5.
29 сентября 2015 г., 15:38
На кухне появилась девушка, с пучком на голове и сонным взглядом.
Присутствующие неодобрительно на неё смотрят, а беременная женщина, сидящая в этот момент ближе всего к вновь прибывшей, кривится.
- Что? Я подросток! Мне можно!
Женщина некоторое время разглядывает девушку, а потом интересуется возрастом.
- Четырнадцать!
Брюнетка задирает нос и идёт к холодильнику и плите, начиная с ходу что-то готовить.
Мизу все это время сидит и просто офигевает.
- .... Четырнадцать... - он вслух повторил возраст, пытаясь приспособиться к этой реальности.
Черноволосая голова поворачивается на голос и карие глаза смотрят на парня.
- Здравствуйте. А вы кто?
Брови слегка сходятся в привычном выражении эмоций и у рыжего начинает колоть внутри.
- Уууууууууууууууууууууууууу! - тянет он, пытаясь придумать, что же сказать девушке.
- Голос знакомый, - тонкие девичьи пальцы поправляют большеватый светлый свитер крупной вязки. - Мы раньше не встречались?
Те же самые пальцы обхватывают коричневую чашку и подносят к лицу.
- Встречались.
У Мизу почти получается изобразить безэмоциональный ответ.
Девушка подходит вплотную, ставит кружку на стойку и разглядывает парня. Чуть наклоняется и берёт за подбородок.
- Скажи ещё что-нибудь, может вспомню.
Их взгляды скрещиваются. Рыжий убирает чужую руку и смотрит в глаза. Девушка щурится и отстраняется, массируя виски.
- Тогда, познакомимся еще раз? Мое имя - Керера Пиррос.
- Мизу Абрас МакКейн.
Голос рыжего сух, но глаза неотрывно следят за Керерой.
- Странное сочетание.
- Какое есть, - лёгкое пожатие плечами.
Он собирается сказать ещё что-то, но кашель сбивает с мыслей.
- Зажигалка есть? - потирая грудь, поинтересовалась собеседница.
- Тебе нельзя курить. Забыла, чем болела мать?
- О, не говори как мой дядя. Подумаешь.
Она фыркнула, изображая из себя независимую стерву.
"Это возрастное или я просто не замечал?"
- Она умерла, - сказала Пиррос, устраиваясь на соседнем стуле и подпирая щеку рукой. - Невежливо об этом напоминать.
- .....
Рыжий дернулся и тихо сказал, смотря на свои руки:
- Это был лишь вопрос времени.
- А потом меня забрал брат моего отца. Живу в роскоши и все вроде хорошо.
Тонкие руки начинают шарить по карманам. Девушка сосредоточенно смотрит перед собой.
- Почему-то мне кажется, что тебе можно доверять, - неожиданно тихо. - Глупо, учитывая что все, похожие на тебя, те ещё ублюдки.
Неожиданно возня в карманах прекращается.
Звенящая пауза требует хоть каких-то слов.
- Спасибо.
- Можно мне хоть раз выговориться-то? А то как-то...
- Говори, я не против.
Минутная пауза.
Он видит её подрагивающие пальцы, сжимающие края рукавов.
- После смерти матери нарисовались мои родственнички. Всю жизнь им было плевать, а теперь опомнились...
Видеть горькую ухмылку на лице такой молодой девушки было немного дико и жутко.
- ... Была тётя и был дядя. В итоге меня забрал дядя. Жизнь и так была паршивой, а стала вообще ужасной.
Рыжий протягивает руку и сжимает бледную и холодную ладонь. Девушка в ответ жмурится и торопится рассказать, выплестнуть то, что скопилось внутри, захлебываясь словами.
