Когда сбываются мечты. Слепота, цвета любви

Еще шепот, ласки. Поттер чувствовал прикосновения мужчин, желание становилось общим. Поцелуи в ладонь молодого мага, взаимные поцелуи Северуса и Люциуса. " Вот бы потом посмотреть, как они…" О этих мыслей стало еще теснее в брюках, Гарри вздохнул — Люциус провел пальцем по эрекции, Северус плотнее прижался сзади. — Я хочу сам… Сам вас раздеть… Изящные чуткие пальцы художника безошибочно находили пуговицы, расстегивали рубашки, отделанные кружевом на манжетах. Дыхание развалившихся на диване магов, движения Гарри, прижимающегося, ласкающегося, так собственнически оглаживающего теплую кожу мужчин. И образы и движения почти на ощупь, но в этом была своя пикантная острота. Звуки молний на расстегиваемых брюках, шорох ткани… Краски складывались в узоры, узоры распадались, вновь сливались… Мерцание голубовато-прозрачного, большие очаги бархатно-глубокой синевы, крупные всполохи сильной концентрации магии, ледяная белизна, вихрь и снова покой. "Люциус. Это Люциус»". Теперь фиолетовый бархат, крутящиеся завихрения салатовых вкраплений, такая же сильная магическая аура, но чуть более спокойная, словно, укрощенная владельцем. "А это Северус". И уже обнаженные тела соприкасались, потирались. И постанывающий Гарри уже безошибочно знал, чьи пальцы слегка оттягивают его возбужденные горошины сосков, скользят ниже. Знал, чьи ладони проводят по спине, поднимаются выше. Поттер чувствовал, «видел». «Видел» красками, запахами, расплывчатыми образами. Возбуждение текло по венам, трое, как единое целое… Мужские пальцы погружающиеся в анальное отверстие разметавшегося, максимально открытого парня, зажмуренные от удовольствия зеленые глаза, извивающееся гибкое тело… Желание пульсировало в паху, в мошонке. Поттеровские руки, зарывающиеся в гриву платины, поттеровские ладони, опирающиеся на грудь Северуса. Вобрать в рот соски, покружить по ареолам, вместе с Люциусом дразнить, терзать темноволосого мага, срывающегося на низкие стоны, видеть, как фиолетовая бархатистость перетекает, плавится, от возбуждения становясь черной. Ниже, ниже … Интимный запах Северуса, вкус Северуса. Мужские вдохи — выдохи, томные полустоны парня… Слияние губ Гарри и Люциуса, их пальцы ласкающие себя, ласкающие Северуса. Заведенный, распаленный Поттер дразняще-игриво обводил подушечками пальцев набухшие венки на члене Снейпа, невесомо дотрагивался, уже удлиняющимся, языком до тяжелой мошонки, понимая, как на него сейчас смотрят маги. Да, вот так… Гарри теперь подбирался к платиновому красавцу, изгибаясь, притираясь. Вдвоем подмять под себя, заставить томно постанывать, четыре руки, два языка… И видеть, как ледяные сияющие «снежинки» внутреннего мира Малфоя будто текут, расплываются, превращаются в теплые струйки… Вкус, пряноватый запах, влажная головка члена Люциуса трущаяся о небо Гарри, мошонка приподнимаемая языком Северуса. Они жадно пропускали белоснежную гриву сквозь пальцы, они выпивали стоны купающегося в неге Люциуса. Мужчины сгорали от нетерпения. Взять, наполнить собой… Разложенный на столе, обцелованный Гарри уже жадно принимал в себя пальцы. Они были везде — во рту, в анальном отверстии — маги трахали, маги нежили. Люциус смотрел, как под его пальцами все шире и шире растягивается желанная дырочка Гарри. Северус смотрел, как ниточка слюны вульгарно-притягательно тянется от покрасневших немного пухлых поттеровских губ. Тянется за его пальцами, тянется и тут же лопается… — Ааааххх… ближеее… — выстанывал подающийся навстречу ласкам Поттер. И вкус предсеменной жидкости Северуса и Люциуса так явственно ощущался на корне языка. Гарри, с причмокиваниями и влажными звуками посасывания вбирал в рот налитые пенисы