Веселая жизнь или как быть там, где тебя не должно быть

      — Так значит, кому-то перепало вчера, а, Барин? — сквозь пелену я услышал усмехающийся голос Артема.        — Ну перестань! Так говоришь, будто меня здесь нет! — обиженный голос Вероники тоже доносился до меня, хоть я и почти не слышал ее.        — Действительно, Тём, не стоит так говорить, — как-то уже громче сказал Вася, а потом тише добавил, — Хотя, по существу, да!        — Ах ты! И ты туда же! — глухой удар и Васино: «Ай! Ну ладно, ладно! Прости! Только не бей больше!»        — Эй, Антош, ты как? — сестра склонилась надо мной, так же, как и сегодня утром.       — Опа! Какие люди решили нас посетить! Тоха! Ты живой? — с другой стороны надо мной склонился Ден.       — Антон, не заставляй, пожалуйста, нас больше так беспокоиться! — эти тихие слова принадлежали Лене. Я даже испугался. — Мы все очень волновались.        — Это точно, дружище! — Барин тоже встал около меня. — Мы так испугались, когда ты грохнулся там! Пришлось тащить тебя в ближайший дом. Мы сейчас у Дарьи Семеновны. Она учитель русского и литературы в городе. Хоть ты и провалялся всего полчаса, но мы все равно очень волновались!        — М-м-м-м-м… Простите, что доставил неудобства, — я сел на диван и виновато улыбнулся, держась за голову. — Сам не знаю, что произошло.        — Ох, Тошка! — сказала сестренка и крепко обняла меня. К ней присоединились остальные, в общем, капусту изображали. Через пару минут это прекратилось.       Тут я встретился взглядом с Арсением, который стоял немного позади всех. Я хотел опустить глаза, но…       «Не закрывай глаза, смотри на меня.»       …я не смог опустить взгляд, поэтому просто смотрел на него, что явно смущало его. Он хотел что-то сказать, но не успел. Я вскочил с дивана и в два шага оказался рядом с Сеней. Он опешил. Я улыбнулся и протянул ему руку. Через мгновение он тоже улыбнулся и пожал мою руку, сказав лишь: «Спасибо».       Я наконец-то разобрался в себе, и это было последним кусочком всей картины. В этой улыбке, в этих глазах, в этом рукопожатии я увидел все, что Сеня хотел мне сказать. Теперь это не нужно. Мы поняли друг друга. И не важно, что остальные не поняли. Я снова сел на диван, голова еще немного кружилась.       — Дружище, если тебя что-то будет беспокоить, мы с радостью выслушаем тебя, — Барин положил мне руку на плечо и улыбнулся, все подхватили: «Да! Да! Обращайся! Не держи в себе!» Не знаю, к чему это они…       «С кем бы ты еще смог это как следует обсудить?..»       «Кто еще бы смог с тобой такое вытворять, м?..»       «Да, не держи в себе, выдай мне все, что в тебе накопилось…»       — Тош, ты чего такой красный? Тебе нехорошо? Не температура ли? — сестра поднесла было ко мне руку, но я снова резко вскочил с дивана и в несколько шагов оказался у входной двери.       — Нехорошо себя чувствую, — сказал я, натягивая куртку, которая, как нельзя кстати, висела на виду. — Я пойду домой, ладно? Не боись, я сам дойду, не провожайте меня! Повеселитесь еще! Время детское! Чего я вам буду отдых портить! А завтра вместе куда-нибудь сходим, ладно? — не успел я услышать ответ, как выбежал на улицу.       Постояв минуты три и убедившись, что за мной никто не пошел, я двинулся в сторону дома. Фу-у-у-у-ух… В который раз отмечаю отрезвляющую способность морозного свежего воздуха. Я шел медленно, откидывая ногами камешки. Я смотрел то себе под ноги на темную замерзшую уже землю, то на непонятного цвета небо. Что это со мной было? Кажется, я схожу с ума…       — Как бы тебе этого не хотелось, я этого не могу допустить. Сегодняшняя «терапия» должна была тебе это доказать.       — Да из-за твоей «терапии» я и схожу с ума! — сквозь зубы я прошипел в морозный вечер.       — Вот как? Что ж, спасибо! Но ты же помнишь, что я — это ты? Так что это, ха-ха, твоя «терапия»!       — Ах так! Ну ты…       — Ну ты! Ты! Только ты!       — Ты сказал, что все это останется в голове!       — «Все это» и есть в голове! То, что ты из нее выносишь, не моя проблема! По крайней мере, до поры, до времени…       — М-м-м-м-м! — это планировалось, как яростный крик, но я вспомнил, что на улице и меня могут услышать, а привлекать внимание мне сейчас ни к чему.       — Ну ладно, успокойся. Я же говорил, сегодняшний день — исключение. Только сегодня я могу с тобой так общаться. Я появился сегодня не просто так, и не просто так уйду. Это небыстрый процесс. Я думал, что все пройдет более мирно. Но твоя «ранимость» больше, чем я думал. Поэтому я ненамеренно буду тебя сегодня мучать. Прости.       — Ты же понимаешь, что это шизофренией попахивает? — снова тихо прошипел я.       — Если ты никому не скажешь, то и шизофренией это попахивать не будет. Ты же это понимаешь?       — Почему ты такой надоедливый?       — Ха! Это ты такой надоедливый.       — Хмпф!       — Ну не дуйся. Не хочу, чтобы ты думал о себе же плохо. Я лишь даю повод задуматься над собой.       — Меня все во мне устраивает!       — Так не говори, что тебя что-то не устраивает во мне. Ведь я — это…       — Ты — это я. Уже запомнил.       — Вот и хорошо! Думаю, сегодня мы уже не поговорим, но мы еще не закончили…       — Чего?       — Этот день. Приятно было поболтать!       — Пф…       До дома я дошел с совершенно пустой головой. Хотелось просто лечь и встретить наконец новый день. Зайдя в дом, я удивился, что света нигде нет. Мы вроде оставляли в коридоре. Включив почти везде свет, я пошел на кухню, где нашел записку:       «Ребят, не оставляйте включенным свет, если вас нет дома. Электричество-то не вечное и не бесплатное! Это вам не столица! Эх, городские… Вернусь к одиннадцати вечера, сегодня я точно смогу победить в домино!»       Вместе с запиской я прошелся по дому и выключил свет везде, где пару минут назад включил. «Даже не посмеешься надо мной?» — подумал я. Ответа не последовало. Хм, ну и хорошо. Я оставил записку там, где сам ее нашел и отправился в свою комнату. Думаю, сегодня я разорву порочный круг и все же усну не на полу, а в кровати. Я улегся на застеленную кровать и прикрыл глаза. Нда, не о таком сне я думал, но хоть не на полу, уже прогресс. Завтра может и кровать расстелю, а послезавтра и сам разденусь.       «Обойдемся без кровати.»       «Не двигайся, я сам все сделаю.»       «Расслабься, хоть раз доверь себя кому-то.»       «Вот видишь, тебе это тоже нравится.»       «Сейчас тоже будешь загоняться?»       «Даже так? А я ведь не Леночка.»       «Ты все понял? Или для профилактики повторим?»       Я распахнул глаза. КАКОГО ЧЕРТА? ЭТО БУДЕТ МЕНЯ ДО КОНЦА ЖИЗНИ ПРЕСЛЕДОВАТЬ? А, ну конечно! Этого не хватало! Тогда ребята вроде не заметили… Конечно, тело будет на такое реагировать! Тело — ты предатель! А что делать? Что, что! Онанировать, конечно! По-другому от стояка не избавиться! Благо дома никого нет! Можно без опаски уделить себе время… Что говорил Ленин про мастурбацию? Точно что-то говорил, но не припомню, что именно… Да и не важно это сейчас! Больше не могу!..       В итоге кончив несколько раз в ванной, уж не считал сколько, не до этого как-то было, я без сил упал на расстеленную-таки кровать, ибо мне сильно захотелось укутаться в одеяло. Переодеться мне тоже пришлось… В итоге это оказался сон моей мечты… Коснувшись головой подушки и укрывшись одеялом, я больше был не в силах пошевелиться. Тело наполнила приятная тяжесть и усталость. Глаза сами закрылись. Я улыбнулся и подумал: «Какой же ты… хм… я, все-таки…»