Как приручить архимага

За веселье никто не расплатится Но не мучайся, плюнь - разотри Танго Черная каракатица Выжжет все, что у нас внутри

Салазар Слизерин не так чтобы адекватно воспринимал происходящее. Это все походило на очередное видение воспаленного и закоростелого разума. Ему казалось, что он все еще в глубоком трансе сидит окаменевший в некогда любимом подземелье. Но он явственно слышал речь магов, ведущих его по такому изменившемуся Хогвартсу, ощущал узкими ладонями гладкость металлических подсвечников, шероховатость оконных рам, прохладу инея на стеклах. За окнами мерцал зимний день. Солнце перекатилось за полдень, стремясь к заснеженному горизонту. И так хотелось вырваться в наружу, подставить лицо ледяному ветру, да словить пару снежинок ртом, как в далеком детстве. И чтобы ни чешуи, ни хвоста, ни твердой пленки, мешающей видеть на глазах. Но дела не ждали. Реальность набатом била в ушах. Тысяча лет. ТЫСЯЧА. Зачем он прожил так долго? Без семьи. Без друзей. С домом, ставшим совершенно новым и незнакомым. Больше не человек. Острота клыков во рту отвлекала и мужчине было действительно трудно отвечать темноволосому мальчишке, исполнявшему роль своеобразного переводчика. С этим придется решать в первую очередь, изменившийся мир требовал заново выучить язык, историю, что текла бурной рекой пока Салазар спал. Конечно же он останется здесь, в школе, тут даже думать не о чем. Однако где именно? Зеркальные поверхности разнообразных предметов, густо венчавших полки директорского кабинета, отражали действительно жуткую тварь. И ужас ситуации был в том, что это было его собственное отражение. Значит около детей селиться нельзя, ему бы подошла хижина, стоящая поодаль замка. Идеальное место. Но оно занято. И освободить его для химеры, по словам Гарри, не выйдет. Нить размышлений периодически терялась и Слизерин то и дело встряхивал рогатой головой. Длинные пряди темных волос падали на лицо, и он снова и снова смахивал их за плечи. Его волосы не были такими длинными никогда, максимум ниже плеч, чтобы удобно было скручивать в тугой узел, но сейчас доходили до поясницы, и он понятия не имел что с ними делать. Кроме, разве что, мысленно показать язык Хельге с Ровенной, мечтавших о такой шевелюре. Впрочем, волосы были самой незначительной проблемой нового облика. А еще хотелось посидеть на подоконнике. Он видел, как его ученицы, делали так иногда, страдая от неразделенной любви. А у него проблемы больше! Ему тоже, может быть, нужно! Результатом этой затеи, правда, оказалась им самим выбитая оконная рама и слетевший с когтистой ноги сапог. Змееуст немного прошелся к странному полю с трибунами, но быстро передумал и решил залезть обратно. Хотя ему действительно хотелось побродить подольше. Снег приятно холодил ступню и Салазар неуклюже стянул с себя второй сапог, потоптал сугробы немного, загреб когтями свой след и зачем-то нарисовал улыбающуюся рожицу на его месте. Секундой позже основатель снова потерялся в реальности, он, вроде бы карабкался по стене к директорскому кабинету, а очутился снова на земле, где и стоял. Он чуял чей-то страх и активно вертел головой в поисках цели. Но чертова пленка на глазах все размывала, и он разглядел лишь четыре смазанных силуэта вдалеке. К ним и бросился что есть мочи. Честно говоря, понимал, что именно он и вызывает этот ужас, исходящий от всех существ, окружающих его, но принимать этого не хотел. Хотелось, чтобы приняли его. Хотелось, чтобы кто ни будь позволил к себе прикоснуться. Поэтому сцапать брыкающихся мальчишек под мышки и направиться обратно к башне показалось прекрасной идеей. Он был в восторге! Храбрых детей хотелось прижать поближе, обогреть, похвалить да научить нескольким трюкам, давеча занимающих место фаворитов в его собственной