Наследник клана +864

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Jared Padalecki, Jensen Ackles (кроссовер)

Основные персонажи:
Джаред Падалеки, Дженсен Эклз
Пэйринг:
Джаред/Дженсен
Рейтинг:
R
Жанры:
Романтика, Омегаверс
Размер:
Мини, 9 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Джаред никогда не воспринимал омег всерьез. Пока не встретил Дженсена.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
29 сентября 2015, 08:10
Джаред прекрасно понимал, в каком жестоком мире он живет, и как ему повезло появиться на свет под счастливой звездой. Уже по праву рождения у него было все, о чем другие не могли и мечтать. Сияющая в ночь его рождения Альфа Центавра обеспечила Джареду персональный статус и физические особенности, которые ценились в этом мире превыше всего, а клан Падалеки, к которому он принадлежал, обладал практически неограниченной властью на восточном побережье.
Что ж, Джаред умел пользоваться предоставленными судьбой возможностями. Он был лидером в школе, председателем студенческого братства в университете, а сколоченная еще лет в двадцать маленькая личная армия, действующая автономно от официально нанятых псов родного клана, стала дополнительной страховкой на тот случай, если ему придется покинуть родовое гнездо.
Джаред не обольщался на свой счет. Главой рода был дед – сухопарый скрытный старикан, крепко держащий власть в изуродованных артритом руках. И как бы амбициозен не был Джаред, он отлично понимал, что кроме него у деда хватает первостепенных наследников: отец, дядя, старший брат. Когда-нибудь, это должно было превратиться в проблему. Если, питая уважение к старику, младший Падалеки готов был подчиняться его порой абсурдным и непонятным, но в конце-концов оказывающимися неизменно мудрыми приказам, то идти на поводу у вспыльчивого воинственного папаши или твердолобого откровенно туповатого дяди, он не собирался. Дед продержится у руля власти еще лет пять-десять, максимум пятнадцать, а потом Джареду придется делать непростой выбор, который почти наверняка обернется войной. Бешеные альфы клана Падалеки никогда не отпускали птенцов из гнезда – разбрасываться родовым генофондом им было попросту не выгодно. Бунтовщиков беспощадно и жестоко карали, и те либо смирялись, все же принимая вассальную клятву, либо погибали мучительной смертью от рук своих же родных и близких. Джаред собирался избежать и того, и другого.
Не разрывая связей с кланом, он максимально устранился от участия в семейном бизнесе, сколачивая собственное состояние и обеспечивая финансовую независимость от фамильных фондов, заводил деловые знакомства в сферах деятельности, которые еще не охватил его дед, и даже сумел подружиться с молодыми представителями тех кланов, что веками враждовали с семейством Падалеки. Последнее являлось едва ли не вызовом семейным традициям, поэтому Джаред ничуть не удивился, когда за неделю до его двадцатипятилетия дед вдруг вызвал внука к себе для серьезной беседы.
Джаред явился в кабинет деда невооруженным, но настороженным, готовый к тому, что его сейчас порвут на семейном совете. Тот факт, что старик ждал его в одиночестве, да еще и на шкуре у камина, а не в высоком официальном кресле, стал неожиданным и приятным сюрпризом.
- Садись, малыш, - дед похлопал рядом с собой по густому медвежьему меху.
Поговаривали, что этого гризли он завалил голыми руками, защищая свою первую омегу. Еще ходили слухи, что первой омегой у деда был кто-то особенный. Что этот парень не только не подчинялся ничьим приказам, но и лихо шпынял альф из охраны, а также разрабатывал стратегию управления кланом наравне с первыми советниками. Поверить в такое было сложно - испокон веков омеги в клане Падалеки занимали бесправное положение инкубаторов для продолжения рода или домашних питомцев, которых не принимали всерьез. Во всяком случае, Джаред не знал никого из официальных омег деда, отца или дяди, которые имели бы хоть какой-то вес в клане. У него самого еще не было заключено ни одного семейного контракта – он вообще не понимал ажиотажа вокруг омег. Ну да, пахнут возбуждающе, особенно в течку. И вставить разбухший узел в обволакивающее влажное тепло ох как приятно! Но раздувать ноздри и грызться с другими альфами за сомнительное удовольствие заполучить конкретную мокрую дырку в свое персональное распоряжение – увольте! Джареду хватало кратковременных связей в клубах или на семейных оргиях, - секс ему требовался только для разрядки, никаких чувств он при этом не испытывал.
