Подозрение
6 октября 2015 г., 23:15
Прошёл день. Кирк был по уши в делах, разрываясь между заполнением отчетов со Споком и посещением Маккоя в лазарете. М’Бенга и медсестры перевязали всё, что нужно было перевязать, но кое-что требовало больше времени на заживление. Кирк не знал подробностей — он ещё не получил медицинское заключение.
— Вы сказали, капитана звали Дженций? — переспросил Кирк, потирая виски. Он вымотался за день и как раз собирался идти к себе в каюту.
— Да, — кивнул Спок. — От нашего разговора его отвлёк сигнал тревоги. Предположительно, в это же время вы с лейтенантом Адамсом ворвались в камеру, где держали доктора. Тогда он впервые начал что-то подозревать за время нашей встречи.
— Звучит странно, — заключил Кирк. — Обычно ромуланцы проявляют подозрительность во время любой встречи.
— Он вёл себя… самоуверенно, однако, учитывая, кто находился у него в заключении, это заставляет посмотреть на его положение с другой стороны, — сказал Спок.
— Он мог использовать Боунса против нас, — горько пробормотал Джим. — Или использовать нас, чтобы поглумиться над доком.
Спок почти минуту сидел неподвижно. Затем негромко спросил:
— Капитан, вы уже сообщили командованию Звёздного Флота о возвращении доктора Маккоя?
— Ещё нет, — был ответ капитана. Он открыл что-то у себя в падде. — У меня есть письменный отчёт, готовый к отправке, но сначала я должен увидеть медицинское заключение.
На лице Спока возникло странное выражение. Впрочем, оно моментально исчезло.
— Логично, — уклончиво сказал он. — Хотя написание заключения обычно не занимает так много времени.
— Спок, их начальник только-только вернулся, — парировал Кирк, машинально потирая бровь. — Да ещё и худшим из возможных способов — на носилках. Все немного взбудоражены.
— Я не хотел проявить неуважение к медицинской службе, — возразил Спок, — но я определённо… разочарован.
Кирк резко поднял голову и вперился взглядом в вулканца. Такое заявление его удивило.
— И что же именно вас… разочаровало?
Спок поджал губы.
— Разговор с ромуланским капитаном, — начал он. — Он не говорил о докторе, вообще не упоминал каких-либо человеческих заключенных. Он был рад видеть «Энтерпрайз», совсем не зол. Кроме того, состояние, в котором мы нашли доктора Маккоя. Поэтому я нахожу тот факт, что написание стандартного заключения занимает у медицинской службы больше времени, чем обычно, крайне разочаровывающим.
Кирк кивнул, зная, насколько это признание было близко к вулканскому эквиваленту паники.
— Я заскочу в лазарет, как только мы здесь закончим, Спок. Возможно, у М’Бенги или ещё кого есть объяснение.
— Хорошо, капитан.
* * *
Кирк сдержал слово и заглянул в лазарет, несмотря на поздний час. На входе его никто не встретил, и Джим сразу направился к койке, где лежал подключенный к капельнице Маккой. Капитану было больно смотреть на потрёпанное тело друга. Экран над кроватью мягко светился, демонстрируя стабильные показатели, но всё внимание Кирка было сосредоточено на вздымающейся и опускающейся груди. Это всё взаправду. Маккой и правда был здесь. — Господи, Боунс, — пробормотал он. — Если бы я только… — предложение так и не было закончено. — Вы в курсе, что он в сознании? Кирк резко обернулся и увидел М’Бенгу, стоящего в дверях. — Что вы имеете в виду? — он слегка опешил. Подойдя ближе, доктор жестами попросил его понизить тон. — Что вы имеете в виду, доктор? — шёпотом переспросил Джим. — Он просто спит, — М’Бенга кивнул на лежащую фигуру Маккоя. — Всё это время? Доктор кивнул. Он вздохнул и внезапно стал выглядеть ещё более уставшим. — Я хочу вам кое-что сказать. Они отошли к дверям. — Мы закончили с отчётом, капитан, — начал М’Бенга. — Я отправил его на ваш падд, но подумал, что вы захотите услышать всё сами. — Что не так? — Кирк почувствовал тяжесть в груди. — Говоря медицинским языком, пациенту практически не был нанесен физический ущерб. Однако мы обнаружили его признаки. Они были вылечены кем-то другим. Мы подлатали пару синяков, ничего серьёзного. Есть и другая проблема, с которой мы столкнулись, — доктор сделал паузу, собираясь с мыслями. — Почему Леонард так много спит? Из того, что мы выяснили, он длительное время подвергался интенсивному лишению сна и систематическому голоданию. — Это объясняет капельницу, — пробубнил Кирк. В сердце что-то кольнуло. — Мы пытаемся поддерживать его состояние. Сейчас я рад, что он отдыхает. Ему много чего нужно наверстать, — М’Бенга закусил губу и достал металлическую повязку, подобранную Адамсом. — Это приспособление контролирует мозговые волны. Как только носитель засыпает, оно издает громкий звук и будит его. Капитан мрачно кивнул. — Спасибо, что проинформировали, доктор, — сказал