Два месяца с мистером Совершенство.

Говорят, что не бывает неправильного выбора, существует лишь выбор, сделанный нами и его последствия. Тем утром я совершил величайшую ошибку в жизни, о последствиях которой я ни разу не пожалел.

- Чёрт возьми, - я с силой ударил руками руль и устало откинулся в кресле. Движение на дороге на тот момент напоминало стадо улиток, а мой телефон буквально разрывался от звонков. В восьмой раз на экране высвечивается фотография Минхо и в восьмой раз я сбрасываю его звонок. Настырный паренёк немедленно перезванивает, давая мне понять, что очень жаждет слышать мой голос: - Да! – Грубо ответил я, наконец приняв вызов, - чего тебе, приятель? - Томас, мать твою, ты где? – Минхо так громко крикнул в трубку, что мне пришлось оттащить телефон от уха, дабы избежать ударной звуковой волны, - тебя тут все потеряли! – На фоне слышались знакомые голоса его друзей, которые что-то бурно обсуждали. - В пробке я стою, Минхо, в пробке. В это время суток люди стекаются сюда, чтобы не дать мне приехать во время. Тебе знакомо это слово? Моя машина пока не летает, скажу я тебе. – Раздражённо заявляю я, от чего в голосе Минхо слышится недовольство. Когда я нервничал, Минхо обычно кидал какую-нибудь глупую абстрактную шуточку, чтобы разрядить обстановку. Но сейчас он и сам был на взводе. - Делай что хочешь: вызывай вертолёт, покупай самокат, беги, но, чтобы через 20 минут был на месте. Езжай в объезд, - предложил тот, и я принялся искать глазами ближайший поворот во дворы, - слышишь? - Слышу, я постараюсь. Всё, до встречи. – Не дожидаясь ответа, я сбросил вызов и кинул телефон на заднее сиденье. Минут через десять мне, наконец, удалось свернуть на маленькую неизвестную улочку. Отлично. Мне как раз не хватает заблудиться. Мельком я смотрю на фирменные часы, купленные Бритт специально для меня, на нашу годовщину. Мысленно я понимаю, что конкретно опаздываю. Я не любитель опаздывать, и окружающие меня люди прекрасно это знают. Поэтому, если я знатно задерживаюсь, Минхо тут же открывает марафон звонков. Бриттани – довольно миловидная блондинка. Когда мы только начинали встречаться, я был безумно влюблён в эту очаровательную малышку. Но сейчас у нас не самый гладкий период в жизни, но я думаю, что всё наладится, стоит только ждать. Как раз вчера вечером произошла очередная ссора, и Бритт просто на просто выставила меня из дома, захлопнув дверь перед самым моим носом. Это случается редко, обычно мы перекидываемся парой-тройкой незначительных колкостей, она называет меня бесчувственным мужланом, а потом мы целуемся. Вспомнив её, я невольно надавил на педаль газа и не заметил стоящий у дороги мотоцикл. На скорости я снёс эту железяку к чертям, и тут же сдал по тормозам. Куча металла, которая недавно ещё была мотоциклом, отлетела метра на четыре и с грохотом рухнула на асфальт. Видя перед собой мотоциклы, я всегда представляю огромного, крепкого мужчину, в кожаной косухе, чьи крепкие руки с удовольствием лопнут мою голову словно шарик, узнав во что прекратился его железный конь. Я в ужасе раскрыл глаза, так сильно сжал руль, что почувствовал, как мои руки вспотели и начали ныть. На секунду я забыл как дышать, вжался в сидение и просто пялился на дорогу. Люди, идущие мимо остановились, с любопытством ожидая продолжения. Я некоторое время ещё смотрел на то, что осталось. Одна мысль резко сменяла другую, в красках рисуя мне всевозможные исходы, которые только могли быть. Представлял, что если бы за рулём его кто-то был, то сейчас, в эту самую секунду, Томас, ты подписал бы своими собственными