Захватив со стола блюдо с мясными нарезками – вкусно поесть он всегда любил, а кормили у деда превосходно – Джаред присел напротив камина и, набив рот бужениной, вопросительно взглянул на старика. В тусклых отблесках пламени морщинистое смуглое лицо казалось высеченным из дерева. Старик ворошил кочергой переливающиеся багрянцем поленья и рассматривал угли так, словно был где-то далеко.
Джаред дожевал кусок, потянулся за следующим, закусил долькой лимона и первым нарушил затянувшееся молчание:
- Так зачем ты хотел видеть меня, дед?
Тот медленно повернул голову и еще немного помолчал, теперь уже пристально изучая Джареда неожиданно проницательными темными глазами. Из-за сурово нависших бровей и отливающей вишневым оттенком радужки, казалось, что через зрачки старого интригана на мир смотрит сам дьявол.
- Ты неплохо готовишься к тому, чтобы отстоять свою независимость, - констатировал дед уверенным тоном и непреклонно добавил: - Но я не допущу междоусобиц в клане! Войны не будет. Тебе придется последовать общим правилам и смириться с моим решением.
- После твоей отставки я не собираюсь подчиняться недостойному главе, - дерзко вздернул подбородок Джаред. – Кроме тебя мне никто не указ!
Дед понимающе усмехнулся:
- Считаешь, я выжил из ума настолько, что оставлю империю недоумкам вроде своих сыновей?
Джаред опешил. Дед всегда отличался прямотой и категоричностью суждений, но в этот раз он превзошел сам себя.
- Твой папаша через десять лет пустит все на самотек и прогнется под Гэмбл или Моргана. Ему не выдержать бремени власти. А у твоего дядюшки не хватит мозгов, чтобы командовать курятником, не говоря уже о людях. Нет, малыш, я их даже до совета рода никогда не допущу. Семье нужен сильный и умный глава.
- Ты хочешь натаскать Джеффри? – понимающе спросил Джаред.
Брат отличался твердым характером, а некоторую консервативность его взглядов можно было компенсировать опытом и знаниями.
- Джеф слишком ограничен, чтобы потянуть эту роль, - покачал головой дед. – Он станет неплохим военачальником, может даже отличным генералом, но ему нужен тот, кто будет принимать верные решения и отдавать правильные приказы. Я вижу, как заблестели у тебя глаза, Джаред, но не обольщайся. Ты пока еще тоже не тянешь на роль моего наследника.
- Если не я, тогда кто? – напрямик спросил Джаред. – Других прямых потомков, насколько я знаю, нет.
Старик его словно и не услышал.
- В тебе скрыто множество великих талантов. Ты умен, гибок, находчив. Не боишься принимать смелые решения и давно научился самостоятельности. Я вижу в тебе тот огонь, который горел когда-то во мне, и это объяснимо. В твоих жилах течет кровь множества доблестных альф, а природа дала тебе силу и мощь Центавры, что встречается в исключительных случаях. К тому же, ты верен принципам и позаботишься о чести клана гораздо лучше многих. Но кое-чего тебе очень сильно не хватает, малыш. И это меня безмерно огорчает.
Джаред отодвинул в сторону опустевшую тарелку и подался вперед:
- Я не понимаю, о чем ты говоришь, дед. Но мне всего двадцать пять, и я готов меняться. Учиться всему, что ты захочешь мне передать.
Дед снова уставился на огонь.