партнеров, кружил языком по бархатистым головкам… Возбужденные маги по очереди погружались в подставленное влажное отверстие, не отрывая взгляда и тяжело дыша, наблюдали как их Гарри с гибкостью рептилии невероятно прогибается в пояснице, неосознанно оттопыривая округлые заманчивые половинки ягодиц. Смотрели, как истекает смазкой беззащитно открытая темно-розовая головка прижатого к животу члена, смотрели, как магическая аура их мальчика, пока еще такая неукротимая, неопытная, тянется к их аурам, ластится, дразняще-игриво, чарующе-красиво переливается изумрудно-золотистыми красками… И румянец разлитый по скулам Гарри, его подрагивающие бедра, чувственные вздохи… И не было сил больше сдерживаться. Гарри не успел охнуть, как его ловко перенесли на диван, поставили в коленно-локтевую позу. Поттер довольно вздохнул и похабно вильнул попой, заставляя магов рыкнуть от вожделения. Капельки пота на висках, смазанные пальцы в анальном отверстии, оглаживание тонких стеночек, несильный толчок в глубину. — Хочу… еще…— полушипение-стон Гарри подающегося назад и жадно насаживающего на пальцы Северуса. Еще и еще… Гарри раздувал ноздри, вцеплялся в бедра Люциуса, пристраивающегося к губам Поттера. Гарри ощущал аромат возбуждения своих мужчин. Свежий запах пота дурманил мозг, их руки, прикосновения. Вожделение уже «иглами» покалывало разгоряченную кожу троих и казалось, что обжигающая лава с шипением бежит по венам. Прикосновение к простате заставляло Гарри взвизгивать, довольно жмуриться и требовательно просить еще. Глубже, ближе… Вытащив пальцы и несколько раз похлопав членом по открытой промежности, Северус одним плавным движением, прикрыв от удовольствия глаза, погрузился в жаркое нутро. Движение малфоевских бедер — Люциус толкнулся между поттеровских губ…Гарри ощущал себя заполненным по «самые яйца» и спереди и сзади, Гарри жадно принимал в себя толстые, налитые члены. Вперед-назад, вперед-назад… Наслаждение затопляло. Люциус и Северус входили толчками, входили чередуя фрикции… Мошонка Северуса хлопала по промежности Гарри, член Люциуса терся о небо Гарри, помечая, заполняя до отказа. Молодой маг дышал через нос, утробно постанывал. Они все двигались в такт, так слаженно, так сексуально-пошло. Уже взвинченные предварительными ласками, они срывались в пропасть оргазма. Удовольствие разливалось по конечностям, пульсировало в паху, обдавало нестерпимым жаром, скручивало мышцы живота. Еще несколько толчков… Стоны, протяжные, хрипловатые, надрывные. И семя, выплескивающееся из маленького отверстия уретры, семя заливающее анальное отверстие Гарри, заливающее рот Гарри. Весь залитый спермой, взмокший, но невероятно довольный Гарри растянулся на диване. — Хочешь поплавать? Это так приятно после секса, — томно мурлыкнул уже отдышавшийся после оргазма Люциус. — Ммм… Мне кажется у меня нет сил. И хочется и … — А мы будем тебя придерживать. Не беспокойся, — Северус оставил поцелуй на поттеровском плече. — Давай, иди ко мне. И Поттер почувствовал, как его куда-то несут. — Вот мы и на месте. Неизвестное помещение, расплывчатые силуэты колонн, приятный запах благовоний.. Гарри осторожно погрузился в теплую воду бассейна. Поддерживаемый с двух сторон, Поттер удовлетворенно отметил, что вода сейчас оказывает на него действительно какое-то легкое тонизирующее действие. Разные по размеру, вызванные заклинанием, переливающиеся всеми цветами радуги пузырьки щекотали, оглаживали кожу, тихонько касались тел магов, а потом лопались с едва слышным хлопком. — Нравится? Гарри покивал головой: — Еще бы… Передав Люциусу молодого человека, Снейп глубоко нырнул и поплыл к противоположной стороне бассейна. — Где, где он? Здесь очень глубоко? — Не