Покажи мне эту жизнь

      РОV Влад       Я проснулся от ужасной головной боли, хоть мы вчера и не пили. Сестра запретила, ну как… Сказала: «С вами пить себе дороже!»       Умывшись, я пошел на кухню, откуда доносилась музыка.       Девчонки полным составом были на кухне и что-то готовили, даже Ники уже не спала и сидела на коленях у Марины:       - Всем привет! — поздоровался я. – Лир, а где… — Ада меня опередила, давая градусник.       - Ты ночью так кашлял, нам даже страшно стало, — ответила Кавалёва. Сев на стул, я стал ждать, пока пройдёт 10 минут.       - А вот я говорила, что не надо было в час ночи на улицу ходить! — сестра включила режим «Мамочка».       - Каверина, не нуди! Ему и так плохо. «Марина защитила меня? МЕНЯ? Видно, мне совсем плохо!» — подумал я, но все же улыбнулся девушке.       - Ну что, доигрался? 38,7. Давай в кровать, — сказала сестра командирским тоном.       До вечера мне пришлось валяться в кровати, чтобы завтра отправиться в тур. Ближе к пяти вечера в мою комнату заехала сестра:       -Как ты? — спросила она, ставя на тумбочку кружку с чаем.       - Уже намного лучше. Думаю, завтра смогу встать, — ответил я.       - Влад, нам нужно отъехать. Ты останешься с Николь и Мэри. Пожалуйста, не убейте друг друга! — я усмехнулся.       - Я сейчас немного не в том состоянии, — сестра погладила меня по голове и вышла.       Я провалился в сон… в один из моих кошмаров…       РОV Лира       Пока мы играли с Николь, а парни делали вид, что собираются на гастроли, мне позвонила Кристина Владимировна:       - Здравствуйте, Кристина Владимировна, что-то случилось? — спросила я.       -…       - Как Агату хочет забрать Миша? Михаил Миронов — дядя Агаты по отцу, а по совместительству наш лучший друг. Но, после гибели Стаса и Светы (родителей девочки) он пропал.       -…       - Как уже забирает? – все, кто был в комнате, внимательно прислушались.       - …       - Да, конечно. Выезжаем! Спасибо, — я скинула вызов. — Ребят, нам с девочками нужно отъехать. Присмотрите за Владом и Ники, — мы побежали собираться.       - А может, вы нам хоть что-то объясните? — сказал Тёма сердито.       - Звонила Кристина Владимировна, нашелся дядя Агаты, — начала я.       - Он наш старый друг, паркурист нашей команды, — продолжила Кавалёва.       - Но после смерти его брата он пропал, — закончила Лина.- Марин, ты чего там копаешься? — буркнула Никольская.       - Девочки, вы, наверное, берите парней, а я останусь с Раммом и Николь, — сказала рыжая.       Я долго смотрела ей в глаза. Она продолжала винить себя в отъезде Миронова, и мы обе прекрасно понимали это.       РОV Марина       Когда нам сообщили о гибели Стаса и Светки, мы с девчонками были в больнице с Лирой. Смерть наших друзей была для всей команды огромным шоком.       Внутри как будто что-то сломалось. Сначала Каверина, потом Мироновы, их дочке тогда было всего четыре.       Мишка, узнав о гибели брата, ушёл в себя, а потом и в запой, необдуманно (я до сих пор в этом уверенна) отказавшись от племянницы. Но я не смогла ему этого простить. Мне казалось, что тем самым он предал память ребят.       Ровно за сутки до похорон Мироновых я заявилась в квартиру Михаила и высказала ему все, что думаю в лицо: «Ты предатель, Миронов, слышишь? Стаса, Светку, Агату — всех их ты предал!» Это были мои последние слова в адрес парня.       На утро его квартира была пуста. Мы его искали почти год, но он как будто испарился. В какой-то момент все решили, что он не смог пережить смерть брата и покончил жизнь самоубийством.       От этого мне на душе становилось только гаже, ведь я последняя, кто с ним разговаривал перед его исчезновением.       А сейчас, услышав, что он жив, я не смогла перебороть себя. Не хотелось признавать свою слабость…, но так оно и было.       Я слаба. Не умела признавать свою неправоту, не хотела этого делать.       