коллекции. Салазар Слизерин был горд. Его будущие ученики не бросили друг друга, даже перед лицом такой жуткой твари как он. - Эй, ты, химера! Отпусти нас! – вопил рыжий мальчик и змееуст с трудом понимал сказанное. Судя по интонации, его определенно хотят спровоцировать. – Что тебе надо?! Поставь нас! Поставь! Беловолосый не кричал. Он молча пытался укусить любую доступную часть тела, но доспехи и крепкая чешуя явно препятствовали этому. - Ты же не хочешь сожрать нас? Мы не съедобные, честно-честно! Давай так, ты нас отпустишь, а я стащу тебе целую куриную ножку с кухни? Нет, целую индейку! - Уизли, если ты сейчас не заткнешься, эта тварь начнет трапезу прямо сейчас. И, держу пари, не с меня. И Слизерин, будто интуитивно подгадав момент, чуть удобнее перехватил свою ношу, скользнув когтями по животу рыжего. Это вышло не нарочно, вообще-то, но эффект возымело. Фред побледнел и заткнулся. В груди химеры что-то зарокотало и ритмично захрипело, раздалось шипение. Тут уж не сразу определить, что это смех у него такой, да настолько «не сразу», что ребята всерьез приготовились к смерти. А ему весело, видите ли. Но внезапно всю легкость как рукой сняло, со стороны входа в башню потянуло страхом. Ужасом. Салазар застыл, уставился вперед, силясь разглядеть лица размытых силуэтов впереди. Они явно были настроены враждебно, мужчина шкурой это чувствовал. Они пришли за кровью. Один из них стал поднимать руку с палочкой и Слизерина обдало таким сильным ощущением опасности, что инстинкты сорвались на визг. Защита детей стала необходимостью. Любой ценой. - Бомбарда максима. Основатель среагировал молниеносно, вздернул за шкирки учеников, прижал накрепко к своей груди их головы, обернул хвостом и упал наземь, укрывая их телом, броней и гасящей магию мантией. Только вот ударную волну этой тряпке не погасить. Удар пришелся в сцепку наплечников на хребте, ближе к затылку. Голова волчком мотнулась вниз, сзади захрустело и шею с лицом залило багровым и липким. Оглушило нещадно. Ни звука не уловить, ничего не разглядеть. Только под грудью теплое, живое, не-вре-ди-мо-е. Самое важное. Нужно было срочно встать, да только не вставалось. Снова пахло пеплом, будто пожарище вокруг, снова иней на лице, снова культя на месте руки и сырость подземелий. Снова чертова беспомощность. Снова он поддался гребанной панической атаке. Это же все нереально. Нужно встать. Только бы встать. *** - Эй! Эй, ты! Ну же, поднимись! – Малфой визжал, как девочка, толкал широченную грудь. – Нас убьют сейчас! Бомбарда резанула по ушам с чудовищной силой, в голове все еще звенело. Второго удара хватит чтобы усугубить положение настолько, что они не смогут растолкать химеру. А тогда точно конец. Фаджу было плевать на учеников, Драко понял это ясно. Но в толпе он успел разглядеть серебряную шевелюру отца. Тот явно не ожидал последующих действий министра. - Уизли, буди эту тварь. Я попробую докричаться до отца. - Как я его разбужу, придурок? Он не спит, если не заметил. Он вообще живой? – Фред безуспешно толкнул тяжелое тело и вдруг сообразил, отчего ему так мокро. – Мерлин, сколько крови! Драко! Малфой побледнел сильнее прежнего и стал вопить имя отца, вновь срываясь на девчачий визг. Уизли выдохнул и попытался взять себя в руки. Нужно сдвинуть с себя эту тушу, иначе на них не обратят внимание и закидают градом заклинаний. Обстановку вокруг не разглядеть, змееуст постарался на славу, закрывая их, ни единого уязвимого участка. Закрывал. Он же их спас! - Эй! – дрожащим голосом шепнул рыжий. Он извернулся и чуть сдвинулся, чтобы ухом прижаться аккурат напротив чужого сердца. Послышались гулкие удары. – Приятель, ну же, подъем! Ты должен встать, мы же умрем сейчас! Внезапно раздался еще один взрыв и тело над ними конвульсивно