Abstinence/Абстиненция

      Когда Джастин открыл глаза, в палате уже было пусто и казалось, что стало ужасно холодно. На соседней кровати была смята постель, но того, кто смял ее, рядом не оказалось. Оторвав голову от подушки, Бибер потер глаза ладонью и небрежно провел по волосам, приводя непослушные пряди в полный хаос. В палате было светло, сквозь окно было видно серое хмурое небо с густыми повисшими облаками, до которых можно было дотянуться рукой, если только привстать на носочки. Джастин потер шею внутренней стороной ладони, будто помогая себе оправиться ото сна. На нем все так же была серая теплая толстовка с капюшоном и карманами, в которых было тепло.       Поднявшись на ноги, парень выгнул спину и потянулся вверх. В животе жалобно заурчало, что заставило Бибера скривиться и схватиться за место, откуда доносился крик о жажде завтрака. Или обеда. Или ужина. Сколько сейчас вообще времени? Сунув руку в задний карман своих штанов, Джастин вытащил телефон и нажал на кнопку, заставив экран засветиться разноцветными красками.

09:33

      Тоби так и не зашел ночью за Джастином, а это значит, что он тоже до сих пор не покинул стены этой лечебницы. Открыв дверь, шатен вышел из палаты в коридор, застав там светловолосую девушку за разговором с каким-то парнем. Они сидели на мягком диванчике у окна, держась за руки. Джастин сделал пару шагов к ним, с каждым последующим замедляя темп.       – Ты уверен, что именно ее ты видел сегодня ночью? – спросила девушка в белом халате, сидя спиной к Биберу, не заметив его присутствия здесь.       Парень остановился, невольно затаив дыхание и невольно начав подслушивать. Нет, он не был любителем подслушивать разговоры или лезть не в свое дело, считая это бесполезной тратой времени, как и помощь незнакомому человеку. У каждого должны быть свои люди, которые готовы протянуть руку в трудную минуту, но таким человеком Джастин не был никогда. Он не был злым или эгоистичным, просто не считал нужным быть добрым.       – Клянусь, это была она, – бледный, как стена, парень побледнел еще сильнее. Его кадык нервно дрогнул, когда он тяжело моргнул. – И она была не одна.       Джастин спрятал руки в карманы, зажав между пальцев толстую ткань толстовки. Он вдруг почувствовал, как сердце набирает обороты, когда только вспомнил про то, куда сегодня должны были отправить Алису.       – Эй, Джо, – наконец воскликнул Бибер, поле чего блондинка вздрогнула, но через мгновение обернулась назад. – Где Тоби?       Кейдсон склонила голову вбок, вновь вернувшись к бледному парню и сжала его ладони.       – Спасибо, Бойд. Надеюсь, все, что ты мне сейчас сказал, не выйдет за пределы нашего разговора, – блондинка мило улыбнулась и выпустила мужские руки из своих маленьких ладоней. – А теперь тебе стоит пойти в палату и немного полежать. Скоро начнутся процедуры, а ты еще не сомкнул глаз, – девушка еще раз улыбнулась, поднявшись с дивана вслед за парнем. – Иди.       Светловолосый парень перевел свой уставший взгляд на Джастина, оглянув его с ног до головы. Уголок его губ нервно дрогнул, отчего Бибер почувствовал холод, который одолел пальцы его ног. Бойд прошмыгнул в одну из палат, плотно закрыв за собой дверь, оставив Джастина и Джоанну наедине.       – И тебе доброе утро, Джастин, – произнесла устало девушка, подходя к Биберу. – Тоби еще спит в ординаторской.       Потерев глаза ладонями, она поправила волосы и выпрямила спину.       Но это не та идеальная осанка.       – Какие-то проблемы, Кейдсон? – Джастин выгнул бровь, следуя за блондинкой.       Они направлялись мимо поста, где сегодня ночью сумасшедшая, которая ночевала с Джастином в одной палате, искала какие-то таблетки, после чего подошли к двери, за которой он вместе с этой же сумасшедшей прятался от медсестры и санитара.       Да, веселая была ночь.       – У меня со стола пропали таблетки, которые ни в коем случае не должны попасть в руки пациентов, которые лечатся от зависимости, – ответила Джоанна открывая дверь в сестринскую и впуская Джастина. – Проходи.       Парень послушно вошел и закрыл за собой дверь, оглядев помещение. Здесь было довольно уютно, в отличие от того серого коридора и леденящих душу палат. В углу стоял небольшой книжный шкаф, у которого располагался диван тепло-коричневого цвета. Справа от него стоял небольшой торшер, свет которого оставался пока загадкой для Джастина. У окна располагался компактный стол с множеством ящиков и маленьким органайзером на краю. Рядом стояло мягкое кресло, обшитое какой-то дешевой тканью. Вдоль стен были расставлены полки с множеством папок.       Поджав губы, Джастин сел на диван и уставился на Кейдсон, которая подошла к одной из полок и достала оттуда одну из папок, на обложке которой была прикреплена маленькая фотография, которую парню так и не удалось рассмотреть.       – Стой, а разве здесь разве не психов лечат? – спросил Джастин, внимательно разглядывая лицо блондинки, которая стояла у стола, перелистывая страницы в папке.       – И их тоже, – пробормотала Джоанна, остановившись на одном из листов. – Что ж тебе неймется-то, Миллоу? Неужели так хочется снова попасть в закрытый блок?       Закрытый блок.       Снова?       – Джо? – Джастин поднялся на ноги, поправляя толстовку на ходу, и подошел к медсестре. – Чье это дело?       Кейдсон закрыла папку, открывая Джастину вид на фотографию, инициалы и клеймо, с которым пациент поступил в эти стены.       Алиша Миллоу. Наркомания.       На фотографии была темноволосая девушка, которая исподлобья смотрела в кадр. Джастин поджал губы, проведя рукой по волосам.       Так она не просто умалишенная, а еще и наркоманка. А он еще и помог ей взять таблетки.       