такие сильные чувства и такая странная любовь.

Я зол. Но почему я уже двадцать минут не могу отойти от двери? Фран так себя измучил, кто бы мог подумать, что он так сильно меня полюбит? Мой милый кохай… так стараешься что-то сделать, неуклюже, постоянно спешишь и не думаешь, поступаешь под действием каких-то порывов, но ведь хочешь добиться хоть капли моей благосклонности. Твои взгляды в мою сторону, полные надежд, когда я прикасаюсь и полные страха и отчаянье, решимости сделать все, лишь бы быть рядом, если я злюсь. Фран, кто бы мог подумать, что ты способен на такие сильные чувства? Что ты способен так отдаваться, даже если тебя не приняли, а когда я тебя принял – отдаваться вдвойне? Фран, ты ведь не выберешься, выдержишь ли ты меня, если я позволю себе чуть-чуть большее? Я не должен давать возможность все вернуть обратно. Но почему я не ухожу? Почему я все еще стою у этой двери? Я нужен этому мальчику. Больше всего на свете. Я сделал шаг. Обратно в номер Франа. Он лежит, кусает губы в кровь, чтобы не издать ни звука. Но слезы по его щекам текут явно не пару минут. Он не слышит меня. Он погружен в темноту, в ту пропасть, в которую я бросил его совсем недавно своим уходом. Я осторожно сел рядом, провел рукой по щечке и, не дожидаясь вопроса – все и так говорят его, полные надежды, глаза, целую. Мягко, еле касаясь. Я отвязываю его, подхватываю на руки и несу к выходу. Любое мое слово сейчас привяжет этого беззащитного маленького мальчика, убитого и полностью скованного своими чувствами еще сильнее ко мне. Поэтому я молчу. Поэтому я кладу его на заднее сиденье машины, блокирую двери (на всякий случай) и везу домой. Он тоже молчит. - Занзас просил тебя найти, - я говорю мягко, понимая, что не эти слова надо произносить. Понимая, что разрываю его сердце сильнее, ведь теперь он считает, что я не хотел его искать. В зеркало заднего вида, я вижу, как его глаза угасают. Неужели он сдастся? Разве не он так пламенно говорил о любви? Стоп. Бел, выключи высокомерие. Он измучен, он пробовал все, что мог. Он старался изо всех сил. Сегодня его сердце разорвалось вновь. Он не может не сдаться, если ему не помочь. – и я сам этого хотел. - Правда?... – какой слабый голос, но в глазах снова появился намек на жизнь. - Да. Я не пошел за тобой сразу лишь из-за гордости. - Спасибо…сенпай… - За что? - Вы нашли меня… я так боялся…и я не знал, что мне делать…я потерялся…в себе…в своих решениях…я отчаялся…я не мог вернуться…я боялся…я себя…мои руки? – Фран уставился на повязки. - Я перевязал тебя, когда ты спал. - Спасибо… Он поник. Отвел взгляд и притих. Что же теперь его тревожит? - Фран? – Он поднял взгляд, стараясь не смотреть мне в глаза. Чего это он? Я остановился у особняка, развернулся и приподнял личико кохая за подбородок, заставляя посмотреть в глаза. – Что тебя тревожит? - Ничего… - Не ври, - я еле успел проконтролировать свой тон, чтобы не напугать Франа резкостью. - Простите… - Ты заставишь меня задать вопрос снова? – я искренне стараюсь говорить мягко, а он сжался и задрожал. Я что, монстр? - Нет…я…не знаю..как теперь..ну..с Вами..это…говорить…ну…как…я… - Я же сказал, что я сейчас жив, значит волноваться не стоит. - Я не про то… - Просто сделаем вид, что ты никуда не уходил, вот и все. Я вышел из машины, достал Франа и понес домой. Он так ослаб, что даже любое движение делает с трудом. И у него жар. Видимо, последствия истерики. Вот блин, еще лечить лягушку. Столько проблем от этих его чувств избыточных. Никогда бы не подумал, что он способен такое испытывать. Я ощутил, как кохай дергает мою кофту. Посмотрел на Франа. - Вы…мою комнату..прошли… - И? – Я не стал дожидаться ответа и принес его в свою. - Спасибо… - Спи, тебе надо восстановить силы. Просто запомни, что все уже хорошо. Мне надо к Занзасу, а ты засыпай. К Занзасу мне не надо. Мне надо к Ску. - Я его принес. - Я видел. - Проблемная лягушка. - Из-за кого, интересно? – иронично. - Прекрати. Я и сам понимаю. Но как мне себя с ним вести? Он же любит, а я – нет, ему же только хуже станет, когда он это осознает. - А ты уверен, что не любишь? Слово на ошейнике говорит об обратном. - Уверен, тогда это был просто странный и глупый порыв. - Любишь, - ответил Ску, но я его уже не слышал. Я шел проверить, как там мой кохай.