Обретая человечность

PoV Кларк. Мир, чёртов мир. Мне хочется произнести это слово вслух, что бы распробовать. Я сижу на вышке, вдыхаю, свежий воздух полной грудью, смотрю на своих, живых, друзей. На Маркуса, что наконец-то объяснился в своих чувствах маме. На Джаспера и Майю, которая пока ходит в защитном , но я верю, что в скором времени, мы сможем разработать вакцину. На Октавию, что освежевала тушки кроликов, она простила меня за случившиеся в Тондисе. Люди счастливы и живы. И всем этим мы обязаны Лексе. Нужно её отблагодарить. Спускаюсь с вышки. Две недели прошло после победы над Горными людьми и Октавия учила меня ставить ловушки на кроликов. - Кларк, ты куда? - Беллами, я иду в Тондис к Лексе. – я улыбаюсь парню, в последнее время мы с ним очень сблизились. - Зачем? – он пошёл за мной за ворота лагеря. - Я хочу отблагодарить её вкусным ужином из кролика. - Кларк… - Что?! Представь, как она обрадуется моему визиту. Тем более уже прошло две недели, а я к ней ещё ни разу не зашла. - Это свидание? – парень слегка улыбнулся. - Что?! - Ну, вы же целова…. - Тише ты. – закрываю ему руками рот. – Я тебе по секрету рассказала. Его язык коснулся моих пальцев, от чего я покраснела, и отдёрнула руки. Его рука легла на мою талию. - Белл… - Ммм… - парень наклонился к моим губам. - Прости мне идти надо. – заикаясь, промямлила я, вырываясь из его цепких рук. Я быстрым шагом направилась вглубь леса. Сердце стучит, как бешеное, руки начали трястись. Беллами с конца войны проявляет ко мне сильный интерес, а его методы… уфф…. Он знает, что у меня давно никого не было и нагло пользуется этим, мне даже это нравится, нравится чувствовать рядом горячее тело, но я не знаю, хочу ли быть с ним. Чёрт, я так задумалась, что не заметила, как забрела вглубь леса. PoV Лекса. Почти две недели боли, рука начинает неправильно срастаться из-за невозможности зафиксировать кость. Всё тело, а особенно рёбра, разрывает адской болью при малейшем движении и напряжении мышц. В первый день я не дошла до пещеры, потеряла сознание от боли, и только к концу второго дня прибыла на место. Я была несказанно рада, что в своё время немного обустроила пещеру для жизни. Набросала в угол шкур, подготовила место рядом для костра, припрятала немного орехов. В первый день на новом месте, я не раздеваясь, залезла в холодную реку, что бы хоть как-то облегчить боль, и смыть кровь. Собирала красные водоросли, прикладывала их к ранам, но это не помогало остановить заражение. Клеймо покрылось неприятной корочкой, которую так и хотелось оторвать, но боль не позволяла. Голова болела адски, в глазах всё начинало плыть от боли и меня тошнило. Питалась я всё это время через раз, ведь в таком состояние заниматься охотой не получалось. Руки тряслись слишком сильно, что я даже не могла собрать ловушку для кроликов, а пища была слишком ценная, чтобы использовать её, как приманку для более крупных животных. К тому же я не уверена, что смогла бы отнести тушу к пещере. С каждым днём я чувствую, как силы покидают меня, а боль становится всё привычнее. Но не было и дня, чтобы я не думала о Кларк, о моей Небесной принцессе. О той ради счастья, которой я предала свой народ и оказалось в таком положение. Я сдаюсь, сил нет, как и желания бороться за жизнь дальше. Чёрт! На глазах появляются слёзы обиды и отвращения к себе. Я всегда верила, что погибну, как воин, как Лидер, в бою за свой народ. Но я погибаю, как предатель с клеймом на теле. Нет, нет, я погибаю не как лидер, а как человек, простой человек, что предпочёл сердце разуму. Я лежу на траве и плачу от безысходности, пока тёплые руки не касаются моего лица. Размытый силуэт навис надо мною. - Надеюсь, ты пришёл меня убить. Говорю тихо, стеная от боли. Только руки этого человека дарят тепло и забирают боль. Образ, всё такой же, нечёткий, но я вижу и чувствую, как белые волосы щекотят моё лицо. И её голос, он приятный, бархатный, такой нежный. Но я не понимаю, что она говорит. И я почему-то уверена, что это именно «она». – Ты ангел? Точно ангел. Слеза скатывается по щеке. Чёрт, в глазах совсем темно. PoV Кларк. Боже, кто мог такое сделать с ней? Почему её людей не было рядом, почему не было следов борьбы? Господи, неужели она сама до туда дошла? Я сидела рядом с ней на кушетке в больничном крыле ковчега. Спасибо Линкольну, он забеспокоился, что меня долго не было, и нашёл меня по следам. Если бы не он, Лекса умерла бы. - Ммхх… - Эй, тише, тише. – ласково провожу рукой по волосам Лексы, другой же увлажняю её лицо и шею мокрой тряпкой. – Тише. На Лексе надеты больничные штаны, а всё её тело перебинтовано, руку пришлось ломать заново, вправлять челюсть, фиксировать рёбра. Очищать раны от гноя и инфекций. У неё вторая степень сотрясение мозга и я не понимаю, как она с внутренним кровотечением смогла так долго продержаться. - Кларк. - Мама, когда она придёт в сознание? - Сегодня вечером её нужно будет разбудить и накормить. Сейчас ей нужно спать, она долго голодала и истекала кровью. Через пару дней будет в полном сознании. Но ходить ни в коем случае нельзя, пусть лежит. - Что за зверь сделал с ней