руками, пожизненный билет за решётку. На заднем сидении снова зазвенел телефон, но я не обратил на него никакого внимания. Я отцепил ремень безопасности, осторожно открыл дверь авто и выглянул. - Какого хрена? – На улицу выскочил худощавый блондин, едва успевая застёгивать штаны на ходу, - Чёрт побери. – Он был полной противоположностью сложившегося в моей голове стереотипа о байкерах. Где железные цепи весом в пол кило? Ремень из кожа всех тех, кто когда либо цеплял его на дороге? Где, в конце концов, пивное пузо? Толпа, окружившая мотоцикл, разошлась в стороны, и лицо парня моментально переменилось в выражении. Он в отчаянье захлопал глазами, надеясь, что это всё же его никак не коснётся, но, когда всё стало очевидным, парень молча обернулся на меня. Я впервые в жизни почувствовал на себе взгляд, полный искренней ненависти. На секунду мне показалась, что я слышал как скрипнули зубы: - Послушай, друг, - я виновато поднимаю руки, натянув на лице дружелюбную улыбку, но получилось ужасно, - я куплю тебе другой. Даже лучше. Какой захочешь. - Мне не нужен другой, - сухо отвечает тот, продолжая прожигать меня глазами, - мне нужен этот. Я его, нахрен, сам собирал. Понял? – Последнее он буквально прорычал. Вот-вот, казалось, и он накинется на меня, перегрызёт глотку. Однако голосок парня оказался приятным, мелодичным, от чего все его грубые слова было тяжело принимать всерьёз. Да и телосложением он слабо напоминал безрассудного бойца. Конечно, если он не достанет из-за пазухи славненький дробовичок, и не снесет мне разом пол бошки. Хотя. Он вряд ли сможет его поднять, но если всё же сможет, то отдачей его унесёт на острова в Карибском море. - Значит, восстановлю его тебе. Не переживай. - Не переживай? – Переспрашивает тот, вздёрнув бровью, - ты смеёшься? Посмотри на него. Мой мотоцикл сейчас напоминает кучу мусора. Тут работы на три месяца, как минимум. Где твои глаза? А если бы тут ребёнок выскочил на дорогу, его бы ты тоже восстановил? Или родителям другого привёл? Кого они захотят, а? - Слушай, я… - Я закусил губу, виновато опустил взгляд, уставившись себе под ноги. Парень был чертовски прав во всем. - Нет, ты слушай, - грубо перебивает блондин, медленно идёт в мои сторону. Я делаю шаг назад, но тут же резко останавливаюсь. Такой худой мальчишка, как он мне не страшен. Я уберу его одной левой, если понадобится. Но, кажется, этот парень не собирался драться, - я большую часть дня провожу на колёсах. Благодаря этому я делаю хорошие деньги. Теряю колёса – теряю деньги. Смекаешь, нет? - Может, мы как-нибудь договоримся? – Я снова улыбаюсь уголками губ, внимательно смотрю на парня. На секунду тот удивился, потом удивление сменилось задумчивостью и он кивнул, - вот и здорово. Я виноват, твои условия. - Ещё бы, - хмыкнул тот и сложил руки на груди, - значит ты на всё согласен? - В пределах разумного, - соглашаюсь я, и блондин широко улыбается. В его тёмно-карих глазах блестят огоньки хитрости и азарта. Надеюсь, он не извращенец какой. Наручники и латексный комбинезон - не мой стилёк. - Тогда, пока моего малыша, - он с грустью оборачивается на мотоцикл, театрально вздыхает, - восстанавливают, ты будешь приезжать за мной, когда мне будет нужно. - Чего? – Запротестовал я, опешив от такой открытой наглости, - ты такой тощий, где в тебе умещается столько наглости? - Что ж, - пожимает плечами парень, изобразив на лице глубокую печаль. Он достаёт из кармана телефон, набирает номер. – Алло, полиция, мне нуж… - Не горячись, - я одним движением выхватываю из рук наглеца телефон, и тот, как ни странно, не