Мой капитан

Озорные лучики восходящего солнца стремительно пробивались сквозь щели незадернутых штор, пытаясь достать до сонного Артизи, который нехило оторвался прошлой ночью. Карой будет ему за такой разгул будет: больная голова, ужасный вид и чувство вины перед Клементом. Хотя последнее было спорным. Клемент тихо подошел к окну и закрыл шторы, изолируя солнечный свет, от которого сейчас ворочалось капризное тело в кровати. Непростая для него ночка была. Сначала Артура тошнило, потом он не мог уснуть и пьяно рассказывал несвязные истории, ругался на ломаном русском и рвался стримить. Уснул пару часов назад, с трудом. Иванов чувствовал себя нянькой, к тому же для ребенка, за которого он больше не нес ответственности. Он все еще был другом, но не каждый друг вот так будет сидеть целую ночь с ним, принося попить, ни секунды не поспав, зная, какой сегодня ответственный день. Устало выдохнув, парень присел напротив кровати в удобное кресло и прикрыл глаза, пытаясь расслабиться. Еще темная комната, полная тишина, лишь иногда слышится сопение Бабаева. Снова ворочается. — Клим… — Что такое? Снова плохо? — в голосе звучали нотки заботы, но взгляд Клемента был упрекающим. — Нет, — Артур присел и облизал пересохшие губы, — иди ко мне. Я замерз. — Ты как ребенок, — закатил глаза Пуппей, но послушно присел рядом и крепко обнял его, прижав к себе и накрыв сверху одеялом. Артур насмешливо фыркнул, глядя на забавно насупившегося Пуппея. — Ребенок? — тихо прошептал Артизи, — ребенок бы сделал так? Юноша приблизился к шее капитана, горячо выдохнул и коснулся кожи губами, нежно целуя. Он чувствовал, что от его прикосновений у Клемента захватывало дыхание. Оно стало чуть прерывистее, но глубже. Он пытался держать себя в руках. — Что ты делаешь? — Иванов чуть замер, глухо выдыхая. — У тебя давно не было? — с подозрительной заботой поинтересовался Артизи, — Или ты настолько рад меня видеть? — Замолчи, — кажется, Пуппей покраснел, он попытался встать, но тут же оказался под Артизи. Теперь Артур владел ситуацией, он присел сверху на капитана и толчком в грудь заставил его прилечь. — Доверяй мне, — едва слышно шептал Артизи, спускаясь к губам парня. Он не церемонился с капитаном Секретных — грубо покусывая, он игрался с губами парня, пока не почувствовал, как Иванов перехватывает инициативу. Теперь уже Клемент, чуть привстав, взялся за бедра парня, чуть сжимая их. Отрывисто застонав, Артизи снова оказался на лопатках, а нависающий над ним капитан чуть оскалился. — А вот тебе лучше бы не доверять мне. Пуппей выпрямился, снимая свое худи и футболку. Не отводя взгляда от глаз капитана, Артур также поспешил избавиться от всего лишнего. Полуголый канадец, чуть сжавшись под Клемом, тихо постанывал, пока тот собственнически оставлял засосы на шее, постепенно спускаясь ниже. Губы Клемента были необычайно мягкие, приятные, в какой-то степени податливые. Но использовал он их более грубо. Он покусывал соски юноши, иногда посасывая, в то время, когда его руки уже хозяйски стягивали трусы. Это было последнее, что осталось на канадце из одежды. Иванов отстранился, удовлетворенно поглядывая сверху вниз на голого, возбужденного Артура. Смущенный канадец прикрыл глаза рукой и тихо прошептал: — Чего ты ждешь? Давай же.. — Не так скоро, Бабаев. Мне кажется, ты недостаточно чувствуешь себя виноватым. — Блять, Клим, хватит…войди уже, — измученно стонал юноша, выгибаясь под капитаном. Но Пуппей решил растянуть сладкие муки парня. Смазав свой член слюной, он дразняще провел головкой по анусу парня, делая слегка поступательные движения. Когда он услышал несдержанный стон юноши, самодовольная улыбка озарила его лицо. Но лишь одного стона было мало для капитана. Он желал, чтобы Артизи кричал, извивался, умоляя трахнуть его, будто дешевая шлюха. Какое же наслаждение видеть зазнавшегося Артизи таким: пошлым, умоляющим о том, чтобы его поимели. Ради таких моментов стоит терпеть его закидоны. Эстонец медленно провел пальцами по тугому колечку мышц, чуть грубо ввел сразу два внутрь. Артизи запрокинул голову и приоткрыл рот в немом крике, чуть зажмурившись, он прошипел что-то нечленораздельное. — Что, что? — мягко улыбнулся Пуппей, — ты что-то сказал? — Блядь, Клем, пожалуйста… выеби меня… прошу… пожалуйста, — срываясь на слезный крик, умолял Артур. Вынув пальцы из юноши, Клемент наклонился и тихо прошептав Артуру на ушко, обдавая его жарким дыханием: — Запомни это, Артур Бабаев. Это будет всего один раз. Мне плевать, перед кем ты раздвигаешь ноги, но сегодня…будем считать, что ты был очень пьян. Артизи наслаждался его голосом, даже не пытаясь вникнуть в смысл фраз, что срывались с его губ. Даже тембр его голоса вызывал внутри юноши волны возбуждения. Но он покорно ждал, пока Клим наиграется. — Какой же ты тугой, — шёпот Клемента заставляет керри Злых Гениев поддаваться навстречу и сжимать в руках простынь, комкая ее в кулаке. Ещё пара грубых, рваных толчков и вот уже Клемент наконец входит во всю длину, вырывая из губ Артизи сладкий стон. — Боже, бляять…- выругался Артизи, когда смог наконец выдохнуть. Но новый толчок заставил его замолчать. Клемент двигался уверенно, грубо и порой слишком часто, глубоко проникая в парня, заставляя того кричать и кусать свою руку, приглушая стоны от случайных слушателей Приподняв брюнета, Клемент усадил его верхом и, придерживая за спину, позволил ему выбирать темп самостоятельно. Его губы едва касались теплых губ капитана, он тихо стонал и не отрывался от черных глаз, которые смотрели прямо на него. Никакого стыда, лишь дикое желание, чтобы этот момент длился как можно дольше. Он знал, что Клим может нежнее, но сейчас это было не нужно. Еще немного пьяный Арти требовал грубого, властного Клемента. И он его получил. Отпустив его, Иванов вышел из парня и повернул его спиной, заставив прогнуться. Бабаев был грубо вжат лицом в подушку, а зад его был в полной власти капитана. На этот раз он замедлил темп, но все так же глубоко проникал внутрь, заставляя брюнета глухо постанывать в подушку. Это было самое приятное ощущение за последний месяц. Проснувшееся солнце висело уже достаточно высоко в небе, пробиваясь даже сквозь шторы. Два полуголых тела находились в одной душной комнате. Капитан Секретных встал, застегивая ремень и надевая футболку, пока Артизи наблюдал за ним из-под одеяла. — Знаешь, я бы повторил. — Я знаю, что ты бы повторил. Но нет, лапушка, — Клемент напоследок наклонился и грубо коснулся влажных губ Артура, — удачи в финале. — Угум, — брюнет прилег обратно и проводил взглядом уже скрывающегося за дверью Клемента, — еще увидимся.