он, уходя. Но его остановил голос М’Бенги. — Капитан? — Да? Доктору нелегко дались эти слова, но, тем не менее, он твёрдо заявил: — Не говорите командованию о Леонарде. Кирк, мягко говоря, удивился. — Почему? — спросил он встревоженно. — Он… — М’Бенга подбирал слова. — С ним что-то не так. Пока я не могу сказать точнее, по крайней мере, пока он не проснется. Но, капитан, вы должны понять: мы провели все необходимые тесты и процедуры прежде чем Леонард заснул. Он не был без сознания или насильно усыплен. То есть, всё это время он бодрствовал и в какой-то степени осознавал происходящее. И он просто сидел на биокровати и не произносил ни слова. Он смотрел в пол и молча соглашался со всеми нашими требованиями, но так и не заговорил. Разве это тот Маккой, которого вы знали? Нет. Не тот. И это тревожило ещё больше.* * *
Двумя месяцами ранее… Маккой нёсся по ромуланскому кораблю так, словно от этого зависела его жизнь. В одной руке он сжимал коммуникатор и не прекращал попыток связаться с «Энтерпрайзом». Не то что бы он долго протянет в такой ситуации. Ромуланские охранники висели у него на хвосте. Чёртовы ромуланцы. Чёртовы ложные вызовы. Чёртовы приказы Звёздного Флота, не имеющие смысла. Он не знал, где остальные. Он столкнулся с Джимом на пару секунд, но потом им вновь пришлось разделиться. С тех пор он никого не видел. Впереди доктор заметил поворот. Он сможет протиснуться, если постарается. Маккой удивился, увидев в конце такого узкого прохода смотровую площадку. Подождав, пока его преследователи пробегут мимо, он открыл коммуникатор и выглянул сквозь огромный иллюминатор на «Энтерпрайз». — Джим, поднимай меня! — отчаянно крикнул он. Пока он говорил, случилось нечто. Корабль, который только что был перед ним, исчез, оставив позади след от варпа. И его самого. Маккою словно вышибли весь воздух из легких. Часть его словно онемела, отказываясь воспринимать происходящее. Другая часть выла от досады и без конца умоляла: «Нет! Не уходите, не оставляйте меня! Вернитесь!» — Джим? — только и смог произнести он. Сзади началось какое-то движение, и Маккой смутно осознал, что ромуланцы нашли его: слишком долго он находился на одном месте. Маккой не пошевелился, пока они окружали его, с дисрапторами наготове. Ромуланцы забрали его коммуникатор, а он, не оказывая сопротивления, всё ещё не мог поверить, что его бросили. Ромуланцы не отвели его обратно на гауптвахту. Вместо этого они держали Маккоя на прицеле, пока не прибыл капитан и несколько старших офицеров. — А, как же кстати, что они оставили доктора, — капитан расплылся в хищной ухмылке. Он показался Маккою больше клингоном, чем ромуланцем: коренастое телосложение, уродливое лицо. — Не хотите ли снова стать нашим пленником? — Только если это бесплатно, — пожал плечами Боунс. Ромуланец не выглядел довольным его остротой. — Мы не любим, когда нас выставляют дураками, доктор, — теперь его голос звучал угрожающе. — Вы не сбежите от нас снова. Взгляд Маккоя метнулся туда, где еще недавно был «Энтерпрайз». Капитан подавил смешок. — Кроме того, не похоже, что вам есть куда сбегать. — Они вернутся, — с уверенностью сказал Маккой. — Как только они заметят, что я пропал, они вернутся, чтобы забрать меня. — В таком случае, их судёнышко разнесут вдребезги три патрульных корабля, — ответил капитан. — Они не смогут вернутся, пока не починят корабль, и кто знает, сколько времени это займет, — он наклонился прямо к лицу Маккоя. — Смиритесь, доктор. Они бросили вас. И что бы там не говорил Джеймс Кирк, он не будет спасать вас, рискуя при этом более чем четырьмя сотнями жизней. Он не сделает этого ради одного человека. — Ты ошибаешься, — ответил Маккой, хотя и с намеком на сомнение в голосе. — Он никого не бросает. — Кроме вас, — сухо вставил ромуланец. У Леонарда челюсть свело от гнева. — Слушай сюда, чёрт возьми! Если Джим Кирк и ушёл, то лишь потому, что промедление принесло бы смерть. Но как только они починят корабль, он вернётся и вам останется только молиться, — прорычал он. До этого ромуланец вёл себя сдержанно. Внезапно он замахнулся и отвесил яростную хлёсткую пощёчину Маккою. Доктор едва удержал равновесие. Перед его глазами заплясали тёмные пятна. Он вспомнил, что ромуланцы, как и вулканцы, намного сильнее людей. Капитан дал знак одному из присутствующих. — Дженций. Отведите его в камеру и покажите, что бывает с теми, кто вторгается в наши границы. Дженций кивнул с азартным блеском в глазах. — Есть, капитан. Стража повела Маккоя обратно по коридору, вглубь корабля. Он уже забыл о той пощёчине, но с горечью понимал, что так просто забыть предстоящий, наверняка весьма болезненный разговор с Дженцием у него не выйдет.