такое? - Не знаю, я поставила капельницу с глюкозой, чтобы поддерживать её. Но мне не нравится метка на её ребрах, что это месть? Ледяные? - Кха… - Лекса! Мама, сделай, так что бы ей не было больно. - Кларк… - Мам, она же мучается! - Хорошо, я в колю ей немного морфия. – после укола Лекса немного успокаивается, и её стоны становятся тише. - Иди, поспи, ты боролась за её жизнь всю ночь, я посижу с ней. - Кларк, тебе тоже нужен сон. - Я не смогу уснуть пока она здесь. Мама ушла, но перед этим я попросила её оставить мне шприц с морфием, на случай, если Лексе станет снова очень больно. =================================================== - Лекса. – шепчу её имя на ухо. – Лекса. Её глаза открываются, она щурится ведь лампы горят слишком ярко. Девушка инстинктивно хочет прикрыться от яркого света, только гипс и сильная боль не позволяют ей сделать этого. - Кхаа… - Нет, Лекса, тише, лежи. – делаю ей укол морфия. – Сейчас будет не так больно. Она немного двигает челюстью, проверяя, не больно ли будет ей говорить. - Что я здесь делаю? - Я нашла тебя в лесу. Почему ты была там одна? Кто это сделал с тобой? Где были твои войны? – набросилась я на девушку с вопросами. - Кларк. – Лекса не говорит, она хрипит, много кашляет и жмурится от боли. - Я чуть с ума не сошла, увидев тебя такой. – ладонь нежно касается её щеки. – Тебе нужно поесть, после я сменю твои бинты. – нажимаю на кнопку, и её кровать немного приподнимается. Ставлю поднос с едой перед ней, замечая голодный блеск в глазах. – Как давно ты голодаешь? - Около двух недель, я ела через раз. – Лекса устраивается поудобнее. – Кларк, я не думаю, что смогу. - Я сама буду тебя кормить. - Не нужно. – глаза Лексы наполняются серьёзностью. - Ты не сможешь поесть сама. - Я не слабая. - Лекса. – протягиваю к её губам небольшой кусочек мяса. – Я не говорю, что ты слабая, я лишь хочу сказать что… - Я поняла. Её язык касается кончиков моих пальцев. Это действие вызвало столько эмоций во мне, что я покраснела и Лекса это заметила. Землянка быстро пережёвывает пищу и удовлетворенно стонет от её вкуса. Она постоянно касается языком моих пальцев, господи, это было так приятно, так щекотно, так возбуждающе. - Ещё. – Лекса попыталась заглянуть в свою тарелку. - Ты всё съела. Завтра я принесу тебе ещё, а сейчас мне нужно сменить бинты, а потом ты должна поспать, твой организм пока слаб. Лекса потянулась своей здоровой рукой к моей, хватаясь за неё. Она провела своим языком по всей длине моих пальцев, слизывая остатки сока от мяса. - Лекс… - Мм…? Она так невинно взглянула на меня, словно это не она сейчас вытворяет немыслимые движения своим языком. Лекса причмокивала, стонала, смотрела на меня из-под опущенных ресниц. Внизу живота всё загорелось, появилось непреодолимое желание потрогать себя, а ещё больше, чтобы она потрогала меня. Всё время я елозила на краю кровати, и боролась с желанием простонать в ответ. Я убрала руку сразу же, как она выпустила пальцы из своего горячего, влажного плена с острыми зубами. - Теперь всё съела. – наглая ухмылка расползлась по её лицу. Я смотрела на её губы широко раскрытыми глазами. – Бинты, Кларк. PoV Лекса. Я стараюсь стонать, как можно меньше и тише, когда руки Кларк освобождали моё тело от бинтов. Мне было даже немного неловко, что она увидит мой торс обнажённым. Но больше меня пугало, что она снова начнёт задавать вопросы. Кларк промывает мои раны прохладной водой и настойкой из трав, из-за чего в комнате стоит приятный, сладкий аромат. Она старается смотреть только в мои глаза, а когда они опускаются ниже, её лицо заливается краской. - Кха… - тихо шиплю сквозь зубы, когда Кларк касается клейма на рёбрах. - Тебе очень больно? Может, вколоть морфий? – девушка отдёргивает руку от ранения. - Я не знаю, что это, Кларк. – снова шиплю. - Он притупит боль. - Не надо. Если мне не будет больно, если я вылечусь, то тебе не придётся больше сидеть со мной. И я уйду, мне нечего делать среди твоих людей. - Хорошо, сейчас я намажу тебя специальной мазью, она ускорит заживление. - Ммм… - удовлетворенно выдыхаю, когда твои холодные пальцы касаются моего тела, растирая мазь. - Кто это сделал? – я пропускаю вопрос мимо ушей. – Кто? – шумно втягиваю носом воздух, когда чувствую прикосновения к рёбрам, а после к животу. – Почему ты молчишь?! Почему не отвечаешь?! – ты так резко поднимаешься со своего места, что у меня в глазах темнеет. – Какого чёрта ты делала одна две недели в пещере вся избитая?! Кто тебя клеймил?! - Кларк, потом поговорим. – мой голос звучит грубо. - Хватит включать режим Командира, Лекса. – Кларк походила по комнате туда-сюда ещё несколько секунд. – Мне нужно сходить в Тондис, сказать, что ты у нас. Пока твои люди весь лес не перевернули в твоих поисках. - Не надо. - Почему? Что ты недоговариваешь? - Они знают, что я здесь и… - как тебе не стыдно, Лекса, так нагло врать ей. – И я им приказала ждать меня в деревне. – Ты не веришь мне, я вижу это по твоим глазам. - Моя мама тебя забинтует. Ты бросила эти слова с такой злостью, что я даже испугалась. Внутри всё сжалось, когда ты ушла из комнаты, громко хлопнув дверью.