Проективная идентификация

...Накануне зачёта Никите не спалось. Он то перелистывал конспекты лекций, то пытался малевать на листочках схемы, чтобы лучше запомнить трудные вопросы - а по большей части томился в нестройных мечтах о том, как он разбивает Заречному очки и челюсть, после чего Мальцева... впрочем, неважно, примет ли она его поступок - главное, что ей больше не будет грозить опасность. Перед глазами вновь и вновь проносится сцена у лестницы. Заречный хватает Ирину за руку; Никита рывком подскакивает к нему, оттаскивает от нее и набрасывается на него. Через несколько молниеносных ударов Заречный побеждён и тихо уползает вниз по лестнице, противно постанывая. Мальцева поражённо смотрит на них, ещё не до конца осознавая, что произошло. -Прости, - говорит он. - Я просто не мог поступить иначе. -Я и не знала, что ты так можешь, - тихо произносит она. - Спасибо, мой хороший. -Я никому не дам тебя в обиду... любимая, - впервые он осмелился назвать её так, пусть пока только в грёзах. По щеке Ирины катится слеза, и он бережно целует Мальцеву и прижимает к себе. Она прячет лицо у него на плече и тихо плачет, осознавая, что весь этот кошмар позади, и теперь их ждёт совсем иная жизнь - полная радости и надежды. Он обнимает её, ощущая всем телом её трепет, её открытость и беззащитность... желание быть с ним... Он обнимает её. Самую дорогую женщину на свете. ...Погружённый в себя, он не сразу услышал телефонный звонок. Спохватившись, Никита принял вызов, не глядя на экран. -Алло. -Добрый вечер, Никита. Прости за поздний звонок, но мне нужна твоя помощь, - услышал он печальный, слабый голос - и не поверил своим ушам. -Да, Ирина Сергеевна... - взволнованно ответил он. - Что-то случилось?.. -Ну, пока ничего сверх того, что тебе известно... Послушай, дружок, - сдавленно произнесла она, - мне неловко об этом просить, но мне правда нужна твоя помощь. Заречного завтра не должно быть в вузе, но кто знает, что он задумал... Приезжай на зачёт ближе к концу - обсудим детали. Если коротко, то мне нужно убежище на пару дней. Лучше подальше от города. Может, у тебя есть какие-нибудь варианты? -Вас понял, - отозвался Никита так усердно, как только мог. - Да, конечно, я могу что-то подыскать... Пожалуй, один вариант уже есть!.. -И это прекрасно... Прости, дружок, что загрузила этим вопросом, - вздохнула Мальцева. -Не бойтесь. Завтра я подъеду ближе к концу зачёта. Если что, обязательно звоните. -Хорошо, если что - наберу. Доброй охоты!.. - попыталась пошутить она. - Вопросы-то все выучил?.. -Я учу, Ирина Сергеевна. Просто я волнуюсь, - очень серьёзно ответил он. - Волнуюсь за Вас. -Спасибо, дружок, - тепло ответила она. - До встречи!.. В трубке раздались короткие гудки. Никита немедленно переписал входящий номер в тетрадку с конспектом и занёс его в память телефона. "Любимая", - так теперь покажет экран, если вдруг она вновь позвонит. И на звонке - песня Скорпов, под которую они тогда танцевали. Пан или пропал. I love you. I know. * * * Никита против обыкновения, но в согласии с договорённостью приехал в вуз позже обычного. Почти вся группа уже успела сдать (Мальцева, имея твердое намерение уходить с факультета, не направила на пересдачу даже тех нескольких студентов, кому грозило бы это заслужить). -Берите билет, готовьтесь, - как можно безразличнее произнесла Мальцева, когда он подошёл поздороваться; они даже не обменялись взглядами. Однако на черновике, который она выдала Никите для подготовки, студент прочёл пару карандашных строчек: "Идёшь самым последним!!! Отвечаешь по сути, я ставлю отметку, и мы уходим. Дальше по обстоятельствам. p.s. Я доверяю тебе, что бы ни подразумевал твой план. Однако если ты тоже имеешь на уме какую-то похабщину, то Бог тебе судья!" После слов о похабщине Никита невольно взглянул на Мальцеву. Она продолжала прятаться за полюбившимся ей образом серой мышки: собранные в пучок волосы, льняной бесцветный пиджак, уставшие глаза... Лишь руки Мальцевой, как всегда, выдавали свойственную ей быстроту и решимость. Ответ на билет, хотя вопрос был не из лёгких, написался почти сразу; и оставшееся время Никита украдкой любовался ею, замечая, как с приближением его очереди она выглядит всё живее. Первыми, почти что сразу, проснулись глаза; голос тоже не остался в стороне, став ниже и теплее; из причёски выбилась пара прядей, что придало Мальцевой своеобразное очарование. Наконец, они остались в аудитории одни. Никита не спеша подошёл к преподавательскому столу и заметил, что Мальцева, не дождавшись ответа, выставляет ему "отлично". -Отставим формальности, - пояснила она в ответ на его немой вопрос. - Ты ходил на все лекции, сейчас не списывал, хотя тебе попался сложный вопрос... Не вижу смысла спрашивать. -Списывать я не умею, - усмехнулся он, - всё держу в голове. Так что как есть... -Ну всё, проехали. Что там у тебя был за вариант-то?.. -Семьдесят километров от города. Это достаточно далеко? -Допустим, - рассеянно отозвалась она. - Сейчас мне нужно отнести в деканат эту ведомость. Нашего злодея там вроде как не должно быть, но кто знает - вдруг он готовит какую-нибудь засаду?.. Я, конечно, всегда подозревала, что он человек психопатического склада, но сейчас мне совсем по себе. -Пойдёмте вместе, - Никита расправил плечи. Они выключили свет в аудитории и вышли в коридор. -Он вчера вечером написал мне на электронную почту. Дело ещё серьёзнее, чем я думала, - быстро рассказывала Мальцева, закрывая помещение на ключ. - Он не отступится. В гости набивался даже... Она замолчала и устремила взор на Никиту. Страх, отвращение и пронзительная настороженность читались во взгляде. Больше ничего не надо было объяснять. -Я с вами, - решительно сказал Никита. -Идёмте же! В коридоре было пусто и тихо; лишь потрескивали, почти в такт шагам, догорающие лампы дневного света. -Я вас не оставлю, - прошептал Никита, не требуя никакой реакции. Мальцева даже не шелохнулась в ответ, но он понял: она его услышала. И этого было вполне достаточно.