Чертов, блять, дебил.       – И за что ее в закрытый блок? – спросил шатен, пряча свою совесть глубоко под толстовку, всеми силами пытаясь заставить себя укусить за язык.       Джо вновь открыла папку на нужной странице и положила ее на стол перед собой, опершись на ладони. Джастин повторил ее жест, уставившись на буквы, пляшущие на строчках. В его глазах отражались слова «наркомания», «героин», «преждевременная смерть». Помотав головой, он несколько раз моргнул и устремил взгляд на девушку, все так же молчащую рядом с ним.       – Она постепенно сходит с ума, – произнесла Кейдсон, подняв голову и переведя глаза на окно, наблюдая за тем, как одинокие капли начинают постукивать по прозрачному тонкому стеклу. Почувствовав на себе вопросительный взгляд Бибера, она продолжила. – Здесь ей пытались донести, что наркотики приведут ее к смерти, но она не хотела этого принимать, поэтому продолжала искать способы засунуть в себя новую дозу. – Джастина передернуло от такого напора, но он продолжал спокойно слушать. По крайней мере, пытался сохранять спокойствие. – Сначала она просто просила больше капельниц, жаловалась на постоянную мигрень и бессонницу, отчего ей помогали только капельницы. Ей прописали больше капельниц, но она требовала еще больше, когда их количество достигло максимально разрешенного. Начала срываться на истерики, биться об стены, закрывалась в себе, не подпуская к себе ни одного психотерапевта, когда это было так необходимо. Она пугала всех пациентов, поэтому нам пришлось перевести ее в закрытый блок.       Джастин стоял, пытаясь расставить свои мысли по местам, разложить их в нужном порядке, воспринять все так, как нужно.       – Но вы ее выпустили, значит она стала нормальной. Так, зачем ее снова в закрытый блок? – вновь спросил Бибер, отойдя от стола, расположившись на диване и сцепив руки в замок, чувствуя, как они начинают потеть то ли от напряжения, то ли от волнения, что ни есть хорошо.       Блондинка, так и не обернувшись к Джастину, села на кресло у стола, все так же держа в руках папку с данными об Алише Миллоу.       Так, она все-таки Алиша, а не Алиса.       – Она снова стала пугать пациентов своим поведением, – резко ответила Джоанна, изящно закинув ногу на ногу. – Поэтому сегодня вечером после всех процедур ее переведут в закрытый блок, – завершила Кейдсон, после чего Джастин подскочил с дивана.       Он хотел ее увидеть.       Внезапно захотел увидеть эту психопатку – наркоманку, которая докучает всем своим поведением, которое предает ей еще больше необъяснимой опасности и притяжения.       Спешно покинув эту уютную комнатку, Джастин направился по коридору, открывая все двери по очередности. Ни в одной из палат он не обнаружил ее, поэтому постоянно извинялся перед пациентами, которые кричали, когда он заглядывал к ним. Дойдя до той палаты, в которой ему пришлось переночевать прошлой ночью, он дернул за ручку и оцепенел. Перед ним была девушка в светлых штанах и темной футболке, на которой были темные пятна в районе плеч. Волосы были мокрые, капли с которых стекали и оставляли свой след на футболке. Девушка сидела на подоконнике, поджав под себя ноги и смотря в окно, обнимая свои колени.       Ну, привет, Алиша Миллоу.       Джастин сделал несколько шагов в сторону окна, но остановился в одном метре, засунув руки в карманы и сузив глаза. Он так стремительно искал ее пару минут назад, а сейчас просто стоит и не знает, что делать дальше. Он не знал, как вести себя с ней, больной наркоманкой, которая билась головой о стены и была зависима от капельниц, пытаясь обвести врачей вокруг пальца. Вчера, когда он ничего о ней не знал, все было проще. Ему было плевать на все, что она может подумать или сказать, но сейчас…       – При встрече принято здороваться, – едва слышно произнесла темноволосая девушка, прислонившись лбом к холодному стеклу, по которому стекали холодные капли тоскливого дождя.       Бибер сделал еще маленький шаг и облизал губы.       – Ну, привет, – как бы невзначай обронил он, заставив девушку обернуться.       Ее кожа была еще бледнее, чем прошлой ночью, но синяки были менее заметней. Может, она идет на поправку?       Хотелось бы верить.       – Ты был у Кейдсон, – тихо произнесла Алиша, спрыгнув с подоконника и облизав губы, в точности как Джастин. Так же уверенно и сладко.       – Был, – кивнул Бибер.       – Она тебе что-то рассказала обо мне, – приподняв уголок губ, прошептала Миллоу.       – Рассказала, – вновь кивнул парень.       – Не хочешь больше видеть меня? – расположив руки в карманах своих широких светлых штанов, девушка склонила голову, будто это была игра.       Ее игра.       – С чего ты взяла? – нахмурил густые брови Джастин, копошась в кармане своих штанов.       – Все так поступают, – пожала брюнетка плечами и заправила прядь мокрых волос за ухо.       – Как?       – Сначала просят открыться им, а потом не хотят принимать тебя таким, какой ты есть, – она опустошенно улыбнулась, будто все это уже не в первый раз пронесла на себе.       Джастин, пересилив себя, сделал еще один маленький, просто очень маленький шаг ей навстречу, отчего та колыхнулась.       – Ну, раз ты принимала героин, наверняка ты принимала никотин, – приподнял уголок губ шатен, кивнув в сторону дверей.       На губах девушки образовалась мимолетная улыбка, которая сменилась выразительным взглядом исподлобья. Бибер даже качнулся от этой резкости, пряча свою улыбку под испуганным выражением лица.       – Неужели я настолько пугаю людей? – выдохнула Алиша, подойдя к Джастину и запустив свою руку в карман его толстовки, доставая оттуда красную пачку сигарет. – Пойдем, я скучала по табаку в своих легких.