волнуйся, мы прекрасно чувствуем себя под водой. Конечно не продолжительно долго, но вполне достаточно. Иногда это свойство бывает нам очень полезно, — немного туманно сказал Малфой. Теперь Люциус, перепоручив Гарри Северусу, погрузился в воду и гибкой рептилией поплыл в глубине. — Я тоже так смогу? — Гарри все было очень интересно. Все вокруг было таким новым, захватывающим. — Конечно, — отфыркиваясь и разбрызгивая капли, Люциус уже вынырнул на поверхность и они вместе с партнером снова бережно придерживали Гарри, имитируя медленное плавание. — Иди сюда. Сейчас мы тебе вымоем волосы, тело, — бархатно шепнул Люциус. Гарри почувствовал, как под ногами появилась какая-то твердая поверхность. — Не бойся. Расслабься, — сказал Северус, дотрагиваясь до кожи молодого мага. Малфой аккуратно намыливал поттеровскую шевелюру ароматной пеной. Гарри, тихо постанывая от накатывающего удовольствия и обнимая Северуса руками, теперь находился по пояс в воде. Мыли так приятно, так чувственно. Деликатные прикосновения рук Люциуса, его белоснежные волосы, тяжело ниспадающие по широким плечам, дыхание Северуса. Ладонь темноволосого мага нежно поглаживала спину, палец скользнул в межъягодичную ямку… Тепло в паху, томление - Гарри охнул и смущенно завозился, понимая, что член вновь наливается возбуждением. Магические заклинания, убирающие пену, меняющие мыльную воду на свежую, поцелуй в губы, поцелуй в шею, ключицы… — Держись вот здесь, — шепнули на ухо. Поттер крепко ухватился руками за появившиеся опоры, снова охнул и прикрыл веки — всплеск воды, маги синхронно нырнули… Два сильных тела, умелые губы — Гарри запрокинул голову, отдаваясь искусным ласкам и неосознанно приоткрыл рот, выпуская рвущийся наружу вздох полный блаженства. Ночь мягким покрывалом опустилась на землю. Гарри тихо всхлипнул во сне… — Запах духов, сладкий, тонкие пальцы… Северус и Люциус мгновенно проснулись и успокаивающе погладили парня. А Гарри уже невнятно что-то пробормотал, перевернулся на другой бок и снова крепко уснул. — Слышал? — Да. Альбус Дамблдор, убедившись, что наложенные на кабинет охранные чары крепки, опустился в кресло и прикрыл веки. Дыхание седовласого директора стало реже… Люциус и Северус, переместившись в малую гостиную и разместившись в удобных креслах, одновременно закрыли глаза, погружаясь в состояние на подобии транса… Трое стояли в мерцающей дымке. Рука Снейпа лежала на эфесе шпаги, легкое дуновение ветра едва колыхало полы черной накидки. Матовый блеск серебристой накидки Малфоя, холеные, но сильные пальцы сжимающие трость. Трость, скрывающую смертоносное оружие. Высокая фигура Альбуса Дамблдора, приглушенный шепот мужчин. — Изменений пока нет, тварь затаилась, но в любой момент… Доноры могут понадобится в любой момент… — Есть вероятность, что замешана женщина. Но это лишь вероятность… — Различающий и Видящий вступает в силу. Скоро, уже совсем скоро… Матрас прогнулся под тяжестью двух тел. Гарри приоткрыл один глаз. — Где вы были? — послышалось сонное. — Почему ты не спишшшьь…? Все в порядке? — тихое шипение-вопрос. — Угу. Только жарко стало, очень. И вся кожа, словно, горит опять. Я хочу… Магическое заклинание — свет залил комнату. Он был одновременно и мягкий и яркий, позволяющий отчетливо видеть все происходящее в спальне. Гарри провокационно изогнулся, вздох, взгляд из-под опущенных ресниц. — Ахррр, Гарриии…, — голос Люциуса с хрипотцой. — Такой сладкий, ненасытный… И наш, только нашшшш… — низкий обволакивающий голос Северуса. Было немного стыдливо-неловко, но Гарри ничего не мог поделать с этим желанием вновь чувствовать в себе своих возлюбленных, вновь раствориться в них, ощущать их восхищение, купаться в их любви. — Не надо себя