сопротивляется. Он легко наклоняет голову на бок, лукаво улыбается, - хорошо. Я согласен. Только имей ввиду, что я работаю, и катать тебе по окрестностям нашего распрекрасного городка целый день не могу. Сейчас наши с Минхо дела идут в гору, и мне никак нельзя засветиться на первых страницах местных газетёнок. Кажется, незнакомец очень доволен собой. Какой же он отвратительный. - Лады, - радостно восклицает тот, - мне как раз нужно кое-куда ехать. Подвези меня. – Он, не спрашивая разрешения, идёт к машине, открывает дверь со стороны пассажирского сидения и садится внутрь. Я удивлённо наблюдаю за каждым его действием, мысленно ругая себя за такую невнимательность на дорогах. - Чувак, я опаздываю на работу, - он молча тыкает пальцем в сторону разбитого мотоцикла и я, глубоко вдохнув, сажусь следом. Одно хорошо, моя машинка не пострадала. Вселенная, вроде как, ко мне благосклонна. Не считая некоторых недочётов. Очень наглых, хитрых недочётов. - Позвони, скажи, чтобы его увезли в ремонт, - заявляю я, застёгивая ремень безопасности и тот молча принимается набирать нужный номер телефона. Пока блондин трещит по телефону, я пристёгиваю его ремнём, и тот недовольно морщится: - Я не пристёгиваюсь, - капризничает тот, напоминая мне маленького вредного ребёнка, - не удобно. - Плевать, - сухо отрезаю я и он замолкает, - я разбил твой мотоцикл, не хватает ещё бошку твою разбить. - Телефон на заднем сидении снова зазвонил и незнакомец, замечая, что я не могу дотянуться до аппарата, протягивает руку и легко подхватывает его. - Спасибо, - нехотя, я принимаю телефон и нажимаю кнопку «принять вызов», - да, алло. - Какого чёрта? – Минхо крикнул так громко, что блондин удивлённо уставился на меня, а я в свою очередь махнул рукой, давая понять, что всё нормально, - Ты с ума сошёл? Ты где? - Минхо, я попал в аварию! - Что? Врезался в собственную бессовестность? - Саркастично протягивает тот,- как можно врезаться во что-то, когда ты стоишь в пробке? - Я серьёзно, чувак, клянусь, - наконец тот прекратил ворчать и замолчал, - я к херам снёс мотоцикл, который стоял на дороге. Не заметил. Задумался. Я скоро буду, всё объясню. - Ладно, хорошо, - обеспокоенным голосом откликается тот, - Ну ты в порядке, да? Никто там не пострадал? - Нет, к сожалению, - я отключаю вызов, кладу телефон в карман. – Как хоть зовут-то тебя, приятель? - Ньют, - улыбается тот, - А тебя как? - Томас, - отвечаю я. – «Ньют» - довольно странное имя, никогда не встречал никого с таким именем. - Значит, я особенный, - смеётся блондин, словно ничего не произошло, и он разговаривает со старым другом, - если честно, то я тоже не встречал никого с таким именем, кроме себя самого. - Откуда ты взялся, особенный такой-то, а? Ответь мне, Ньют? – Он много улыбается и постоянно смеётся. Меня раздражает каждое его движение, каждый звук, который он издаёт. Чёрт, Томас, почему ты? Почему я просто не мог поехать по тротуару, кого-нибудь славненько переехать и спокойненько сесть в камеру метр на метр, в совершенном одиночестве. - Я паркуюсь на одном и том же месте вот уже третий год, так что это я должен у тебя спрашивать, кто ты такой. Я тебя никогда не видел там. - Третий? – Переспрашиваю я, - Разве можно водить мотоцикл в четырнадцать лет? Я решил срезать дорогу. Срезал на свою голову. - Почему это в четырнадцать? – Улыбается парень и пристально смотрит на меня, - мне двадцать четыре, приятель. - Не ври, - требовательно заявляю я, - зачем прибавлять себе возраст. Говори правду, не торопись взрослеть. - Мне двадцать четыре, - сдержанно повторяет тот. Улыбка