Грязный блог Кенсу

-Я очень люблю тебя, До Кенсу, а ты меня? – Серьезно спросил Чонин. Меня самого поразило, что я не смог ответить сразу. -А что такое это «люблю»? Что ты имеешь в виду, Чонин? Он накрыл мою руку своей ладонью: -Я волнуюсь за тебя, мне грустно, когда тебя нет рядом, если тебе плохо, то и мне плохо, если тебе хорошо - я счастлив. Как-то так. -Тогда, - я посмотрел на него. – Будь уверен, я тоже тебя люблю. Он не смог сдержать улыбку. -Честное слово, из-за тебя я заболею. Так и случилось! Спустя какое-то время после его ухода, он позвонил мне. -Кенсу, скажи честно, ты меня проклял? – Голос стал сиплым. Я рассмеялся: -Нет, ничего такого. -Стоило мне с тобой связаться, и я уже лежу с температурой! -Температура? – Я вскочил с кровати. -Твои поцелуи меня доконали! – Ныл Чонин. -Ты прямо как Человек со звезды! -А ты прямо как та ненасытная до проблем избалованная девчонка! Я подумал, чтобы такого ему посоветовать, но ничего хорошего в голову не приходило. -Вместо того, чтобы идти завтра в школу, придешь ко мне! – Заявил Чонин. Я поперхнулся чаем: -Зачем???? -Лечить меня. -Но я не врач, Чонин. -… -Ладно-ладно, приду. Если честно, я побоялся идти к нему, поэтому позвал с собой Бэкхена, у которого бабка (между прочим!) потомственный шаман. -Не, ну ты издеваешься? – Спросил Чонин, когда увидел нас двоих на пороге. -И тебе привет, - мило сказал Бэк. – Мы пришли тебя лечить. -Хватило бы и Кенсу. Бэк метнул свой фирменный испепеляющий взгляд: -Знаю я, чем он тут тебя лечить собрался. Я замахал руками типа «Он ни фига не знает!» -Вы добьете меня! – Чонин правдоподобно изобразил слезы. -Ну не плачь, мы не варвары! – Бэк рассмеялся. Чонин «зарыдал» сильнее: -Вы хуже! В сто раз! Он ныл, ровно до того момента, пока Бэк не скомандовал ему лечь. Я сидел напротив, в кресле и смотрел на них, потому что ничем не мог помочь. Ужасное чувство, не правда ли? Они хорошо смотрелись вместе. Крохотный Бэк и огромный Чонин, вырывающийся всеми силами из цепких ручек. Почему Чонин не влюбился в него? -Ага-ага, - говорит Бэк. – Сто пудов думает о том, почему ты не влюбился в меня, Чонин. Эти двое заржали. -Нет, - начал оправдываться я. – Не об этом. В мире есть и другие проблемы. Бэкхен сделал Чонину микстуру, гадкую на вид и запах. -Я не буду это пить. – Твердо сказал больной. – Я хочу жить. -Ты выпьешь, и у тебя спадет температура, - уверял Бэкхен. -Нет, ни за что! -Кенсу, ну скажи ты ему! Я захлопал глазами, наконец-то моя помощь пригодилась. Из рук Бэка я взял ложку с чем-то очень невкусным. -Чонин, открой рот, пожалуйста. -Кенсу за что? Я же тебя люблю. Моя рука дрогнула. -Но твоя температура спадет, тебе станет легче. Чонин приподнялся с дивана и погладил меня по щеке: -Когда ты рядом, мне становится легче. -БЭК, Я НЕ МОГУ, ДАВАЙ САМ! Как только мой друг собирался снова к нам подойти, я запихал ложку с лекарством в рот Чонину и от неожиданности тот все проглотил. -Дай пять, Кен! Миссия по спасению Чонина выполнена! Еще минут тридцать кое-кто изображал рвотные позывы, слезы, извергал различного рода проклятия и отречения от меня и от всего мирского и только потом заснул. Бэкхен ушел, я остался один.

«Когда Чанель вернулся, Чонин, посапывая, спал на диване. Паку было приятно, что Кай не проигнорировал его просьбу остаться. Чанель поправил ему одеяло, взбил подушку. Чонин, почувствовав чье-то присутствие, распахнул глаза. Чанель хотел уже было начать оправдываться, но Кай ему улыбнулся…»

Я схватился за голову. С тех пор, как отношения между мной и Чонином перешли на более высокий уровень, я больше не могу писать! Всем мои новые сочинения походили на сценарий дорамы (пару имен заменить), никакой пошлости, никакой злости и ненависти больше не было. Все целовались, встречались, трахались, любили друг друга, я чувствовал, что схожу с ума. С другой стороны, я больше не думал, что являюсь чокнутым извращенцем, помешанным на мести. Как будто все встало на свои места. Вы уже поняли, что у меня скучная жизнь, я пишу про школу, про свой дом, про отношения с Чонином и дружбу с Бэком. Я поклялся себе, что если соберусь писать мемуары, то в них будет сплошная ложь. У меня будет много мужчин (тщательно придуманных), путешествия (дальше, чем от школы до дома) и все в этом роде… -Кенсу, ты здесь? Я подошел к Чонину: -Ну, как ты? Лучше? -Да, эта хрень подействовала. Я видел странный сон… -К-Какой? -Что ты пишешь лживые мемуары… там у тебя была куча мужиков, представляешь? Я выпучил глаза: -Нет, такого не может быть. Это же я. Чонин самостоятельно встал. У меня появилось такое чувство, будто я не видел его долгое время. -Я соскучился, Чонин. -Даже не думай, целоваться мы не будем, это может стоить мне жизни. -До Минчжун – ши, как это так? – Я сделал обиженное лицо. Чонин вздохнул: -Такие штучки на меня не действуют. Я выставил одну ногу вперед, изогнул свое жирненькое тельце и стал загибать края футболки: -А так? -Сучка. Я пнул его, чтобы в следующий раз он думал, что говорить. -Если бы не болезнь, то я надрал бы тебе задницу. Я мягко посмотрел на него, потому что точно видел – с ним все в порядке. Внутри стало как-то легче. -Ну, может разочек? – Умолял я. УМОЛЯЛ, ПРИКИНЬТЕ! -Нет. Мы легли на чертов диван, который рассчитан даже не на одного человека, а на его половину. Я гладил Чонина по голове. -Чонин? -… -Ты меня слышишь? -… Я ткнул его пальцем в ребра. -До Кенсу, я убью тебя. -… -… -Чонин, ты меня любишь? -Да, извращенцы мне всегда были по душе. -Тогда поцелуй меня! – Я шептал ему на ухо. -НЕТ! – Крикнул Чонин и скинул меня с дивана.