- Есть такие вещи, которые не приходят со стороны. Они либо есть в альфе, либо их нет.
- И чего же, по-твоему, мне не хватает? - с опасной улыбкой вкрадчиво поинтересовался Джаред.
Он был готов отстаивать свое право на наследование, спорить и аргументировано доказывать, что сумеет удержать власть и распорядиться ею достойно. Но совершенно не ожидал того ответа, что услышал от старика.
- Я слишком хорошо вижу твою ауру, малыш. Она неполноценна.
Вот уже второй раз за вечер Джаред испытал нечто, похожее на потрясение.
- Но… почему? Как?
- Я не знаю, - дед печально вздохнул. – Ты был бы идеальным наследником, не будь настолько обделен духовно. Ум, силы, образование и решимость – всего этого недостаточно. Твой внутренний огонь спалит тебя, если ты не сумеешь его выпустить. Ты словно заперт в бездушном коконе, который сдерживает все твои возможности. Замкнутая аура безупречна для рядового альфы, но категорически не соответствует великому вождю. Скажи, - в глубоких провалах глаз старика сверкнуло пламя, - а ты хоть раз влюблялся по-настоящему? Чувствовал, как кипит в тебе кровь?
- А при чем здесь это? – не понял Джаред. – Дед, я не из тех, кто потакает взбесившимся гормонам и горжусь этим. Мне всегда казалось, что самообладание и самоконтроль – это преимущество, а не недостаток. Или твой наследник должен исходить слюной на манящий запах и терять голову от страсти? Не говори глупостей!
- Вообще-то я имел в виду вовсе не похоть, - резко сказал дед и принялся натужно подниматься с места. – Наш разговор на сегодня закончен, Джаред. Думаю, мы вернемся к нему позже, а пока будь осторожен. Не всем в клане нравится твое своеволие. Я прикрою тебя, как смогу, но ты все же держись скромней. И если что – обращайся. Я надеюсь, что ты еще созреешь и станешь тем, кем я хотел бы тебя видеть.
Старик отвернулся, показывая, что высказал все, что хотел, а Джаред вышел из кабинета весьма озадаченным. Что дед имел в виду? Как чувства влияют на возможности? Или глава клана стал сходить с ума на старости лет?
Он тряхнул отросшими волосами, анализируя весь разговор, и пришел к выводу, что ситуация складывается в его пользу - все скорее хорошо, чем плохо. Дед пообещал ему поддержку и намекнул, что рассматривает, как потенциального наследника. Это здорово! А что до ауры, то она формируется в течение всей жизни и, возможно, Джаред еще доберет то, чего не увидел в нем старик.

***

В ресторанчике «Тeen wolf» Джаред обедал как минимум раз в неделю. Здесь было удобно пересекаться с друзьями, организовывать деловые встречи, да и просто отдыхать. Уютные кабинки частично скрывали диваны и столики от остального зала, а вкусная кухня являлась гордостью хозяина заведения – за годы работы он набрал идеальный коллектив, сманивая лучших поваров и кондитеров города.
Сегодня Джаред собирался встретиться с Чадом. Тот частенько генерировал несколько безумные, но блестящие идеи, которые в адаптированном виде приносили немалую пользу, так что игнорировать Мюррея было бы неразумно.
Чад как обычно опаздывал. Джаред раскрыл меню, собираясь заказать двойную отбивную и какое-нибудь легкое вино, когда внезапно почувствовал запах, заставивший его забыть и про предстоящие дела, и даже про пустой желудок. Голод, который вызывал этот едва уловимый аромат, был совершенно иного характера. Он будил в Джареде неведомые доселе чувства, вибрируя в каждой клеточке его тела и превращая цивилизованного человека в дикого хищника, нацеленного на добычу. Вот только добычу хотелось не сожрать, а завалить, пометить собой, утащить в надежное логово и никогда ни с кем ею не делиться.