дернулось, сдвинувшись немного вниз, все еще, впрочем, придавливая их, но теперь обзор из-под ключиц основателя был открытым. Слух не прояснялся. Драко выглянул, силясь разглядеть отца, и замер. Отец был в пяти шагах, спиной к ним, держал щит и что-то кричал. Артур Уизли впереди щита бросал заклинания наугад, с трудом отбивал прилетающие, правая его штанина была порвана и в крови, а старое пальто в подпалинах. Отец казался совсем седым. - Фред, там твой… - Я вижу. – Мальчишка всхлипнул и с остервенением завозился в кольцах шипатого хвоста. – Помоги! Они совсем немного смогли приподнять плечи Салазара, подогнули ноги и со всей силы уперлись коленями в мощную грудь. Драко внезапно мотнул головой, поймал укрытые чешуей скулы в ладони, похлопал по ним, добрался до глаз и пальцами разлепил неподатливые веки. Узкие зрачки невидяще уставились на него. - САЛАЗАР СЛИЗЕРИН! Вставайте немедленно! – закричал он, срывая голос. И химера встрепенулась. Дернулась. Мотнула рогатой головой и заревела от боли, вскакивая. Перед глазами все плыло даже сильнее обычного, вокруг нестерпимо воняло кровью, она заливала всю шею, грудь и лицо. Одна из ног оказалась перебитой, хотя он с трудом помнил второй удар. Змееуст уставился в сторону трибун, откуда бежали еще два ученика, директор, черноволосый зельевар и мальчишка-переводчик. Медленно развернулся. Два мага, очевидно, защищавших их, боязливо зыркнули на него, но продолжили держать щит. - Что…что происходит? – Вряд ли они понимали парселтанг, но молчать было невмоготу. – Я не понимаю. Тут же дети. - Эй, будь ты хоть самим Мерлином, но, если из-за тебя пострадает мой сын я сам тебя убью. – Гаркнул маг, весь в подпалинах. – Помоги, черт бы тебя побрал! Помоги! Вокруг все выло от заклинаний, их было так много, что ничего за щитом не было видно, лишь яркие всполохи. Отчаянно хотелось их потушить. Маг подался вперед, хромая пересек границу Протего, ослеплённый вереницей разноцветных вспышек. Все они рассеивались, попадая в него, но некоторые жглись и кололись об броню. Ярость захлестнула с головой, и мужчина сорвался на бег, не жалея перебитой ноги, ран на шее и ослепленного сознания. Глаза выловили чей-то силуэт впереди, и Салазар, не церемонясь вцепился зубами в его глотку, кровь, горячая и пьянящая полилась в горло и человек вскоре затих. Второго он изодрал когтями с головы до пят. Едва ли теперь кто сможет его опознать. Третьего, не церемонясь, проткнул хвостом, четвертого, им же, перерубил надвое. Верхняя часть тела даже успела закричать. Вокруг все стало изъедено зеленью заклинаний, криками о помощи и багровым снегом под когтистыми ступнями. Ему снова бросили то мерзкое заклятие под ноги, и основателя отбросило далеко назад. - Вы мерзкие предатели! Предатели! Вас всех казнят! – захлебывался криком Корнелиус, прячась за немногими живыми сторонниками. Салазар Слизерин оглушительно заревел и бросился на министра. Но Бомбарда раскурочила землю под ногами и сшибла с нетвердых ног, оставив только звон в ушах. - Вы все заплатите! - Корнелиус, это безумие! – Дамблдор со Снейпом пробились через двойное Протего Максима, оставив Поттера с другими детьми позади. – Прекрати это. Давай поговорим. Альбус примирительно выставил руку вперед, вторую, раненую, держа у груди. Они с Северусом спустились слишком поздно. Не успели предотвратить, даже начала битвы не застали. Они ни черта не понимали. - Мне не о чем говорить с предателями! Вы все сдохните, вместе с вашими отпрысками! Вы…вы будете вне закона. Лицо министра раскраснелось, вены на лбу вздулись, придавая ему совершенно безобразный вид. - Уже вне. – Внезапно подал голос Люциус. Он опустил щит. – Вы спятили, Корнелиус. - Да как ты… да вся твоя семейка… - Авада Кедавра. Заклинание слетело с его губ легко, будто светское