Путешествие...

Ксюша не помнила, что было дальше. Она, наверное, уснула. Но когда друзья открыли глаза, то увидели снова стены, перед ними стоял высокий темноволосый мужчина. Он злорадно улыбался. — Вот мы и встретились, доченька, — нагло хмыкнул он. Доун зарыдала. И Мей тоже понурила голосу. Куда-то делся их резкий и смелый пыл. Ксюша тоже задрожала. Мужчина был таким грозным! — Я не хочу умирать! Не убивайте меня! — стала умолять синевласка. — Кто тебя станет слушать? — дерзкий мальчишеский голосок нежно разнесс эти слова на всю комнату. Обаятельный русоволосый парнишка ухмыльнулся даже наглее, чем мужчина, который уже подошёл к Доун, что бы взять её… И убить. — Кенни! — охнула синевласка, — я и забыла какой ты стал! Пожалуйста, помоги мне… — умоляла она. — Не-а! — резко крикнул он, но заметил инвалидную коляску, на который сидела синевласка, Возмущённо повернул голову в сторону, — что с тобой? — Ты виноват, в этом! Это случилось ПОД ОБВАЛОМ! — холодно процедила Ксюша. Но Доун всплеснула руками, словно те зажили за миг. Девушка встала. Казалось, синевласка была поражена ни чуть не меньше, чем её друзья. Она подошла к Адаму и зажмурилась. — Давай, убей меня, — еле слышно, плача, пролепетала она, — если ты злодей, тиран… Если ты бесчувственен. — Я отомщу Джоанне! Я разорву все наши с ней бывшие отношения! А лучшая месть и окончательный с ней разрыв — убить тебя! И пусть страдает! — крикнул он, хватая нож, — сначала я отрежу твои худенькие ручки, потом слабенькие ножки, потом разорву твои внутренности, сожму твоё маленькое сердечко в руках, а затем отрежу твою синеволосую головушку… — ласково улыбнулся он, —, а твои остаточки комната Р отдаст на опыты за приличную суммочку, и кстати, они получат по миллиону, каждый! … от меня! Ведь они доставили тебя живехонькой, а расчленять живое, тёплое тельце так приятно… «Иным словом, он собирается сделать её смерть долгой и мучительной, медленно расчленяя её…» — мрачно подумала Ксюша. Но она была связана! Выходит — жизнь Доун полностью в руках самой синевласки. — А можно я отрежу головушку? — поинтересовался Кенни. — Ты уверен, что готов, сын? — гордо спросил Адам, — ты часто тренировался, но я не думаю, что ты готов отрезать головы так, что бы не испачкать руки, плюс — ты ещё неаккуратно это делаешь! — Я готов, пап, — безумно вскрикнул Кенни, — теперь я буду ждать. Любая бы другая девушка кинулась наутёк, ведь Доун была свободна, она могла убежать. Но она не могла бросить друзей с тираном. — Прощайте, — шепнула она кому-то, но явно не друзьям, — я была уверена, что вы дороги мне… — Что? — сначала Ксюша не поверила ушам своим, но быстро догадалась, что слова посвящены не им. Резко крикнув, синевласка вскочила на отца и выхватила нож, всадив его в сердце мужчины. Дальше все произошло быстро — она накинулась на Кенни и нанесла не сильный удар в плечо. Адам упал навзничь, а Кенни подвинулся и потерял сознание. Из обоих хлестала кровь, заливавшая все вокруг, руки синевласки, пол, одежду. Доун выронила нож в кровавую лужу и отскочила. Она смотрела на корчащиеся тела отца и брата. — Что… Я сделала? — прошептала она, когда отец последний раз дёрнулся и затих. Повисло скорбное молчание, которое прерывало слабое дыхание Кенни и его резкие рывки. «Она… Убила Адама, а Кенни на волоске!» — ошарашенно подумала Ксюша, они с Мей переглянулась испуганными взглядами. Вскоре и Кенни дёрнулся, впав в затишье рядом с отцом. Доун зарыдала навзрыд, кинувшись к холодеющим телам. — Я… Убила их! — вскрикнула она, — как… — Они хотели убить тебя, а ты спаслась… Таким печальным образом, — еле слышно шепнула Ксюша. — Но я не думала, что я так поступлю! — Испуг может стать жуткой яростью, которая приводит к развес последствиям, — холодно, как гром среди ясного неба, раздался голос Мей, но затем он немного повеселел, — знаешь, может освободишь нас? Руки болят, — невесело ухмыльнулась она. — Нет! Вдруг я и вас убью! Я опасна! Я убийца! Меня посадят в тюрьму, повесят, убьют… Лучше бы я дала им покончить со мной… В любом случае я бы умерла, — залепетала синевласка, не вставая с пола, вся она была заляпана в крови, сложно сказать в чей — в крови её брата, её отца, в её самой, или даже… В крови Мей, хотя и Ксюша, и Мей тоже были заляпаны в крови — ведь они не успели помыться… Картина была ужасна, можно на слово поверить. Однако Доун освободила подруг и еле слышно пролетала им на ухо. — Я похороню их рядом с этим местом, а потом вернусь в покецентр. — Тебя не убьют, — вдруг сказала Ксюша, — твой отец киллер в законе, за его убийство премию дают… — А Кенни? — спросила Доун. — Он никакой не киллер. — Выходит, он погиб напрасно? Я убила его… — Не думаю, помните, Адам сказал, что Кенни ещё неаккуратен… И учится? — значит все его «злодеяния» сваливались на Адама — его отца. О Кенни знали, лишь как о координаторе, — ответила Мей, моргнув единственным открытым глазом. — Ты права… Но я верила ему, — еле слышно прошептала Доун.