стесняться, мой дорогой… — словно отгоняя последние стыдливые сомнения. — Идите ко мне, хочу вас, прямо сейчас… — облизнув пересохшие губы выдохнул молодой маг, призывно раскидывая руки. И удовлетворенное порыкивание мужчин готовых брать и отдавать. Отдавать все без остатка своему любимому мальчику. И стон Гарри, чувствующего, как его властно пригвоздили к постели. Сейчас все ему, только ему… Их Гарри, их молодому охотнику. Поттер покорно замер в мужских объятиях, подчиняясь, плавясь от силы исходящей от магов. Поттер вдыхал чуть хищный запах, Поттер нежился, ощущая как Северус и Люциус ведут носами по груди, шее, вдыхая аромат «раскаленной» кожи, вдыхая аромат юности с едва уловимыми нотками пробуждения сущности. Сущности, которая со временем будет укрощена, направлена в нужное русло своим хозяином и его старшими наставниками и мужьями. Ласки были жесткими, ласки были невесомыми. Гарри зажмурился и прогнулся сильнее навстречу длинным раздвоенным языкам магов. Магические ауры сливались, переливаясь новыми красками. Они словно перетекали друг в друга, дополняли, наполняли… Так сексуально-пошло, подводя к грани. Соски пощипывали, обводили по ареолам, втягивали губами, заставляя парня постанывать громче, заставляя кровь приливать к возбужденным горошинам. Таким сейчас припухшим от непрерывного терзания губами и языками. Теперь ниже, по животу, оставляя засосы на светлой коже, ниже… Там, где промежность нежна, там где небольшие паховые волоски, словно, темно-шоколадное лакомство, призывающее провести языком, губами, чтобы ощутить эту мягкость, шелковистость. Гарри немного стеснялся, что у него так мало волос на теле. Это было так необычно, но всегда очень нравилось партнерам. И это сводило с ума Северуса и Люциуса, которые уже терлись о поттеровский пах. Гарри глухо застонал и прикрыл рот ладонью — ноги раскинули шире, дыхание, сладостная пытка: медленно, неспешно Люциус обсасывал каждое яичко, несильно оттягивая кожицу. С ленивой медлительностью Северус посасывал эрегированный член молодого мага, умело оттягивал зубами крайнюю плоть, похлопывал языком по уздечке… Гарри изнемогал, Гарри беспомощно метался, сдерживаемый невидимыми наложенными путами. Краска возбуждения заливала грудную клетку, которая уже тяжело вздымалась, краска пылала на щеках, на шее. Потер взвыл и сильнее сжал кулаки — мучители уже ласкали анальное отверстие, потирали его, слегка надавливали. Капля предсеменной жидкости, выступившая из дырочки уретры, максимально раскинутые длинные ноги, которые ласкали с неменьшим обожанием. Провести языком по внутренней стороне бедра, мазнуть по гениталиям, услышать надрывный стон-всхлип. Гарри дрожал мелкой дрожью, чувствуя, как тело покрывается сотней мурашек. Люциус еще раз приподнял гибким и сильным языком мошонку… Пошлый стон Гарри, сокращение мышц бедер, живота… — Я сейчас… Не могу больше… Но мужчины уже ловко пережали поттеровский член и перевернули парня на живот. Так удобно, так глубоко, открыто… Гарри стоял на четвереньках, изнывая от новых ласк. Анальное отверстие вылизывали, обильно смачивая слюной чувствительную кожу. Толчок, Гарри вскрикнул — гибкий язык проник внутрь… — О, Господи… Ближее… Языком трахали, языком оглаживали тонкие стеночки и снова проникали, как можно дальше, чтобы дотронуться до бугорка простаты. Гарри мотал головой, Гарри прогибался в пояснице, захлебываясь восторженными возгласами. И уже Северус припал к вожделенной поттеровской дырочке, чтобы также смаковать вкус парня. И все трое горели, пылали огнем страсти. Поттера вновь перевернули, и Гарри почувствовал, как его растягивают, раскрывают. Так бережно, но невероятно широко. — Ложись, вот так… Властно, но аккуратно Северус