Покажи мне эту жизнь

      Pov Лира       В момент того, как Антон выстрелил в Артёма, я сидела в машине, но не смогла оттуда выбраться, так как репер успел заблокировать дверь. От выстрела у меня будто заложило уши, и сразу же мною завладел страх.       Влад уехал с Тёмой на скорой, а нас вёз Толик. Подруга всю дорогу до больницы пыталась меня успокоить, но я даже не реагировала на неё. Только смотрела в одну точку и надеялась, что всё будет хорошо.       Скорая приехала в больницу раньше нас, поэтому в момент того, как мы там оказались, операция уже началась

Прошло два часа

      Эти два часа показались мне вечностью. Мне казалось, что кто-то высасывает мои жизненные силы. Я винила во всём, что произошло с Артёмом, лишь себя. Не сбеги я после той ночи, он бы заставил меня выслушать его и вряд ли отпустил бы нас с Мариной одних два дня назад.       Прокрутив это всё в своей голове, я не выдержала и расплакалась.       - Прекрати нюни тут распускать! Он сильный, он выкарабкается! – послышалось рядом.       Я настолько сильно ушла в себя, что даже не заметила, как ко мне подошла Волкова.       - А если нет? – я шмыгнула носом.       - Ты дура? – прикрикнула на меня подруга. – Он не посмеет тебя оставить! Вас… – чуть слышно добавила она.       В этот момент из операционной вышел Кирилл. Крёстный медленно снял марлевую повязку, и долгих полминуты его лицо не выражало никаких эмоций, а потом он улыбнулся и кивнул:       - Живой Артём, живой, - сообщил Борисов, увидев мой смирный взгляд.       Мы все выдохнули после его слов, но в моей голове ещё очень долго, словно эхо, раздавалось: «Живой».

Прошла неделя

      Pov Влад       Состояние Артёма за эту неделю стабилизировалось, и мы торчали у него в палате сутками, но только не сегодня.       Сегодня я, Лира и Марина едем в суд, вот только знал бы я заранее, ЧТО мы там узнаем, то десять бы раз подумал, прежде чем брать с собой сестру.       Оказалось, что это Антон (по приказу своего дяди) испортил тормоза в машине наших родителей. В тот момент в зале суда мир перевернулся сразу у трех человек: у сестры, меня и у самого отца Антона. Блондин потом на весь зал суда кричал, что в этом он не виноват и до определенного времени не знал, кому машину тогда испортил.       Лиру колотило уже в тот момент. Так нет же! У этого придурка хватило наглости просить у неё за это прощение. Мне казалось, что сестра сейчас выскажет ему всё, но Марина положила руку ей на плечо, и она успокоилась.       Приговор для Магилёвых показался мне слишком мягким. Вадиму Васильевичу дали двадцать пять лет в колонии строгого режима, а Антону - пятнадцать.       Во время того, как судья зачитывал им приговор, мы с Антоном неотрывно смотрели друг на друга. Не знаю, что вспоминал он, но у меня в голове возникали картинки из нашего детства. Именно Антон ставил меня на место, если я перегибал палку по отношению к Лире или Алёне. Но… Сейчас всё изменилось. Я смотрел на этого парня и больше не видел в нём своего друга.       Его дальнейшие угрозы в наш с девочками адрес лишь вызвали у нас улыбку, ведь мы понимали, что без своих наркотиков, на которые он здорово подсел, парень долго не протянет.       После суда мы с Мариной завезли сестру в больницу к Артёму, а сами поехали домой.       Pov Артём       Я лежал на больничной койке и очень надеялся, что ребята привезут Лиру ко мне после суда, ведь мне столько всего нужно было сказать девушке, да и просто удостовериться, что с ней всё в порядке.       Стоило Кавериной оказаться в моей палате, как я понял, что всё очень плохо, но тогда я даже не мог представить в какой степени, пока она мне всё не рассказала.       Успокоить её мне удалось только через час. И вот сейчас она лежала на моём здоровом плече, а я смотрел на неё и не мог поверить, что мы всё преодолели и наконец-то вместе.       - Прости меня! – сказал я, а в её взгляде читалось непонимание. – Я про всё, что произошло за эти три месяца. Да, и после того, как ты уехала, я должен был найти тебя и вернуть домой.       Каверина приложила палец к моим губам:       - Это уже не так уж и важно, - сказала Лира перед тем, как поцеловать меня.       - Ты же понимаешь, что теперь никуда не денешься от меня? – спросил я, убирая волосы с её лица. – Я разорву любого, кто приблизиться к тебе.       В её глазах сейчас было столько любви и нежности.        «Ты чуть не потерял её из-за своей глупости. Береги её, ведь судьба обычно не даёт третий шанс!» - кричало моё подсознание, но я и без него это знал.       - Я подумаю, - она улыбнулась.       Я понимал, что она сейчас шутит, поэтому просто снова поцеловал её. Мы настолько были заняты поцелуем, что даже не заметили ребят, вошедших в мою палату.       - Сколько лет прошло, а они всё не меняются, - возмутилась Волкова, а потом добавила: - Не развращай мне детей, Каверина.       Все присутствующие в помещении рассмеялись. Лира улыбнулась, а я лишь крепче прижал её к себе, и, поцеловав в макушку, прошептал: «Люблю».