Пытаясь сообразить, что с ним такое происходит, Джаред с силой сжал кулаки, игнорируя боль от впившихся в плоть удлинившихся когтей, и повел носом, оглядывая зал по кругу и вычисляя, за каким столиком расположился источник соблазнительного аромата. В том, что тут замешаны феромоны, у него не было ни малейшего сомнения. Оставалось только понять, что это: случайность или сознательная провокация, направленная конкретно на него?
В третьей от барной стойки кабинке, откуда исходил влекущий Джареда аромат, собралась вполне мирная компания, обсуждающая деловые вопросы. Неожиданно обострившийся слух Джареда уловил отрывок фразы про какой-то сайт, обсуждение расценок на услуги по оформлению – ничего подозрительного. Джаред узнал голос одного из беседовавших. Смешной болтливый омега, отчаянно влюбленный в хозяина ресторанчика, работал менеджером в художественном центре напротив и часто заглядывал в «Тeen wolf» с безобидными приятелями или потенциальными клиентами. Парень не представлял для Джареда ни малейшей опасности – эта мелкая сошка не принадлежала ни к одному из серьезных кланов. Следовательно, если только несчастного менеджера не использовали втемную, его соблазнительно пахнущий спутник-омега мог оказаться обычным посетителем ресторана, понятия не имеющим о том, как он влияет на могущественную альфу.
Джаред с усилием сдержал стон и, повернув голову, обнаружил озабоченно заглядывающего ему в глаза Мюррея.
- С тобой все в порядке? Джей! У тебя зрачки размером с блюдце! Эй!
- Ты давно здесь стоишь? – проскрежетал Джаред, не разжимая зубов и стараясь не вдыхать глубоко.
- Да уж с полминуты. Ты нормально себя чувствуешь?
- Нет, - Джаред длинно выдохнул. – Садись, - он кивнул головой на диванчик напротив. – Дела обсудим позже, – он говорил короткими рубленным фразами, стараясь удержать стремительно ускользающий контроль.
- Да в чем дело-то, Джей? – плюхнувшись на диван напротив, Мюррей знаком попросил официантку принести виски, и беспокойно поерзал на месте: - Какие-то проблемы с конкурентами?
- Чад, ты идиот! – прорычал Джаред. – У меня все отлично! Я просто… - Он замер, всей кожей впитывая усиливающийся запах, и снова уставился в зал.
Из третьей кабинки показался симпатичный молодой мужчина с коротким ежиком русых волос. Замер на секунду, словно прислушиваясь к чему-то, передернул широкими плечами и направился в сторону туалетов. Он не был похож на смазливую омегу в поиске партнера: не отличался изяществом походки или вычурной одеждой, не крутил призывно бедрами и никак не проявлял свой интерес, но божественный шлейф аромата, тянущийся за ним, мог бы соблазнить и святого.
Джаред искренне не понимал, почему все альфы в зале не помчались следом, соревнуясь в скорости и расталкивая друг друга локтями.
- Подожди здесь! – бросил он Мюррею и сорвался с места.
Едва не снеся дверь с петель, Джаред вломился в туалет и, раздувая ноздри, уставился на омегу широко раскрытыми глазами. Тот неторопливо умывался над раковиной и даже не вздрогнул, поворачивая к альфе влажное лицо с капельками воды на висках.
- Ну, говори, в чем дело? От тебя так несет возбуждением, что невозможно сидеть в зале.
Джаред сглотнул. Легкая щетина на щеках молодого мужчины подчеркивала идеальные скулы и мужественный подбородок, абрисом губ хотелось любоваться бесконечно, а в зелени глаз бесповоротно утонули все сомнения, которые вплоть до этой минуты испытывал недоверчивый Падалеки.
- Это не я, это ты пахнешь, - хрипловато заметил Джаред, поражаясь тому, как странно звучит собственный голос.
- Понятно, - мужчина отвернулся, тяжело опираясь о раковину, недолго помолчал и предложил: - Ладно, раз уж тебе так невтерпеж, могу дать. Только с одним условием: никаких меток и следов. Мне проблемы не нужны. Трахаемся и разбегаемся.
