Любовь наизнанку

— Черт, ну почему они всегда так путаются? — Зак только что проснулся. И первым его движением было найти mp3, нацепить наушники и врубить бит погромче. Парень потянулся, но не спешил вставать. Предки сегодня намылились на свадьбу, а ему удалось уговорить их не брать его с собой. Как ему это удалось, он и сам пока не понял. Просто повезло. Обычно на такие мероприятия ему приходилось тащиться вместе с ними. Зак с удовольствием оглядел свою комнату. Настоящая берлога, где не ступала нога человека. Ну уж, по крайней мере, нога родителя. Как только у парня наступил переходный возраст, его оставили в покое. Поэтому в его комнате гнездились комиксы, журналы и диски, со стен глазели Джаггер и Лето, и вообще вокруг царила та самая атмосфера пыльного декаданса, которая вдохновляла Зака. Заку недавно исполнилось 18. Идеальный альфа-самец, гордость родителей. У него было все, о чем мечтает каждый альфа. Высокий, сильный, спортивный. Серые насмешливые глаза, выгоревшие на солнце волосы. Все лето Зак пропадал на пляже, катался на доске. Море и солнце — что может быть лучше?! Ну и, конечно, бесконечные тусовки с друзьями. Зак был не просто душой компании, он был ее стержнем, вокруг него, как планеты вокруг солнца, вращались друзья, бесконечные знакомые и приятели. Заку никогда не надо было стараться производить впечатление. Он входил в комнату, и все омеги поворачивались к нему, как цветы к солнцу. У друзей-альф даже сил сердиться на него не было. Они просто приняли это как должное — «это же Зак» и старались дружить с ним, чтобы разделить внимание омег. Зак и его свита. А дружить с ним было легко. Он быстро сближался с людьми, притягивал к себе внимание, как магнит. Да, ему просто повезло родиться Заком. Ну почти повезло, но об этом позже… А пока Зак заставил себя слезть с постели и подойти к шкафу, чтобы заняться «археологическими раскопками» — надо найти чистую футболку. Любовью к порядку Зак не отличался. Тем временем внизу в гостиной родители собирались на свадьбу. Отец номер один — идеальный альфа Ричард. Пронзительные синие глаза, темные ресницы, острые, почти хищные черты лица. Отец номер два — идеальный омега Ли. Ослепительная улыбка, блестящие мягкие волосы, густые брови. Два этих почти двухметровых гиганта метались по комнате… — Ключи, приглашения… Где телефон?  Ах, мы опять опоздаем, неудобно… — Ли растерянно приглаживает волосы. — А кто торчал в ванной три часа? — не выдержал Рич. Но тут же взял себя в руки и добавил — — Но это того стоило. Замечательная прическа, — и ласково поцеловал мужа в макушку. Рич исчезает в спальне и появляется с охапкой галстуков в руках. — Дорогой, какой галстук выбрать? — альфа в отчаянии. — Боже, ты еще спрашиваешь?! Конечно, вот этот, в полоску. Что бы ты без меня делал?! Мы же 20 лет вместе, а ты не меняешься, — Ли осторожно надевает галстук на шею мужа и затягивает аккуратный узел. — Не ворчи, малыш, — Ричард нежно хлопает двухметрового Ли по щеке. — А ты знаешь, что галстук — это фаллический символ. Смотри, что тебя ожидает вечером, — Ли осторожно провел пальцами по галстуку сверху вниз. Дотронулся до ремня, подтянул альфу к себе поближе. Рука на пряжке ремня. — Ах, мы так никогда из дома не вылезем, — запротестовал Рич, но руку не остановил. Неожиданно Ли отстраняется и делает знак мужу — «ребенок идет». Зак скатывается вниз по лестнице и с размаху плюхается на диван. — Доброе утро! — Доброе утро, сын, — практически хором отзываются родители. Зак для порядка закатывает глаза «ох уж это семейная идиллия», но в глубине души он доволен. — Вы еще здесь?! Опять опоздаете. Ли садится рядом с сыном и взъерошивает ему волосы. — Угадай, кто мне звонил? Сын Андреаса, нашего соседа. Он с ума по тебе сходит, и ведь он такой красивый. Идеальный омега. — Слышишь, Рич, наш сын — сердцеед. — Ага, в меня пошел, — подмигивает Ричард. — Господи, отцы, вы же точно опоздаете, — не выдерживает Зак.