Как становятся антигероями

      С криком: - МААААМ, МЫ ДОЛЖНЫ КУПИТЬ НОВЫЙ НОМЕР!! - Дадли пронесся на кухню, где Петуния доводила до идеальной чистоты кафель на стене. - Поросеночек, новый номер чего? - сладко пропела она, не отрывая взгляда от идеально-голубого квадрата, прежде чем приняться за следующий. - Комиксов! Марвел! - на одном дыхании выпалил Дадли. - Мне понравился выпуск про этого, про одноглазого! Хочу следующий номер. - повелительно завершил он.       Петуния отложила тряпку и чистящее средство, стянула перчатки. Запах, приятный запах чистой кухни. Насладившись им, буквально секунды две, до того как сыночек снова закричит "хочу", женщина пристально взглянула в водянисто-голубые глаза Дадли. - Мне казалось тебе нравится Человек-Паук, - проговорила она. - Да нет же мам! - раздраженно закричал Дадли и тут же заговорил спокойней.- Кейбл. Мне нравится Кейбл, этот силач, он мне нравится! - Кейбл? - Петуния наморщила лоб. Она была далека от комиксов примерно настолько, насколько Дадли был далек от идеальной уборки на кухне. - Он круче чем Человек-Паук! - с щенячьим восторгом пропел Дадли.- Он круче всех! - О! - миссис Дурсль понимающе кивнула. Это действительно многое объясняло. Немедля в магазин! Немедля новые комиксы! Нельзя, чтобы сыночка остался без желаемого. Возможно в устах автора это звучит ехидно, но Петуния Дурсль была самой доброй мамой на свете, и никогда не отказывала своему сыну в таких некалорийных вещах, как комиксы. - Дадли, мы выходим через 10 минут, - радостно проворковала женщина. - Я хочу сейчас! - ввизгнул Дадли. - Да, пожалуй лучше сейчас - Петуния сбросила фартук, резиновые перчатки и, оправив домашнее платье, двинулась к выходу. Дадли едва поспевал за ней.       Если бы соседи Дурслей чаще выглядывали в окно, они бы увидели чудесную картину: Петуния Дурсль, славившаяся верхом приличия, сейчас выглядела достаточно неуместно, мчась по чинной Тисовой улице в голубом платье-халате, украшенном ромашками. Однако, ее походка была тверда, взгляд был суров, казалось она графиня опаздывающая на бал, а не домохозяйка спешащая удовлетворить капризы сыночки, который неуклюже плелся за ней.       За ними из окна их собственного дома наблюдал черноволосый мальчик лет семи.