- Что? – непонимающе переспросил Джаред, сдвинув брови.
- Я же вижу, что ты не рядовая альфа. У тебя аура размером с футбольное поле, - горько усмехнулся незнакомец. – Мне проще дать тебе добровольно здесь, чем бояться, что ты поймаешь и изнасилуешь в переулке. Нет-нет, - он вскинул руки в примиряющем жесте, когда Джаред агрессивно дернулся вперед. – Я не выражаю обвинений и даже не возражаю. Могу подставиться или отсосать, как захочешь. Сам вижу, что у тебя крыша едет, да и на меня это действует. Пусть уж лучше здесь, по взаимному согласию, чем как-то по-другому. Только без серьезных травм, укусов и обязательств.
Джареда затрясло.
- Да я никогда в жизни не причиню тебе вреда! - он был абсолютно искренен в своем порыве. – Наоборот, предлагаю годовой контракт. С полным обеспечением.
Вообще-то в клане Падалеки супружеские контракты обычно заключались при участии лучших юристов и только после тщательного медицинского обследования омег и одобрения их кандидатур службой безопасности, но сейчас Джареду было плевать на формальности. Он хотел в безраздельную собственность одного-единственного, конкретного омегу, который стоял сейчас прямо перед ним и говорил нелепые возмутительные вещи об отсутствии обязательств.
- Контракт? – неподдельно удивился мужчина. – Зачем? Мне этого не нужно, - он отрицательно замотал головой.
- Меня зовут Джаред. Я из клана Падалеки. Обещаю, ты не будешь ни в чем нуждаться, - неторопливо и как можно более убедительно, стараясь не напугать собеседника, объяснил Джаред.
- Да я и так ни в чем не нуждаюсь! – вспыхнул мужчина. – И меньше всего в том, чтобы принимать высокое покровительство незнакомой альфы.
- Ты не пожалеешь! – настойчиво заверил Джаред и уточнил: - Как тебя зовут?
- Дженсен. Дженсен Эклз. Я графический дизайнер. Арендую студию в художественном центре. И уж поверь, не испытываю ни малейшего желания связывать себя брачными узами, пусть даже временно.
Джаред низко зарычал, пытаясь сдержать в узде рвущегося наружу зверя, но Дженсен даже не вздрогнул.
- Не надо меня запугивать! – твердо предупредил он. – Ничего не выйдет. Я вообще не понимаю, что за помутнение рассудка на тебя нашло?! Как тебя там? Падалеки? Остынь и посети на досуге семейного психолога, а то у тебя гормоны из ушей лезут.
- Да не в гормонах дело! – рявкнул Джаред, одним движением оказываясь рядом с Дженсеном и припирая его к стене. – От тебя пахнет МОЕЙ омегой!
- Да пошел ты! – бесстрашно заявил Дженсен, отпихивая Джареда от себя. – Псих! Я тебе предлагал отсосать, ты отказался. До свидания, всего доброго.
Он вознамерился было вырваться и уйти, но Джаред удержал его за запястье.
- Подожди…прошу тебя.
Чтобы опуститься до просьбы пришлось сделать над собой усилие, но Дженсен являлся необыкновенной омегой и заслуживал уважения. Он не был зеленым юнцом и выглядел едва ли не старше Джареда, его великолепный, зрелый, восхитительный запах казался родным и таким манящим, что сводил Падалеки с ума, а еще этот мужчина держался с почти королевским достоинством, находя в себе мужество отвергать альфу, к ногам которого по первому зову рухнули бы ровными рядами половина омег этого города.
Такого исключительного партнера Джаред просто не мог упустить.
- Ну что еще? – недовольно нахмурился Эклз, делая слабые попытки вырвать руку.
