаете, они были не правы.

«…Похоже, что бедной девушке нужна была лишь помощь. Футашика Аи — единственная оставшаяся в живых жертва другого маньяка — Мадары Учиха. Из-за того похищения психика подростка была сильно расшатана, и вот к чему это привело…»

Тот, кто убивает — слабый человек. И он не сможет нормально жить. А если ты не можешь нормально жить, то и не сможешь нормально умереть…

«…А теперь переходим к неприятным новостям…» Парень выключил телевизор. Столько времени прошло, а они только-только нашли ее след? Если бы она не была мертва, они бы искали ее еще месяц. Мертва… Она сама решила пойти на это… И она пыталась нам сказать это еще тогда. Я четко слышал ее шепот, но не подавал виду. Не поддался на ее провокации. Не заразился… «Прошу, убей меня… Ты должен убить меня» Конан долго не могла отойти от смерти подруги и от шокирующей новости. Конечно, потом парни все-таки все ей рассказали. О всем-всем. Желтоглазая долго злилась на них. Причем реально злилась. А потом отошла… За барабаны сел Яхико, ведь он тоже умел на них играть, пусть и чуток хуже, чем их барабанщица. Он учился вместе с ней, но его больше привлекла гитара. Группу они назвали «Акатсуки». После того, что случилось, они решили создавать такие песни, которые бы направили слушателей на более мене правильный путь. Чтобы они не повторили ошибок той же Футашики. Первый альбом они полностью посвятили ей. Акацуки быстро стали известными рок-музыкантами. После окончания университета, их заметил один человек по имени Какудзу. И с тех пор они ездят по Японии и даже по другим странам с их песнями. Их команда пополнилась, она стала больше. Конан теперь просто поет, Яхико все так же играет на ударных, Нагато играет на гитаре. На басу стал играть Хидан Мацураши. Подлый человек, даже больной. На вторую гитару пришел Сасори Акасуна. Ну и самый молодой участник — Дейдара Тсукури. Он поет дуэтом вместе с Конан, а так же устраивает фейерверки. Все они стали одной группой… Конечно, как только троица стала доверять своим новым друзьям, они рассказали о четвертой участнице тем, кому было интересно. И лишь красноволосый Сасори к концу рассказа, немного подумав, сказал: "Ей просто не хватало лекарства..."