приветствие или тост, и палочка в холеных руках не дрогнула. Примерный работник Министерства Люциус Малфой пропал, как только под ударом Бомбарды оказался его единственный сын. В гремучей тишине раздался топот убегающих к ближайшему камину министерских. Фадж навсегда приобрел неверие в мертвых глазах. - Люциус! – Снейп с размаху выбил палочку с рук друга, без Экспелеармуса, просто по-маггловски. – Что же ты наделал, Господи. Что ты наделал… - Где Драко, Сев? Где мой сын? Пять трупов у входа в школу смотрелись настолько чужеродно, что его пробил озноб. Даже химера, и та вписывалась лучше. Лежала, раскинувшись звездой на снегу, дышала даже, кажется. Только кровь заливала грязный снег под рогатой головой. - Я тут. Отец, я тут, все в порядке. – Ученики успели подойти, как только все затихло, и Драко, что есть мочи бросился на руки отцу. Тот поднял его, неловко прижал к себе, будто не привык этого делать, но держал крепко, стирал салазарову кровь с чужого лица. – Он спас нас, закрыл собой. - Я видел, Драко, я все видел. Все хорошо, все закончилось. Снейп с Дамблдором молчали, смотрели на трупы, будто надеясь, что те исчезнут. Дети в сторону побоища не глядели, отворачивались и разглядывали украдкой Слизерина. Он лежал на снегу, улыбался непонятно чему и стремительно серел. Фред вздрогнул и опустился на снег, касаясь коленями бока основателя. Больше никто не решился подойти ближе. - Приятель…- он осекся, заметив ошарашенные взгляды друзей. – Ты слышишь? Ты это…вставай. Смотри какая заваруха тут из-за тебя. Ты ж только воскрес. Снова на боковую собрался, что ли? - Мистер Уизли, я не стал бы на вашем месте находится так близко. Отойдите немедленно. – Снейп отмер, только стал чеканить слова сильнее обычного. - Он жизнь мне спас! - Хочу напомнить, что под удар вы попали именно из-за этой твари. - Он тому виной или кто другой, неважно! Слышите? – Рыжий всхлипнул и поднял залитое кровью лицо. – Профессор, мы же ни-ко-гда в безопасности не были. Никто нас защитил бы кроме родных и него. – Он указал на змееуста. Северус не нашелся с ответом, поджал бледные губы и покачал головой, однако же всем стало ясно, что их профессор и сам так думал. Директор, до сих пор разглядывающий побоище внезапно вздрогнул и оглядел основателя. - Оставь его, мой мальчик. – Альбус говорил глухо и прятал взгляд. – Химера должна умереть. Посмотри вокруг, все это сделал он. Его век должен был закончиться тысячелетие назад, то, что он оказался здесь, это жестокая ошибка, за которую нам придется дорого заплатить. - Фредди… директор прав. – старший Уизли сидел прямо на снегу. Ладони его дрожали, а дыхание все еще было сбитым. – Оставь его, пускай… Все идет как должно. Они были детьми, вообще то, но понимали, что к чему. Грехем, доселе хранивший молчание повернулся к Поттеру, и что-то тихо спросил у дрожащего мальчишки. Тот уставился на слизеринца непонимающе, мотнул головой, и едва различимым шепотом ответил. Стоящий рядом Диггори заинтересовано склонился, прислушался шепнул пару фраз Грехему. Фред все еще тормошил химеру. Внезапно рыжего вздернули за шкирку чьи-то руки и отбросили в сугроб позади. - Вингардиум Левиоса. – Седрик эффектно рассек воздух палочкой, но ничего не произошло. – Вингардиум Левиоса! Да что за черт? Заклинание не работало. Парень вспомнил, как министерские заклятия будто не долетали до Салазара, как и чары Макгонаггл. Но он не оставлял попыток. - Левиосо! Локомотор! – Он сердито фыркнул. – Ну же, хоть что ни будь. Левикорпус! - Мистер Диггори. – начал Снейп, но вдруг осекся. Грехем, один из его старшекурсников, сдернул с себя мантию, обмотал ее вокруг израненной шеи змееуста, приподнял его, закинул громадную руку на свои плечи и рывком поднял Слизерина. Но секундой спустя едва не упал навзничь