- Прежде чем отказывать окончательно, давай проведем вдвоем один день. Всего лишь день. Если поймешь, что тебе со мной плохо, я не стану удерживать. У тебя, - тут Джареда пробил холодный пот, а верхняя губа воинственно вздернулась, - никого ведь нет? Ты ни с кем не связан? Я не чувствую меток.
- Я сейчас свободен, - подтвердил Дженсен, вызывая у Джареда непроизвольный вздох облегчения, - и не заинтересован в контракте, какие бы золотые горы ты тут не сулил. Более того, мне плевать, Падалеки ты или хоть сам великий Крипке. Плачевный жизненный опыт показывает, что среди сильных кланов встречается гораздо больше абсолютных засранцев, чем кажется глупым омегам.
- Кто бы ни причинил тебе боль, он жестоко за это поплатится, - решительно пообещал Джаред.
Дженсен не без иронии ухмыльнулся.
- У меня был годовой контракт с Морганом. Еле вырвался. Все еще горишь желанием отомстить?
Джаред угрожающе рыкнул и в упор посмотрел на сладко пахнущего омегу:
- Сделаю все, что ты захочешь. Когда захочешь и как захочешь.
- Смелая заявка, - чуть серьезней чем раньше сказал Эклз.
- Один день, - напомнил Джаред. – Согласен?
- А, пожалуй, да, - широко улыбнулся Дженсен, и Джаред, не выдержав соблазна этой улыбки, запечатал восхитительный рот крепким поцелуем.
На вкус омега оказалась еще слаще, чем обещал чарующий запах.

***

Они не могли оторваться друг от друга трое суток.
Джаред выключил телефон, игнорировал электронную почту и вообще позабыл обо всех своих делах. Рядом был Дженсен, и казалось, что насытиться им невозможно, как невозможно перестать дышать.
«Дженсен-Дженсен-Дженсен», - стучало глупое сердце. «Дженсен», - пела кровь в венах. «Дже-е-нсен», - шептал каждый вдох.
Они бешено трахались в маленькой квартирке Эклза, которая по размерам едва ли превышала ванную Джареда. Гуляли по узким улочкам на окраинах города, романтично взявшись за руки и скармливая друг другу мороженое. В обнимку ныряли с отвесного обрыва в закрытой для посещений зоне, ловя адреналиновый кайф и медитировали на зеленой лужайке общественного парка под полной луной, постигая дзен.
В обществе Дженсена Джаред наслаждался каждой прожитой секундой, впервые понимая, как может быть здорово просто жить: не опасаясь ежесекундно подвоха, не соблюдая определенных кланом правил и не утверждая свое право сильнейшего даже среди членов семьи. Дженсен был так непохож на всех, кого он знал до сих пор, что казался Джареду настоящим чудом. И в это чудо он с каждым часом влюблялся все сильнее и сильнее.
То, что его начнут разыскивать по приказу деда, Джареду и в голову не приходило.
Детективы клана Падалеки обнаружили пропажу только на четвертый день, когда, прикупив два стаканчика кофе на заправке, усталые и счастливые после очередной бессонной ночи, Джаред с Дженсеном остановили машину на мосту и вышли к ограждению, встречая рассвет.
Наемные альфы из отряда специального реагирования появились двумя группами, на огромных черных джипах, настроенные действовать, а не разговаривать. Эклза грубо оттащили в сторону и бросили прямо на проезжей части, не слушая протестующих криков, а Падалеки скручивали впятером, напав без предупреждения и оглушив сзади чем-то тяжелым.
Очнулся Джаред в своей спальне, в знакомой постели, с парой шишек на затылке и острым желанием порвать всех на мелкие лоскуты. На прикроватном столике лежал мобильник, и Джаред, включив его, первым делом набрал номер Дженсена. Абонент находился вне зоны доступа. Сто сорок восемь непринятых вызовов от деловых партнеров, друзей и знакомых мало беспокоили Джареда, гораздо тревожней ему было от того, что на его звонки не отвечал Эклз.
