Часть 1
27 сентября 2015 г., 14:37
Когда Хогвартский экспресс резко дернулся с места, Гарри подумал, что поезд — голодная собака, которая вдруг метнулась к кости. Чемоданы с верхнего ящика одного из купе тут же полетели вниз, прямо на головы старшекурсников. Парень решительно направился к ворчащим студентам. После того, как Гарри нагло облокотился о край купейной двери, на него устремилось много непонятливых взглядов.
— Вам больно? — спросил он у парня с рыжей бородкой.
Обладатель не только очаровательной бороды, но и шикарных кудрей до самой спины явно понял, что юный волшебник пришёл к нему не о самочувствии спросить. Поэтому выпалил:
— Ну, а тебе-то какое дело, малец?
— Просто, — замялся Гарри, — если по голове шибанет чем-то тяжёлым, говорят, что мозги с места выскакивают. Вот вы говорите, что вам не больно, не значит ли это, что причина в отсутствии мозга?
— Я не говорил, что мне не больно, придурок! — вскипел парень. — На самом деле, очень и очень больно!
— М-м-м, — промычал довольно Гарри. — Простите. Вы, наверное, так стары и мудры, это очень странно, что я решил, что у вас мозгов нет.
— Малыш, что за бред, — поспешила вмешаться девушка, сидящая с рыжим волшебником. — Уйди, пожалуйста, пока Марк не обозлился на твои дурацкие шуточки и не наложил на тебя одно из запрещенных заклинаний.
На любого другого мальчика эта угроза может и подействовала бы, но для Гарри эти слова практически ничего не означали, ведь он лишь около суток назад познакомился с волшебным миром, а о том, что такое "запрещенные заклинания" не знал и подавно. К тому же он обратил бы внимание на шарф, выглядывающий из чемодана, который был зеленого цвета в белую полоску. Любой другой мальчик обратил бы, но только не Гарри.
Ему было очень любопытно, но не то, что такое "запрещённые заклинания", а то, почему Марк должен обозлиться на его шуточки, если они "дурацкие". Своё недоумение он выразил в словах.
Марк на это стал пунцового цвета, и Гарри не со зла сравнил это явление с превращением в свинью. Гарри не знал, что со слизаринцами шутки плохи. Старший волшебник мысленно проткнул мальчика насквозь волшебной палочкой, как куклу Вуду, и решил непременно сделать это наяву. Он уже направил острый кончик в сторону мелкого противника, но не чтобы проткнуть, а наложить тяжёлое заклинание. Например, пусть разучится говорить, но вот гавкать точно будет изумительно. Понятно, что Марк желал лишнего: в Хогвартсе после такого парня считали бы психом, но он слизеринец! А слизеринец должен уметь постоять за своё честное имя, но это весьма сомнительно.
И вот Марк уставился на мальчика, мальчик уставился на него. Что-то в этом первокурснике было не так. Точно! Шрам! Неужели перед ним легенда — Мальчик-Который-Выжил? Очень хотелось отметить, что это довольно-таки глупая легенда.
— Да, мне, пожалуй, пора, — заговорил великий Гарри Поттер и последовал в далекий конец коридора, оставив слизеринцев в замешательстве.
Перейдя в другой вагон, Гарри остановил выбор на пустом купе. Вот, где можно будет расслабиться, а главное — в одиночестве. Когда кто-то рядом, мальчика одолевает неукротимый поток смешных вопросов, которые бывают не всегда к месту, но перебороть самого себя просто невозможно.
Едва Гарри так подумал, в купе вошёл рыжеволосый мальчишка в милом свитере с буквой "R". И только сейчас Гарри обратил внимание на верхнюю полку, заваленную вещами.
— Привет, я — Рон Уизли,— добродушно сказал вошедший и присел напротив. — Я отходил кое-куда.
— Привет, Рон. Я — Гарри Поттер. А куда ты отходил?
— В смысле? Куда все отходят. Стой, стой! Ты сказал... Гарри Поттер? Тот самый?
— Но куда все отходят? — не обращая внимания на восхищение Рона, требовательным тоном спросил мальчик со шрамом. — На тот свет?
— Да в туалет! — вскинул руками рыжеволосый. Ещё один рыжеволосый. Тут Гарри заметил, как в кармане недоуменного собеседника что-то шевелится.
— У тебя танцующий карман, — сказал он. — Это магия такая?
— Что? О, нет, это Короста, — усмехнулся Рон и достал из кармана крысу: толстую и тупую.
— Почему ты назвал её Коростой? — искренне удивился мальчик.
— Ну, так получилось, — нахмурился тот, а в голосе было слышно едва зародившееся раздражение, совсем еще младенец.
«Надо бы помочь малышу превратиться в большого толстого дядю», — подумал Гарри.
— Классный свитер. Кто связал?
— Мама.
— А ей сколько лет?
— Зачем те...
— Она красивая? Не толстая? А какого цвета у неё волосы? У тебя отец есть? Кто он? Брат или сестра, может, есть? А у меня никого нет, я сирота. Только тетя и дядя. Вредные. И жирный кузен. А у тебя есть дядя, тётя и жирный кузен? О, Короста — мальчик или девочка?
Рон вдруг, бросив все свои вещи, сорвался с места и выбежал в коридор, столкнувшись в дверях с девочкой в черных одеяниях, явно Хогвартская форма. Накручивая на палец длинный кудрявый локон русых волос, она смотрела на Гарри задумчиво и восхищенно.
— Ого, — сказала девочка. — Это было здорово. Только вот мы подъезжаем, ты бы переоделся.
Она уже обернулась, чтобы уйти, как вдруг выпалила:
— А я — Гермиона Грейнджер, будет здорово, если мы ещё увидимся. Кстати, очки у тебя откуда? Оправу такую выбирал сам? А ты видишь, что они у тебя треснутые? А то, что они заляпанные? Раз в школу волшебства поступаешь, выучил какое-нибудь заклинание? А я выучила. Сейчас мы дело с твоими очками исправим...