вместе с чужим телом. Основатель был огромным. Насколько слизеринец смог прикинуть, около двух с половиной метров ростом, широченный в плечах, перевитый стальными канатами мышц, абсолютно каменными на ощупь, укрытый чешуйчатой шкурой и костяными наростами, с длиннющими ногами и огромным хвостом, он весил центнера два навскидку. Жесткие черные пряди текуче проскальзывали меж рогов и лезли студенту в глаза, а металлический бронированный нагрудник, весь во вмятинах и гари, больно уперся в макушку. Смех, да и только, рослый слизеринец едва головой достигал груди химеры. Седрик удивительно быстро смекнул и мгновенно оказался по другую сторону громадной туши, повторил действия товарища, помогая восстановить равновесие. Рогатая голова над ними чуть запрокинулась, но мантия не позволяла ей отклониться настолько, чтобы побеспокоить рану на шее. - Какого черта вы делаете? – Северус побагровел лицом, глядя как вскакивает Уизли и обхватывает тварь со спины. – Вы не расслышали того, что вам сказали? Отойдите немедленно, это не просьба. Студенты молча волокли свою ношу в сторону входа в башню, пачкая ботинки в крови и даже не пытаясь перешагнуть через раскиданные по двору внутренности. Ведь один нетвердый шаг, и все потеряют равновесие. Директор смотрел уже не грустно, он приобрел совершенно ошарашенный вид, очки-половинки криво съехали к кончику носа, а перебитая рука конвульсивно сжалась. Он пригладил бороду здоровой рукой и повернулся к Драко, уже стоящему на своих двух возле Люциуса. - А вы что думаете, мистер Малфой? Мистеры Малфои зыркнули друг на друга синхронно и Альбус едва не рассмеялся. Они посмотрели в сторону удаляющейся компании и безмолвно двинулись за ними. - А вы, Поттер? – к его горлу тошнотой подкатывала истерика, за свой почтенный возраст такое состояние накатывало так редко, что он мог пересчитать все случаи на пальцах одной руки. Альбус прекрасно знал ответ, однако желание задать вопрос было иррациональным. Вся его жизнь, все планы катились в тартарары. - Вы всегда были за добро и любовь, так ведь? – Запинаясь и краснея произнес мальчик. – Если мы бросим его умирать, не мы ли будем чудовищами? И побежал вслед за остальными. *** - Уизли, Мордред тебя задери, не тащи его назад, мы сейчас упадем все и добьем его! - Я не тащу, он сам заваливается! Стойте, хвост опять за камень зацепился. Своеобразная процессия из пяти магов и одной химеры уже успела войти в башню и замереть перед лестницей, ведущей в гостинную Гриффиндора. Которая шестью этажами выше, правда. Салазаров хвост оказался действительно большой помехой, шипы на нем то и дело цеплялись за каждый выступ и кому-то приходилось идти сзади и отцеплять. А это было опасно, учитывая, что пятой конечностью основатель с легкостью разрубил человека пополам и эта самая конечность, будто живя отдельной жизнью, все время подергивалась. Люциус сменил хилого хаффлпафца еще на подходе к башне и теперь тихо бранился, упираясь макушкой в подмышку навалившегося на него змееуста. От того пахло пеплом, сыростью подземелий и чем-то острым, неприятно терпким. И чужая длинная мантия все время путалась в ногах. Дети, идущие сзади поддерживали мощную спину, высвобождали хвост и подталкивали ноги бессознательной химеры. А еще были готовы в любой момент разбежаться в разные стороны. Директор и Снейп со старшим Уизли догнали их на втором этаже, запыхавшихся и уставших. - Так быстро сменили решение, а? – язвительно выдохнул старший Малфой. - Нет, пришли посмотреть, как вы затаскиваете эту тушу на шестой этаж. – В тон ему ответил Северус, однако вопреки словам, шикнул на усталого Грехема, отгоняя его и сам занял его место. – Черт, он пахнет… не розами, уж точно. - Дружище, он не мылся тысячу лет, могло быть и хуже. Блондин расхохотался в