Спрыгнув с постели и натянув штаны, Джаред вознамерился срочно отправиться на поиски любимого, когда дверь в его апартаменты распахнулась, и на пороге появился очень сердитый отец.
- Джеральд, иди нахуй! – предвосхищая события, жестко высказал свою точку зрения Джаред. – И передай тем, кто меня сюда привез, что я лично перегрызу горло каждому. А если кто-то из этих мудаков осмелился тронуть моего парня, я вырежу их семьи с особой жестокостью. Моя позиция ясна?
- Мальчишка! – фыркнул отец. – А ну марш в кабинет, тебя хочет видеть глава рода!
- Передай деду, что в гробу я видел его желания, - предельно ясно выразился Джаред. – Я собираюсь основать свой собственный род, и его помощь мне в этом не нужна!
- Даже если твоя сучка у нас?
Джаред оскалился, выпуская дюймовые клыки:
- Если хоть один волос упал с головы Дженсена, здесь начнется кровавая бойня. Обещаю.
Джеральд заметно напрягся, но быстро взял себя в руки:
- Ступай в кабинет, сын. И будь почтителен, если хочешь заслужить прощение старика. Только от него зависит судьба твоей шавки.
В дедов кабинет Джаред ворвался гневным тайфуном:
- Где он?! Где моя омега?
На суровое выражение лица деда и осуждающие физиономии членов совета ни малейшего внимания он не обратил. Огляделся по сторонам, разыскивая взглядом родные черты, не нашел и очень четко осознал, что сейчас начнет убивать без разбора.
- Он жив. С ним все в порядке, - подал голос дед, уловив пограничное, почти аффективное состояние внука.
Джареду даже показалось, что в глазах старика мелькнуло нешуточное уважение.
- Приведите! – скомандовал Джаред. – Иначе разговора не получится.
Дед небрежно шевельнул кустистой бровью и двое охранников моментально скрылись в коридоре.
- А пока твоего сучонка тут нет, не будешь ли ты любезен, дорогой мой племянник, поведать, по какой причине ты забыл о долге перед семьей? – злорадно протянул чем-то очень довольный дядя.
Не удосужившись вербальным ответом, Джаред молча продемонстрировал нелюбимому родственничку оттопыренный средний палец – страшное оскорбление по меркам клана.
Кто-то ахнул, кто-то сдавленно выругался.
- Этот мальчик так для тебя важен? – с любопытством спросил дед.
- Я предложил ему стандартный годовой контракт сразу, как увидел. Сейчас не соглашусь на меньшее, чем пожизненная вязка, - не стал скрывать Джаред.
- Да ты спятил! – выразил общую точку зрения отец.
Все омеги клана жили в вечном страхе, что очередной годовой контракт с ними не продлят. Кто угодно мог оказаться на улице даже после десятилетия совместной жизни, если его альфа вдруг становился чем-то недоволен. А прожить в городе на крохотное алиментное содержание без защиты клана было практически невозможно. Джаред никогда бы не согласился поставить Дженсена в столь унизительное положение, и его мало волновало, что последней омегой с пожизненным контрактом был тот самый легендарный спутник главы рода, погибший в расцвете лет.
Дед молчал, наблюдая за разворачивающейся перед ним сценой, словно театральный зритель из вип-ложи. В другой ситуации Джаред дорого бы дал, чтобы узнать, о чем думает старик, но сейчас его волновало только благополучие Дженсена. И он ждал, сдерживаясь из последних сил и смаргивая кровавую пелену перед глазами, контролируя ярость внутреннего хищника.
Эклза впихнули в кабинет, как никчемного пленника – тычком в спину. Джаред рыкнул от негодования, но тут же поймал свою омегу в объятья, ободряюще поглаживая по спине и нашептывая на ухо бессмысленные ласковые глупости. Теперь их не сумела бы разлучить целая армия.
