Уже не верю в сказки

С момента выздоровления и загадочного ухода парня с волосами солнца прошло десять лет. Десять лет. Кто-то скажет, что это несомненно долго, кто-то - что совсем мало. Но поменялось не малое, и это не малое изменить вряд ли получится. Наш Никита сильно изменился. Сейчас он на третьем курсе медицинского университета. Из милого и доброго мальчика он превратился в пофигичного морального монстра. Перестал тепло общаться с родителями, ходить в парки и на площади во время праздников. Что же служит виной этому, спросите вы. А он и сам не знает, может, он просто вырос?  Да, вырос, поменял идеалы и полностью перестроил своё мнение о мире. С возрастом становится понятно, ничего не изменится. Пройдет хоть сто лет, миллион. Ничего не изменится! Вещи ломаются, люди умирают, о них плачут, но вскоре забывают. Люди жалкие создания, а Никита не видел смысла трястись над каждым человеком. Ну умрёт один, умрёт второй, и что? Что изменится? Каждую секунду в мире умирает по шесть человек, и что? Мир существует, люди живут в нём. Всё бессмысленно… Так почему он живет, а не покончит жизнь суицидом? Ах да… Он человек. В физиологии человека заложено трястись за свою шкуру, он не подросток считающий, что только он знает, как ужасен этот мир, а остальные люди просто слепые идиоты, нет. Просто они все Люди… Вернувшись на родину, Эктелеон тоже поменял своё представление о мире людей. Но уже в хорошую сторону. Да, большинство людей жестокие твари, но даже среди них порой встречаются те, чьи поступки хоть как-то оправдывают человеческую расу. С одним из них принц был знаком лично. После возвращения сына королева за несколько дней встала на ноги. И всё вновь стало хорошо, за исключением, пожалуй, странного поведения Таске. Но выводы принца на этот счёт сводились к тому, что он был просто обижен из-за непослушания Экталиона. В один солнечный день, когда принц решил провести время в тихой библиотеки за интересной книгой дедушки, он не заметил тихих шагов матери, вошедшей в помещение. - Интересно? - спросила она, даже не взглянув на книгу. От неожиданности блондин чуть вздрогнул. - А, да, очень, - молодой принц посмотрел на королеву и улыбнулся. - Нам нужно поговорить, - чтобы унять волнение, она взяла в руки первую попавшуюся книгу и начала бессмысленно перелистывать бледные страницы. - Ты могла бы попросить кого-нибудь привести меня. - Я хотела обсудить это в неформальной обстановке, - Экталеон никогда не видел мать такой. Она была очень взволнована и чем-то смущена. - Понимаешь, тебе ведь завтра исполняется двадцать восемь, - она покраснела ещё больше, - а эльфам в твоём возрасте пора бы уже, ну... - Мам, говори уже, - принца заинтересовала книга, и он хотел поскорее закончить разговор и вернуться к ней. - Вот, - королева изящным движение положила на стол перед принцем какой-то золотой свёрток. - Это список девушек, которые завтра посетят наш приём в твою честь, ты должен будешь выбрать невесту из них. Принц, мягко говоря, был шокирован. Ограничений в возрасте как токовых у эльфов не было, да и однополые браки были не редкостью. А тут такое. Блондин сразу решил, что что-то не так. И когда он хотел сказать это матери, та уже быстрым шагом вышла из библиотеки, оставив сына в одиночестве. На следующий день - Ваше Величество, Вы уверены, что это хорошая идея? - офицер сопровождал королеву в её послеобеденную прогулку по саду дворца. - Нет, - честно призналась Галадриэль. - Но ему нельзя быть одному. Я не смогла стать ему хорошей матерью. - Нет, я вижу, Вы из кожи вон лезете ради Его Высочества. Даже тот случай, если бы вы не пошли к ... - возмущенного офицера перебили. - Полно Ито, даже это не покроит мой грех. Я навеки заточена цепями этого порока, - она остановилась над кустом белых лилий и горько улыбнулась. - Они прекрасны, можешь положить их мне в гроб, когда я умру? - Что Вы такое говорите!? - офицер с ужасом посмотрел на свою королеву. Та лишь ещё раз улыбнулась. День близился к закату. Но во дворце всё только начиналось. Дворецкие принимали первых гостей, официанты разносили шампанское. Только лишь одному эльфу в этот день не хотелось покидать свои покои. - Ваше Величество, - Таске постучал в дверь спальни принца. - Гости почти собрались, пора бы и Вам к ним спустится. Через минуту дверь отворилась и на её пороге показался грустный принц. - Таске,- он жалобно взглянул на офицера. - Я не могу. - В чём дело? - Ито обеспокоенно коснулся лба блондина. - Вам плохо? Ничего не ответив, принц свалился на Таске. Тот, подхватив Экталиона, поспешил отнести его на кровать. У Таске были подозрения, но он старался отгонять их последние полгода. Дрожащими руками он перевернул стонущего от боли принца на спину и снял его рубашку. От того, что он увидел, у него появились нотки ужаса на лице. Крылья принца слишком быстро иссушались. - Сынок! - Королева склонившись над кроватью с трудом наблюдала за мучениями сына. - Что это!? - спросила она у придворного врача. - Несомненно это "impossible love"*. - Нет, - по лицу королевы прокатилась слеза. - Но кто? - она взглянула на сына спящего сном вызванным множество препаратов, и склонившись начала плакать, уткнувшись ему в плечо. Тут Таске вспомнил события десятилетней давности, неужто принц повстречал кого-то в мире людей. И эта болезнь значит то, что этот "кто-то" в большой опасности. Но кто? Неужели тот мальчик... - Я знаю, кто это, - вдруг нарушил тишину офицер. Королева подняла на него глаза. - И я приведу его сюда, - он встал на колени перед королевой. - Прикажите. Королева посмотрела на сына, потом на Ито, и, встав с кровати, опустила голову ниже, чем Таске. - Не приказываю, - она шмыгнула носом от непрерывного плача. - Прошу тебя, Таске. Спаси моего сына.