Он не нашел в себе силы тогда… Значит, я не буду их искать в себе сейчас. Одно я знала точно — его тайна умрет вместе со мной, никто и никогда об этом не узнает. Не от меня уж точно.       РОV Влад       Я проснулся от чувства дикого голода, но решил не звать Марину, мне ведь уже полегчало, уж до кухни точно дойду.       На кухне я увидел умилительную картину: Николь старательно пыталась заплести косички Волковой:       - Ну, не велтись! — возмущалось моё чадо.       - Правильно говорить: не вертись, — исправила её девушка.       - Маин, а Толя любит Лину? — начал спрашивать ребенок.       - Конечно, — рыжая немного скривилась: наверное, Ники выдернула пару её волос.       - И Ник - Аду? — девушка кивнула.       - И Тёма — Лилу? — Марина запрокинула голову назад.       - Не Лилу, а Лиру. Ещё бы он её не любил, убила бы! — хохотнула она, а я ухмыльнулся, представляя эту картину.       - Ой, а это больно? — спросила девчушка.       - Ну, есть немного. Долго там ещё? — спросила Волкова.       - Две лезиночки. Маин, а ты моего папу любишь? — глаза Мэр округлились.       - Я твоего папу? Да ты что? Он же вредный! — девушка взяла ребенка и, посадив к себе на колени, начала щекотать.       Вся кухня наполнилась смехом моей дочки:       - Все, тихо, а то папу разбудим! — малышка, приложила палец к губам.       - А я уже не сплю, — зайдя на кухню и сев на стул, я потрепал дочку по голове. Волкова поставила передо мной тарелку с едой.       Я спросил её, где все? Рыжая объяснила мне ситуацию, если честно, я немного обрадовался, что сестре не придется удочерять Агату.       Ники убежала играть, и мы остались на кухне вдвоем, но поговорить нам не удалось, потому что девушка встала и пошла мыть посуду, но я решил не сдаваться и, отодвинув её ходунки, положил руки ей на талию.       - Влад, руки убери! — прошипела Марина.       - Не-а, — почему-то сегодня я не собирался сдаваться.       - Ты что такой смелый? Температура в голову ударила? — сквозь зубы сказала она.       - Возможно, — я поцеловал её в шею.       - Рамм, между нами ничего не будет! Ни мне, ни тебе это не нужно… — она попыталась вырваться из моих объятий, но я не дал ей этого сделать.       - А с чего ты взяла, что мне это не нужно? — я развернул её к себе лицом, между нашими губами оставались сантиметры, долго смотрел ей в глаза. Думал, что она сдастся и хоть раз поцелует меня первая, но она не стала этого делать, поэтому я снова взял инициативу в свои руки. И снова поцеловал её.       Я понял, что не могу без неё. Без её серых глаз, таких манящих и сладких для меня губ… без неё самой.       Мы даже не услышали, как открылась входная дверь и в квартиру зашли ребята:       - Поубивали они друг друга что ль? — шепотом спросила Лина. Они явно шли по направлению к кухне, но нам было все равно.       - А что здесь происходит? — голос сестры вернул меня в жестокую реальность.       - Лир, я могу все объяснить, — начала Мэр.       - А к тебе у меня вопросов нет! Влад? — взгляд сестры был жестким, и я понял, что меня ждет очень тяжёлый разговор.       Опустив голову, я поплелся за сестрой в комнату, но перед этим подмигнул Волковой.

***

      Разговор был жесткий: сестра орала так, как будто её резали, ещё немного и её писк смогли бы воспринимать лишь летучие мыши.       По всей видимости, ребятам это надоело, и они зашли в комнату. Артём сразу обнял Лиру, и она стала намного тише. Марина села ко мне на кровать, и я обнял её:       - Обидишь её, и я расчленю тебя! — буркнула сестра, утыкаясь в Тёмино плечо. Я усмехнулся.       - Я сам себя закопаю, она меня со свету сживёт, если что… — я только крепче обнял Волкову.       - Тебе что-то не нравится? — уточнила девушка. – Ну, я пошла тогда, — она уже хотела встать, чтобы уйти, но я не дал, а ребята только посмеялись над нами.       Впервые за два года в нашей с парнями квартире проходил тихий, почти семейный вечер. Я был счастлив, ведь рядом были сестра, друзья, любимая дочка и девушка.