Sweetest

Как только Санхёк вышел из ванной, он погрузился в звенящую тишину комнаты. Он мысленно себя проклинал за то что пришел в общежитие, за то, что приходил на концерт, за то что видел и слышал все то, что происходило в гримерке, за то, что не смог уйти, а наблюдал за Лео, наблюдал и просто не мог сдвинуться с места. Ему было ужасно больно, ведь он знал, что Тэгун никогда не обратит на него внимания, но лучше бы это был кто-то вне группы, незнакомая девушка в конце то концов, но не Рави. От осознания этого становилось трудно дышать, что им вот так просто воспользовались для собственного утешения. Но Хёка сам виноват, он знал, но все равно пошел следом за Лео, позволил всему произойти, и он был счастлив наконец-то оказаться в объятиях любимого человека, хоть и ненадолго, но он был счастлив, что ему досталось такое приятное внимание. Пройдя до дивана, прокручивая в голове события часовой давности, он присел на край мебели. - Неужели это все, - еле шевеля губами, смотря куда то сквозь стену, будто там есть ответ, прошептал Хёк. Предательские капли слез собирались в уголках глаз, руки сжимались в кулаки, от осознания, что он мало что может сделать, на глаза попали ни в чем не повинные подушки, мирно лежащие на диване. От разъедающей боли Санхёк ничего умнее не мог придумать как выплеснуть свою обиду на подушках, разбрасывая их по комнате и шипя про себя ругательства. Немного успокоившись, он решил не сдаваться и все же сделать попытку обратить на себя внимание вновь. Эмоционально уставший макнэ залез на кровать под теплое одеяло, вдыхая запах чистого постельного белья, но так и не мог заснуть, лишь думал, как же ему остаться рядом с Лео подольше, хотя бы еще день, один день. Бродя по узкой улочке, ветер неприятно спутывал волосы, руки в карманах, взгляд вниз - Лео не заметил как дошел до общежития. Немного поежившись от прохлады, он взглянул на окно пятого этажа, именно там была кухня, где сейчас открыто окно, идет дым и стоит Рави. Его плохо видно, но он явно заметил Лео и смотрит вниз. Тэгун лишь думает про себя, что как это банально - курить после.. Ссоры? Он даже не знает как это назвать, смотрит наверх будто Рави ему сейчас что-то скажет, возможно не очень приятное, даже наверно обидное, а может просто улыбнется и позовет к себе. Но злость у младшего взяла свое, и Рави, поднимая руку, показал средний палец и ухмыльнулся. Этой ухмылки все равно не было видно, слишком темно, даже для светлой кухни, но это было как будто необходимо, возможно для образа, а возможно для того, чтобы не чувствовать себя так погано после сегодняшнего и сыграть роль крутого парня. - Придурок малолетний, - прошипел Лео и показал жест рукой в ответ (а сам то?) После чего развернулся и пошел в сторону дома. У Тэгуна в голове мысли словно морские волны, которые бьются о скалы при шторме, он пытается понять, когда упустил этот момент с Воншиком, когда начал привыкать к нему, быть постоянно рядом, сидеть рядом в машине, прикосновения - это ведь все так далеко от него. Он вообще не хотел в группу, слишком много людей и шума, фансервисы и прочая ерунда, заставляют много рассказывать о себе и играть в дурацкие игры. В общем все то, от чего он пытался отстраниться за время существования группы, и только Рави помогал ему справиться с неприятными обязанностями. Лео, неспешно бредя по улице, доходит до дома спустя минут сорок, на часах уже давно перевалило за полночь, он набирает замерзшими пальцами код двери, получается только со второго раза, к его счастью свет нигде не горит, а это значит, что Санхёк уже спит. Почти бесшумно он прокрадывается в коридор, стягивая ботинки, ставя их ровно по стенке, вешает пиджак на вешалку, проходит в комнату и натыкается на подушки, разбросанные по всему полу, немного потупив и предполагая пару вариантов, что могло произойти, он все же решает не забивать голову и просто собрать их обратно на диван, не хочется думать о том, что в этом маленьком бардаке виноват он. Правильно, он сбежал, воспользовался теплом и преданностью Санхёка, ведь знает, что у макнэ к нему не просто влечение, там буря чувств, да такие, что даже не хочется завидовать, ведь скорее всего они пропитаны болью и ожиданием, надеждой и страхом быть отвергнутым. Хёк ведь даже одно время подражал Лео, был таким же спокойным и мало