- Гнилые люди в школе для богатеньких детей. Издевки похуже, чем были раньше. Новоиспеченные опекуны не обращали на меня внимания. Бабушка меня вообще ненавидела. Знаешь, какая причина? Её муж-идиот изменил ей с гречанкой, родился мой отец, а теперь я живу с ними - эдакое напоминание. Экзамены я проваливаю, особенно эту дурацкую математику. Бросила писать, потому что это бред. Все, чем я сейчас занимаюсь - посещаю ненавистные уроки, кружки, которые они....
Мизу почти воотчию слышит скрежет зубов.
- .... Считают полезными. Я постоянно провожу вечера на улице, лишь бы не видеть эти рожи.
- Ты так и не показала тогда, что писала.
Вторая рука парня гладит чёрные волосы. Карие глаза рассеянно наблюдаю за тем, как его пальцы пропускают чёрные локоны сквозь пальцы.
Керера глубоко вздыхает.
- Это был бред. Вожусь с мрачной компанией, курю и пью. Хочу забыть это все, - голос падает до шепота. - Я к маме хочу, а не могу даже могилу навестить.
- .............. А мне так хотелось послушать...
- Это кошмар какой-то.
Девушка опускает голову, пряча взгляд под волосами.
- Не помню, чтобы что-то тебе обещала. Не могу вспомнить.
Внутри колет, но он не обращает внимания и притягивает девушку к себе.
- Ну и ладно. Бедная ты моя...
Бледные руки поглаживают спину на уровне лопаток, а Керера кладёт голову на плечо.
- Я так хочу тебя вспомнить. С тобой так странно тепло.
- Ничего страшного. Но пить и курить - это не выход.
Последние слова он постарался произнести как можно строже и в ответ услышал:
- Помогает забыться.
- Это не выход. Без наших воспоминаний мы - никто.
- Откуда ты это знаешь?
В воздухе повисла недосказанность. И оба её осознавали.
- Когда я была ребёнком, у меня было мое солнце. Теперь его нет и все, что я чувствую - холод. И конца этому нет.
- Потому что я тебя помню, - ответил невпопад рыжий, чувствуя странное покалывание в груди и кончиках пальцев.
- И кого ты помнишь?
- Восьмилетнюю девочку, страшно влюбленную в меня.
Кария глаза смотрят вверх и вправо. Взгляд рассеян - он смотрит в прошлое.
- Правда? Сам-то помнишь, что делал в восемь лет?
"Мне не было восемь..."
Короткий смешок.
- Неа.
- Вот и я не помню.
Керера слегка отстраняется и сдувает челку со лба.
- Ты тёплый.
Парень в ответ улыбается, а потом коротко и тихо смеётся.
- Что?
- Ты милая.
- Разве? Ты первый, кто это говорит.
Она отстраняется и отступает на шаг, по-птичьи чуть склонив голову к плечу.
- Но мне нравилась та девочка. Несмелая, но готовая отстаивать свои интересы. Не боящаяся выглядеть глупо. Открыто любящая. Заботливая.
В красноватых глазах девушки Мизу видит искру и воспоминания.
- Странно это слышать, вроде как о себе.
- А много ли ты о себе слышишь вообще?
Он прекрасно понимает, что в этой жизни никто и никогда не интересуется это девочкой.
"Всем нужна только обложка," - со внезапной злостью подумалось рыжему.
- Ну.... Знакомые люди говорят, что я странная. А эти люди, что никчемная. Все, вроде.
Слово "люди" очень ядовитое и презрительное.
На кухне появляется рыжий мужчина, облокачивается о стену спиной. По нему видно, что у него не все в порядке.
Мизу знает его. Это Идвиг МакГрей.
- Что-то случилось?
Мужчина в ответ лишь мотает головой.
- Ещё один рыжий, - резюмирует Керера.
- И тоже ирландец.
Парню не нравится выражение знакомого, но сейчас разговор с девушкой важнее.
- Так странно знакомиться с тобой вновь...
В разговор влезает статуя музы, стоящая на кухне уже довольно давно:
- Не заморачивайся. В следующий раз ты увидишь её в обычном состоянии.
Не отрывая взгляда от знакомо-незнакомого лица он кивает.