Alphaville – Forever Young

      Джастин последовал за девушкой, которая без всяких предостережений вышла в коридор и направилась к лестнице. Сейчас ему было наплевать, что он идет рядом с наркоманкой, которая была агрессивной и опасной для всех пациентов, потому что сейчас она была просто девушкой, которая взяла его пачку сигарет и мчится по ступенькам вниз, в надежде, что уже через несколько секунд впустит в легкие едкий дым, окутывающий разум.       Остановившись в пустом коридоре рядом с брюнеткой, Бибер затаил дыхание. Было так тихо, что было отчетливо слышно, как маленькие капли начинающегося дождя стучались в окно, будто прося впустить их погреться. Джастин прислонился спиной к холодной стене, сложив руки на груди. Он стоял, рассматривая девушку перед собой. Та быстро открыла пачку и вставила сигарету между своих губ, чиркая колесиком зажигалки перед своим лицом, заставив сигарету пустить одинокую струю дыма вверх. Она спрятала зажигалку обратно в пачку и, закрыв ее, протянула Джастину, ухватываясь за сигарету между своих губ двумя пальцами, выдыхая дым из своих легких. Парень, забрав пачку из бледных рук, повторил все давно заученные действия и спрятал сигареты в задний карман штанов, выпуская из губ струю белого дыма, от которого стали немного слезиться глаза.       – Ничего не хочешь рассказать? – спросил шатен, продолжая делать затяжки одну за другой, позволяя дыму осквернять его легкие.       Джастин заметил, как пальцы девушки крепче сжали коричневатый толстый фильтр сигареты, в то время, как она стряхивала пепел на пол и немного притоптала его ногой. Все остальное полностью показывало ее спокойствие, будто ее ничем невозможно задеть или напугать. Очередная затяжка, и она выпускает из своих губ оставшийся дым, бросая бычок в щель окна, где его тут же затушат назойливые капли набирающего обороты дождя.       – По-моему, ты уже все знаешь, – ответила равномерно девушка, складывая руки на груди и устремляя взгляд на парня, который только что протолкнул бычок в щель окна, который полетел вслед за ее бычком.       Джастин повел плечами, спрятав руки в карманы.       Да, он знал, но не хотел верить. Хотел услышать от нее, что она тоже всего лишь душевнобольная, которая страдает какой-нибудь депрессией, отчего у нее и эта бессонница, от которой круги под ее голубыми глазами больше, чем сами глаза.       Голубые глаза?       Да, он заметил.       – Что ты хочешь услышать от меня? Я даже не знаю…       – Джастин, – прервал ее парень.       – Читаешь мысли? – вздернула бровь Алиша, приподняв уголок припухших от собственных укусов губ.       – Может быть, – пожав плечами, ответил Джастин и перемялся с одной ноги на другую. Нервничал. – А теперь я могу услышать то, о чем ты уже готова мне поведать?       Брюнетка натянула улыбку, поведя бровью, отступив от Джастина на шаг и сунув бледные запястья в широкие светлые штаны, закинула мокрые волосы за спину, открывая вид на бледную кожу ключиц, которые прикрывала тончайшая ткань.       – Не сегодня, мистер Хочу-Все-Знать, – ответила девушка и, качнув головой, направилась вверх по лестнице, заставив Бибера закатить глаза и направиться вслед за ней, ибо оставаться в этом холодном коридоре в одиночестве ему не доставляло никакого удовольствия.       Да, именно поэтому. Наверное.