испаряется с его лица. Теперь Ньют просто смотрит в окно, - у меня нет привычки вешать лапшу на уши людям, благодаря которым я вынужден ходить пешком. - Вижу я, как ты идёшь пешком. Надо же, не выглядишь на свой возраст. Везунчик. Извини, в таком случае. – Остальное время хотелось просто помолчать, но оставалось выяснять одну важную деталь, - Так куда тебе ехать,Ньют? - Прямо до светофора и там налево. – Принялся объяснять тот, - потом до конца улицы. Я скажу, когда остановить. – Я киваю, продолжая вести машину в тишине. На дорогу ушло минут пять не больше, и я не мог дождаться, когда же этот странный паренёк наконец покинет мой автомобиль. Когда Ньют попросил остановить возле высокого стеклянного здания, я вздохнул с облегчением: - Диктуй, - просит тот, уткнувшись в свой мобильный, - только помедленее, я плохо запоминаю. - Что диктовать? – Не понимаю я, уставившись на парня как баран на новые ворота. - Номер, говорю, давай, - улыбается тот. Снова эта идиотская ухмылка. Усмешка. Смесь издёвки и удовольствия, - быстрее. Ты говорил, что опаздываешь. - А, да, - опомнился я, и принялся диктовать ему цифру за цифрой. Когда Ньют сохранил мой номер в списке контактов, он открыл дверь и выпрыгнул из авто, - стой, а свой! - Я позвоню и узнаешь, - улыбнулся тот и громко хлопнул дверь. Терпеть не могу, когда кто-то хлопает дверью моего автомобиля, если это не я. - Ну и придурок, - фыркаю я и давлю на газ, чтобы смыться отсюда побыстрее. Когда я приехал в офис, народ тут же кинулся расспрашивать меня о моём состоянии здоровья, и когда они убедились, что я в порядке, потребовали подробностей. Пришлось рассказать всё с самого начала: - Интересно, - заключила Тереза, с интересом выслушав историю до конца. Она молчала всё время пока я говорил, в отличии от Минхо, который вставлял свою реплику каждые две минуты, - какой забавный паренёк. - Забавный? – Возмущаюсь я, залпом осушив стакан холодной воды, - Паршивец редкостный, скажу я тебе. Такой самодовольный. - Вот-вот, - подхватил Минхо, хлопнув меня по спине, - паршивец! На его месте должна была быть какая-нибудь сексапильная брюнетка, я прав? – И я издал сдавленный смешок, - но вместо этого, тебе придётся возить какого-то нахала. – Минхо громко рассмеялся, и я окинул друга скептическим взглядом, - что? Дай посмеяться над тобой. Я бы на твоём месте подумывал скрыться из города на какое-то время, отрастить усы и назваться Германом. - Отвали, Минхо. Без тебя тошно. – Я мысленно ещё раз проклял Ньюта, решив, что с этим нужно кончать как можно быстрее. Интересно, мне бы пошли усы? В момент, когда меня посетила эта мысль, телефон известил меня о том, что пришло сообщение. На дисплее высветилось до боли знакомое имя нового друга. Я быстро схватил мобильный и открыл сообщение: «Я всё выяснил, мой мотоцикл будет готов течении двух месяцев. В городе нет таких деталей, которые были в нём. Нужно заказывать. Так что, Томми, такие дела» - Чёрт, - выругался я, со злости кинув телефон на стол, от чего Минхо и Тереза замолкли и вопросительно уставились на меня. - Два месяца, мать его. Ладно, - я безнадёжно выдохнул и встал с дивана. - Ты куда? Забирать своего нового друга? – В голос рассмеялся Минхо, но Тереза аккуратно толкнула его в плечо. Тот замолк. - Пока к Бритт, нужно с ней помириться. А позже решу, что делать. Мне сегодня не до работы. – Я забрал телефон со стола, засунул руки в карманы и поплёлся к выходу из здания. Все таки, я переоценил свою персону в глазах вселенной, и Фортуна просто напросто послала меня подальше, оставив разребать всё свалившееся на меня говно.