Дженсен держался очень хорошо. Никто кроме Джареда и не заметил, как сильно он напуган. Но за его страх, за болезненную ссадину на скуле и разбитые в кровь совершенные губы Джаред мысленно поклялся отомстить с лихвой. Счастье, что никто из клана не попытался надругаться над беззащитной омегой, иначе Джаред сорвался бы сразу.
- Это из-за этого ничтожного шлюхиного сына ты пошел против семьи? – возмущенно выступил вперед дядя, прерывая затянувшуюся паузу.
Дженсен дернулся от звука его голоса и притиснулся к Джареду плотней, а Падалеки вдруг прорвало. Он и сам не понял, что произошло и как ему это удалость, но только вместе с непроизвольным рыком выдал такую плотную осязаемую волну ненависти, что дядю вместе с пятеркой членов совета, стоящих рядом, вдруг подбросило в воздух и впечатало в стену.
Испуганные крики, восхищенные возгласы, грозное рычание и яростные проклятья слились в одну сплошную дикую какафонию, а Джаред, которому совсем не понравился бессмысленный шум, наморщил нос и прикрыл ладонями уши Дженсена, чтобы уберечь его от эмоциональных проявлений собственной родни.
- Останешься рядом со мной навсегда? – тихо спросил он, отчего-то робея в ожидании вердикта и слизывая капельку крови из незатянувшейся ранки на нижней губе Дженсена.
Ее медный привкус осел на языке, разливаясь чужой, незнакомой силой по всему телу.
- А ты до сих пор сомневаешься? – тоже шепотом ответил ему Эклз, сияя внутренним светом.
- У меня плохая наследственность, - предупредил Джаред и только тут сообразил, что Дженсен вообще-то не может его слышать, потому что он сам плотно закрыл ему уши.
Сбоку что-то торопливо выговаривал отец, громко верещал дядя, орали, перекрикивая друг друга члены совета.
- Он теперь воспринимает тебя на ментальном уровне, - странным образом, негромкий голос деда был четко различим в общем гвалте. – В нашем роду уже лет триста не рождалось такой сильной альфы, как ты. Поздравляю, внук. Теперь я определился с наследником.
В кабинете внезапно стало очень тихо. Должно быть, старика услышали все. И в этой оглушительной тишине раздался непосредственный смешок Дженсена.
- Плохую наследственность я уже заметил, - смело сообщил он, глядя исключительно на Джареда. – Но мы с тобой над этим поработаем. Правда?
Джаред почувствовал, как его переполняет счастье. И как вместе с этим счастьем растет и охватывает весь особняк его обновленная альфа-аура, подминая под себя более слабую волю присутствующих. Отец, дядя, начальник охраны, члены совета – никто не продержался больше секунды, склоняя голову и опуская глаза. Пожелай сейчас Джаред – и они рухнули бы на колени, подчиняясь мысленному приказу. Это было фантастическое ощущение.
Один дед, тоже рожденный под Альфа Центаврой, так и остался сидеть в кресле с высоко поднятой головой и величественной осанкой. Впрочем, ломать деда Джареду не было нужды – тот оказался единственным, кто мог его понять и поддержал с самого начала.
А еще теперь рядом с ним был его Дженсен – искренний, доверчивый, родной.
Дженсен, аура которого мерцала почти осязаемым золотистым теплом, не подчиняясь, но сливаясь с джаредовой, мягко согревая его и лаская со всех сторон. Самый лучший мотиватор и самый надежный источник силы, без которого Джаред просто не представлял себе будущей жизни, потому что они с Дженсеном стали одним целым.
- Моя омега, - нежно пробормотал Джаред, притягивая Дженсена для поцелуя.
- Неправильно, - в последний миг уперся Эклз. – Моя альфа.
- Твоя альфа, - покладисто согласился Джаред. – Навсегда.
Потрясенные члены клана бесшумно выбирались из кабинета, готовясь к серьезным переменам. Старик за столом довольно потирал кончики пальцев. Он оставлял семью в надежных руках.

ноябрь 2012