говорил, думал что так они смогут сблизиться и старший обратит на него свое внимание. Но Рави выбирает Лео для совместного проекта, и это окончательно рушит Хёку все его глупые мечты. Переодеваясь в домашние шорты, Тэгун хочет поскорее лечь спать и хоть на пару часов забыть о своих тревогах. Некоторое время поколебавшись насчет того куда ему следует лечь спать – одному на диван или все таки на кровать к макнэ, Лео аккуратно отодвигая одеяло, чтобы не разбудить соседа сопящего рядом, он ложится чуть ближе к краю кровати, но как только голова касается мягкой подушки, рука Санхёка аккуратно и нежно обвивает талию Лео и ладонь слегка ложиться на подтянутый живот, а сам он поворачиваясь касается лбом спины. - Я думал ты не вернешься сегодня, мне было очень одиноко, хён, - слегка дрожащим шепотом проговорил Хёк, обжигая дыханием кожу на холодной спине, он утыкается носом между лопаток и совсем невесомо целует. От такой нежности Лео просто распирало, внутри творилось что-то ужасное, но приятное, с ним никогда так не обращались, на минуту он потерялся, даже забыл на секунду как дышать, но почувствовав губы на своей коже, он потянулся к руке Санхёка и переплел пальцы. В голове маленьким звоночком раздавалось лишь, - Что ты делаешь Чон Тэгун..что же ты делаешь.. - но он лишь сильнее сжал ладонь, на что младший крепче прижался к уже теплой спине, улыбнулся уголками губ и провалился в сон. Тэгун обычно просыпался медленно, выныривая из сна легкой полудремой, но в это раннее утро, выдавшееся пасмурным, как только его глаза приоткрылись, на сознание сразу обрушились мысли о вчерашнем дне и звуки тарахтения посуды из кухни. Вздохнув, он поднялся, пытаясь пригладить взъерошенные волосы и тихо пошел к кухне, думая, что надо поговорить с Санхёком, мягко объяснить, что произошедшее было ошибкой. Впрочем, весь его решительный настрой сразу же куда-то испарился, как только Хёк заметил его в дверях и улыбнулся своей широченной радостной улыбкой. – Доброе утро! А я вот тут кофе сварил, ты же будешь? И булочек еще купил, давай завтракать! – макнэ лучился позитивом и как будто не был ни на что обижен. Лео, кивнув, сел за стол, придвигая к себе кофе, несколько секунд молча смотрел как Хёк, встав рядом, подливает ему молоко в кружку, наблюдая за тем как смешивается темная и светлая жидкости, приобретая цвет молочного шоколада. Совсем как волосы Санхёка. Где-то на этой мысли Лео приказал себе остановиться, накрывая своей рукой пальцы опирающегося о стол мальчишки. - Нам нужно поговорить, Санхёк. Рука, наливающая молоко, дрогнула, и Хёк опустил бутылку на стол. Улыбка враз слетела с его лица, и он очень серьезно посмотрел в глаза Лео. - Нет, не нужно, - он ненадолго замолчал, пытаясь прочесть в глазах Тэгуна то, чего ему так не хватало. – Не сегодня, ладно? Давай поговорим завтра? Или послезавтра. Но сегодня не будем, хорошо? – Лео, поколебавшись, молча кивнул, и на лицо Санхёка вернулась его лучистая улыбка. Он сел за стол напротив, и поглощая завтрак, начал болтать что-то по поводу предстоящего выступления на шоу, то, как будет весело и то, что Лео должен постараться побольше говорить в этот раз. Выходные, между тем, закончились, и на этот день для всей группы кроме лидера, у которого свое расписание, было запланировано участие в одном из развлекательных телевизионных шоу. Менеджер должен был подъехать за одногруппниками утром к общежитию независимо от того, ночуют парни в общаге или нет, поэтому после завтрака Лео с Хёком направились туда. Машина с менеджером уже была на месте, но остальных мемберов еще не было видно, поэтому они забрались внутрь на заднее сиденье, где Хек занял место рядом с Тэгуном, там, где обычно сидел Рави. В ожидании остальных невыспавшийся Тэгун практически сразу задремал, а Хек, воспользовавшись этим, сразу сложил свои руки на него, обнимая, а голову удобно примостил на плечо, прикрывая глаза. Воншик вышел из общежития практически одновременно с подошедшими Кёном и Хонбином, и влезая в машину, на минуту застрял в дверях, тупо смотря на парочку на заднем сиденье. А потом начал возмущаться, на что Хонбин одернул его - Садись уже на свободное место, не видишь что ли, мелкий спит, пусть отдыхает. – Рави недовольно ворча сел рядом с Кёном и уже не видел довольной улыбки макнэ, который притворялся спящим.