голос, да так заразно, что даже мрачный зельевар не сдержал усмешки. - А почему тогда его волосы чище, чем у Северуса? Смех стал оглушительным, им даже пришлось остановится, чтобы восстановить равновесие, иначе они просто покатились бы вниз по ступенькам. - Хэй, это защитное зелье вообще то. Попробуй поработать в испарениях, Артур. Не наноси я его на волосы ежедневно, был бы лыс как гоблин. – запыхавшийся и обиженный Снейп выглядел комично, и студенты, боясь его гнева тихо хихикали в ладони. Альбус, баюкающий посиневшую руку закатывал глаза. Детский сад какой-то. На третьем этаже пришлось опять остановится и перевести дух. Они усадили Слизерина на пол, опирая на стену. - Я конечно извиняюсь, но он еще жив вообще? - Откуда мне знать, я не колдомедик. - Эй, Драко, проверь! – Фред кивнул на грудь змееуста. - Что? Почему это я? – Мальчишка важно надулся, но выглядел обеспокоенным. - Потому что я это уже делал. – Младший Уизли выхватил подзатыльник от отца и сдержал желание показать ему язык. – За что? Драко вздрогнул от направленных на него удивленных взглядов, и, напряженно вздохнув, присел возле Слизерина. Тыкнул его в чешуйчатую скулу пару раз, а потом, еще раз вздохнув, наклонился к чужим ребрам и крепко прижался к ним головой. - Драко…- Люциус прикрыл лицо ладонью. - Мистер Малфой, хочу вас расстроить, но вы ничего не услышите. – Снейп вздернул бровь, но уголки его губ дрожали. – Сердце с другой стороны, если хотите знать. Мальчишка злобно зыркнул на взрослых и выглядел при этом абсолютно точно, как маленький хорек. Он не стал обходить массивное тело, а просто сильнее навалился, переползая головой на левую сторону груди. Услышал гулкий, едва различимый стук и расслабившись, кивнул ожидающим магам. Вдруг тело Салазара конвульсивно дернулось и Драко, молниеносно вскочив на ноги, громко завизжал, выпрыгивая верхом на отца. Тот дернулся в сторону, не сумев разминуться с раненым Артуром Уизли на узком лестничном пролете. И рыжий мужчина кубарем скатился вниз на второй этаж. Голубые глаза Альбуса Дамблдора уже болели от количества закатываний. Следующие два этажа прошли без происшествий. Они останавливались и отдыхали на пролетах, менялись местами. До гостиной Гриффиндора тащились через силу. Злые, потные и усталые, скопом ввалились в услужливо открытую Гарри дверь. - Слава Мерлину, наконец то! – Люциус, словно отбросив манеры, бесцеремонно свалился на мягкий коричневый диван, утирая пот с лица чьей-то забытой мантией. – А на кой черт, скажите, мы тащились сюда? - Я шел за тобой вообще то. - И я. - А я не знал куда еще идти. Альбус сполз по стене. - Я не понесу его обратно, идите к Мордредовой матери. – Старший Малфой взрыкнул прикрыл лицо подушкой. - Мистер Малфой, тут дети, сдерживайте свои…порывы. – наконец вмешался Дамблдор. Снейп, коршуном глядевший в стену, сидя в мягком кресле повернул голову к студентам. - Вы что ни будь слышали, господа студенты? - Нет, сэр. – в голос выкрикнули лежащие прямо на полу мальчишки. – Ничего, сэр. - Дрессура… - мечтательно протянул Люциус. Драко улыбнулся и подполз к лежащему на спине основателю. Он был жив, но весь сер и холоден, мантия на шее пропиталась кровью, нога вывернута под неестественным углом, он только сейчас заметил, что та была перебита. Так вот куда угодил второй взрыв. - Ему бы кроветворного. – неуверенно протянул блондин, глядя на профессора. – Он умирает. - Мои запасы зелий в подземелье другого крыла. Я слишком старый для таких издевательств. - И хилый. - Молчал бы, Малфой. Сам помрешь тут сейчас. - Ну хватит препираться вам. – Дамблдор оглядел змееуста и покачал головой. – Северус, переведи дух и иди. Дела и впрямь плохи. Гарри непонимающе вскинулся и встал на ноги. - Простите, директор, но пока профессор будет переводить