уже натягивал забалдевшего Гарри на свой смазанный эрегированный член. Гарри теперь лежал на Снейпе, спиной ощущая жар кожи, исходящий от мага. Мягкий толчок, раздвинутые ноги… Тяжело дыша Люциус наблюдал, как натягивается кожица вокруг ствола Северуса, как он скользит, проникает, как мошонка подпрыгивает при каждом толчке… И сладостные стоны Поттера от рук, губ Люциуса, продолжающего ласкать, сминать там, где это нужно. Трогать и снова сминать, так чтобы Северус и Гарри одновременно сорвались на тягучий стон. Прикосновение к Северусу, прикосновение к Гарри, поцелуи горячей кожи живота, размазывание прозрачной капли по чувствительной головке... — Хочу.. хочу сразу, вместе… — срывающимся голосом выстонал Гарри. Поттер чувствовал скользкие пальцы блондина раскрывающие шире, еще шире. Так осторожно, бережно… И тело отзывалось, тело плавилось под коктейлем гормональной бури, под изменениями, охватывающими каждую клеточку. Изменениями дающими гибкость, большее растяжение тканей. Люциус навис над Северусом, продолжающим потрахивать разомлевшего парня. Затуманенные, почти черные глаза, прерывистое дыхание… Приставив побагровевшую от прилива крови головку Малфой осторожно надавил, толчок, еще толчок. Гарри вскрикнул и обмяк, окончательно потерявшись в реальности. Закусив от напряжения губу, Люциус короткими фрикциями продолжал растягивать Гарри. Наконец, когда его член начал двигаться более свободно, Малфой отпустил себя. Гарри уже срывался на крик, ощущая невероятное, крышесносное распирание ануса. Постепенно амплитуда нарастала, движение членов в нем становились все сильнее… И казалось, что они втроем сгорают в жерле вулкана. Еще, еще… Чтобы погасить это пламя, чтобы сорваться в бездну наслаждения. Члены Люциуса и Северуса потирались, соприкасались влажными головками в горячем раскрытом анусе молодого мага. Гарри уже подвывал от ощущения движения стволов, от точных попаданий по простате, от обжигающего, хриплого дыхания возлюбленных, продолжающих врываться в его тело. Оргазм накрывал, мошонки поджимались, наслаждение, как прибой омывало позвоночник, пах, поднималось к затылку каждого. Белоснежные волосы скользили по спине в такт движениям, смоляные волосы разметались по простыне. Немного встрепанная шевелюра Гарри, капельки пота, проступившие сквозь поры, запах секса, запах страсти… Все трое были одним целым, все трое дышали в унисон. Их стоны переплетались в раскаленном воздухе спальни. В головах взрывались фейерверки от ощущения тесного плена анальных стеночек, от узкости, от податливости распластанного между ними тела, от смазанных поцелуев мужчин, от их силы, от фрикций, уводящих за грань реальности. Каждый из них чувствовал остальных, они выпивали стоны-вздохи друг друга. Гарри замер, чувствуя приближение анального оргазма. Еще несколько толчков, мужской стон-рык… И Гарри закричал, сжимая мышцы. В ушах зашумело, спазм, еще спазм… Сперма выплеснулась на живот, сперма заливала анус… Северус и Люциус кончали громко, крепко сдерживая бьющегося между ними Гарри. Гарри, раскинувшись на простынях, ощущал бережные прикосновения пальцев Люциуса и Северуса к своему немного припухшему анусу. Успокаивающе поглаживая вспотевшую кожу возлюбленного, маги смотрели, как их сперма медленной струйкой вытекает из растраханной дырочки. Поцелуи на бедрах, поцелуи на груди, шее. Чувственные поцелуи в губы… Пальцы запущенные в волосы и заставляющие Гарри довольно и сыто заурчать. Расслабленная истома охватывала все тело, было очень сонно. И последнее, что запомнил, проваливающийся в объятия Морфея Гарри Поттер — поцелуи-ласки на запястье и нежные объятия, убаюкивающе шипящих магов. _____________________________ P.S. Продолжение следует