- Более, чем уверен. Но это интересно. Если тебе четырнадцать, то мне....
Осознание своего возраста обрушилось на парня и он ошарашенно замолчал.
- Сколько? Ты выглядишь моим ровесником.
- Двадцать один, - выдаёт МакКейн после недолгого молчания.
- Взрослый какой.
- Нет. Сейчас мне пятнадцать. Но разница между нами была семь лет. Поэтому.... - рыжий замер, обдумывая мысль. - Если тебе 14, то мне должно быть 21.
- А где это место вообще существует?
От задумчивого вопроса девушки, его сердце пропустило один удар.
И шёпот подсознания
"Ты же знаешь, что это не может быть реальностью. Фрикция, наркотический бред~"
Прикрыв на мгновение глаза, Мизу спросил:
- Какое?
- Вот это, - красно-карие глаза обвели взглядом помещение. - У меня телефон не работает.
- О. Это место вне всех реальностей. Здесь ты можешь встретить своего прадедушку молодым или потенциального внука...
Ощущение всемогущества пьянило.
- ... Здесь ты можешь встреть дракона или единорога...
- Тогда с чего ты взял, что разница между нами - семь лет?
- ... Или ведьму, в которую вселился демон, - договорил парнишка и замолчал.
Логика в словах брюнетки была, но он раньше об этом не думал.
Где-то неподалёку шевельнулась названная ведьма и угрюмо посмотрела на них.
- Потому что ты приходишь сюда восьмилетняя.
- Но сейчас мне четырнадцать.
Странно знакомый парень что-то бередил в её душе, скукожившейся до размера зернышка за это время.
- Странное место, - тихо сказала Керера и ещё раз обвела взглядом комнату.
- Ну и что? А я был в семнадцать тут.
- Красивый, наверное.
Мизу дергается, вспоминая влажные сумасшедшие глаза матери и грудной голос "красивый~". Рука автоматически поднимается и трет укус, почти заживший с того времени.
- Возможно.
Голос максимально нейтрален и сух. Отношение матери к своим сыновьям не касается никого, кроме них самих.
- Что-то не так? - чутко интересуется девушка.
- Да так. Вспомнилось кое-что, - усилием воли рыжий убирает ладонь от зудящейся шеи.
- Знакомо, - едва заметный кивок. - Наверно, мне пора идти? В конце концов, ты не меня ждёшь.
Внутри тянуло, словно должно было произойти что-то важное.
Карие глаза ласково обежали Кереру взглядом.
- Я жду тебя в любом виде. И пусть ты придёшь хоть старушкой.
- Как мило, - ему показалось, что в её голосе проскользнула насмешка. - А если..... Я только спросить хотела...
- М?
Мизу устало оперся о стойку.
- А почему ждёшь?
Тихое хмыканье вполне могло сойти за смех. Чем он и решил это воспринять.
- .... - некоторое время рыжий молчал, словно обдумывая ответ. - Потому что мы друг друга поддерживаем. И я очень волнуюсь за тебя маленькую.
Парень наклоняется к ней, создавая интимную обстановку для следующих слов.
- Думаешь, она станет тем, кто я сейчас?
Прямой взгляд глаза в глаза.
- ... Трудно сказать, - едва заметное покачивание головой. - Дальнейшая жизнь иногда меняется от совершенно незаметных вещей... Моя, например, изменится прямо сейчас.
Мизу подаётся ещё немного вперёд и символически каскасается чужих губ.
- Вот теперь тебе пора.
Неловкая пауза, повисшая между ними, выглядела как провисшая верёвка.
- Какой же ты странный.
Белые пальцы касаются губ там, где все ещё чувствуется чужое тепло.
- Не буду говорить "до встречи".
Махнув на прощание рукой, брюнетка уходит, оставляя рыжего, рассеянно облизывающего губы.
- И это я странный?
На губах рыжего застыла мечтательная улыбка.