дух, мистер Слизерин дух испустит. Люциус захохотал и похвалил формулировку. Додумался, надо же, а этот Поттер не так уж плох. - Может мы сходим? – Предложил Диггори. – Больничное крыло ближе, мы можем позаимствовать зелья у мадам Помфри. - И как же вы объяснитесь? Держу пари, ему вот, - Снейп указал на Салазара, - нужно не меньше ведра зелья. И это только кроветворного. Если зелья вообще на него подействуют. - Хотя он живучий если прикинуть. – бросил Артур. – Может и так сойдет? - А если нет, можно я его на ингредиенты заберу? - Северус! - Я просто пошутил. – Пожал плечами зельевар. – Грехем, Малфой, Диггори, живо ко мне в кладовую, тащите все склянки с надписями: «Кроветворное», «Восстанавливающее» и «Костерост». Пароль к двери - «Асфодель». - А я? – Обиженно спросил Гарри. - А вы, мистер Поттер останетесь с нами. Во-первых, если наш любезный основатель неожиданно придет в себя, нам не помешает переводчик, а во-вторых я вам не доверяю. - И огневиски возьмите. – Крикнул вслед троице Малфой-старший и рассмеялся под тяжестью осуждающего взгляда Дамблдора. Салазар Слизерин лежал неподвижно, только широкая грудь едва поднималась от вдохов. Просыпаться, вроде бы, не собирался. Снейп тяжело поднялся с кресла и приблизился к химере, присел рядом и стал искать защелки на нагруднике и наплечниках. Те оказались хитро замаскированы под декоративные элементы и сильно заржавели. Сцепка наплечников же была сплавлена Бомбардой в непонятную массу металла и, что хуже всего, была глубоко в ране, припаянная к позвонку, так что выковыривать ее из раны будет тяжело и долго. Северус задумался. Почти все заклинания не причиняли этой твари никакого вреда, даже Авада, и та, словно рассеивалась, не долетая. Но почему же Бомбарда причинила нанесла такие повреждения? На металле нагрудника можно было разглядеть следы Секо и Инсцендио. О, так значит заклятия не действуют на основателя, если были применены непосредственно на него. Следовательно, угодившая в сцепку наплечников Бомбарда Максима не причинила вреда. Вред причинил удар самого металлического элемента, а также отдача. А что с ногой? Похоже второй взрыв угодил так же не прямо в ногу, а в, допустим, валун или любой камень, что и перебил кость, ускоренный ударной волной. Зельевар опустился ниже и прислушался. Сердце билось ровно, тихо. От громадного тела пахло секретом, который выделяют ядовитые змеи, это было скорее неприятно, чем приятно, особенно в купе с острым запахом крови, пепла и плесени. Он коснулся чешуи на чужом лбу кончиками пальцев. Гладкая, приятная, холодная, как и у всех рептилий, на стыке с волосами превращалась в мелкие темные шипы, переходящие во вполне серьезные костяные рога по мере приближения к височной части. На макушке, рожки были маленькие, но бритвенно-острые, с зазубринами, они едва проглядывались сквозь смоляные волосы. Северус помялся и опасливо зарылся в чужие лохмы. Они были тяжелые, текучие, с проседью около самых крупных рогов на висках. Он спустился пальцами до глаз, прошелся подушечками по безволосым векам, что было странно, учитывая наличие бровей, приподнял верхнюю губу, разглядывая частокол клыков. Предположительно, ядовитых. - Сев, я бы на твоем месте пальцы ему в рот не совал бы. - Я не сую. – отмахнулся мужчина. – Я исследую. Люциус издал нервный смешок. - Гляди, чтобы эта тварь тебе их не оттяпала, исследователь. – Снейп только фыркнул, но отвлекся от лица и стал расстегивать нагрудник. Возиться пришлось долго и маг, резко что-то вспомнив, потер переносицу. - Алохомора. – Защелки с легкостью расцепились, и мужчина просунул руку под салазарову спину, пытаясь приподнять тяжеленное тело. Но вдруг застыл, как есть, на коленях, с прижатой к полу рукой. На него глядели грязно желтые, мутные глаза Салазара Слизерина.