Coma baby

      Я продолжал сидеть рядом с твоей больничной койкой, продолжал держать тебя за руку. Врачи накачали тебя успокоительными, так что теперь ты спал, а ужасающие клыки с левой стороны твоего рта не пытались сейчас пропороть человеческую плоть. Они говорят, что спасли тебя, но я знаю, что это ложь: я чувствую, что твой мозг умирает, я чувствую, что ты постепенно всё сильнее обращаешься в Вендиго. Они врут, они говорят, что спасли тебя от безумия в шахтах, но я не верю.       Я больше не узнаю тебя. Я не понимаю, как так получилось; почему они не нашли тебя раньше, почему позволили тебе стать этим. Я не верю им.       Я держу тебя за руку, зная, что завтра тебя переведут в другую больницу, где запрут в комнате, посадят на цепь и будут наблюдать. Я знаю это, но я также знаю, что тебе это будет не страшно, знаю, что ты уже мёртв — ты был таковым ещё с исчезновения Бет и Ханны, но прогрессировать в таких масштабах это начало совсем недавно. Мне жаль, что встречи с психиатром не помогли — мне говорили, что он весьма хорош. Видимо, недостаточно хорош для тебя.       Я знаю, что тебе уже не будет важно, что с тобой происходит, я знаю, что совсем скоро ты окончательно предашься безумству, потому как врачи не знают, возможно ли это излечить. Однако до тех пор я буду навещать тебя и лишь надеюсь, что ты оживёшь, Джош.