Расстояние в три сантиметра

Вокруг воцарилась тишина. Томасу показалось, что все замерли, затаив дыхание и наблюдая за двумя актёрами. И почему так тихо? Или ему только так кажется? Единственное, что слышал парень, это своё сердце, которое билось так сильно и громко, что актёр боялся, что его кто-нибудь услышит. Больше всего он не хотел, чтобы человек, сидящий напротив, услышал этот бешенный стук. Дилану стало бы только смешно. А быть объектом его насмешок Томасу совершенно не хотелось. А все началось с предложения Дилана сыграть в одну игру. Суть её была в том, чтобы два человека одного пола приближались всё ближе и ближе к друг другу. Кто первый отпрянет, тот и проиграл. Томас злился на себя за то, что согласился на эту авантюру. Если Дилан не захочет проиграть, то они вполне смогут поцеловаться, а тогда уже Сангстер не сможет себя контролировать, и все вокруг поймут, что он что-то чувствует к своему другу. И когда этот парень стал для него так близок? Определенный момент Том не мог назвать, может это произошло, когда они впервые встретились, а может гораздо позже. Да и важно ли это? Главное то, что сейчас Томас не представлял своей жизни без Дилана О'Брайена. *** И вот этот момент наступил. Они одновременно начали приближаться друг к другу. Томас еле удержал себя от желания прикрыть глаза, понимая, что это вызовет слишком много вопросов. Этот момент для Сангстера прошёл как в замедленной съёмке. Вот Дилан медленно приближается к его лицу, на его губах лёгкая улыбка, а в глазах игривый огонёк. Биение сердца Томаса сначала участилось, а потом, как ему показалось, вовсе замерло, когда между ними осталось всего несколько жалких сантиметров. За доли секунды Сангстер заметил, что взгляд Дилана направлен на его губы и в нём больше нет игривости. Это было что-то другое, что-то более глубокое, чем могло показаться сначала. И только потом Томас понял, что тогда во взгляде О'Брайена была нежность, смешанная с желанием. А сейчас парень не знал, что и думать, поэтому просто опустил взгляд на губы Дилана и вздохнул, мечтая коснуться и почувствовать их вкус. Одна часть души Сангстера кричала, чтобы он остановился, пока не поздно, а вторая приказывала продолжать. Внезапно Дилан громко засмеялся и резко отстранился. Сангстер неосознанно продолжал тянуться к другу, но вовремя остановил себя, тоже засмеявшись и отворачиваясь в сторону. Потом, просматривая видео, которое кто-то записал, Томас понял, что тогда его смех был каким-то жалким и тихим. Но никто даже этого не заметил, думая, что так и надо. Актёр аккуратно посмотрел на Дилана, который уже шутил по этому поводу. И как можно таким быть? Неужели для него это действительно была просто игра? Томас вскочил, понимая, что больше не может выдержать всех этих шуток и всего того смеха, который последовал за их «поцелуем». Парень отмахнулся от Дилана, который попытался узнать, куда он идёт, и стремительным шагом пошёл в сторону деревьев, которые росли недалеко от места съёмки. Здесь было достаточно темно, поэтому никто не заметил, как Сангстер облокотился на одно из деревьев и медленно сполз вниз. Актёр закрыл ладонями лицо, пытаясь привести свои чувства в порядок. Он ненавидел свою зависимость от Дилана, который относился к нему, только как к другу. Томас не знал, что ему делать дальше, он понимал, что ещё немного и он не выдержит и признается в своей…зависимости. Пусть даже потом О'Брайен возненавидит его, но так хоть, возможно, станет легче. — Что с тобой? — внезапно услышал парень. Он убрал руки от лица, понимая, что это Дилан, и посмотрел на актёра снизу вверх. — С тобой всё в порядке? — взволнованно продолжал спрашивать тот. — Нет, — просто ответил Томас, отворачиваясь от собеседника. И тут он почувствовал тёплые пальцы на своём подбородке, которые заставили его посмотреть на объект своей зависимости. — Я же вижу, что с тобой что-то происходит. Мы же друзья, я должен знать, чем тебе помочь, — почему-то тихо произнёс Дилан, блуждая взглядом по лицу Сангстера. Томас только усмехнулся, услышав слово «друзья». Оно резало слух и раздражало. Парень отвёл руку О'Брайена от своего лица, поднялся и посмотрел прямо ему в глаза. Сейчас ему было абсолютно всё равно, ведь по его взгляду можно было понять всё, парню всего лишь хотелось наконец понять, что между ними происходит. — Всё со мной в порядке, можешь не волноваться, — процедил сквозь зубы Томас, пытаясь сдержаться, понимая что ещё немного и он набросится на своего друга. — А мне так не кажется. Почему ты ушёл сюда? У тебя было такое странное выражение лица. Что я сделал не так? — упрямо спрашивал Дилан, немного подавшись вперёд. Теперь между актёрами было совсем небольшое расстояние. Больше сил сдерживаться у Томаса не было, поэтому парень подошёл вплотную и, не успев обдумать своё решение, поцеловал Дилана. Тот сначала напрягся, а потом расслабился и позволил продолжить начатое. Сангстер не верил происходящему, он столько времени боялся своих чувств, тайно мечтая вот так прикоснуться к губам О'Брайена и не быть отвергнутым, что сейчас просто не знал, что делать дальше. Но, взяв себя в руки, Томас решил углубить поцелуй, заставляя Дилана разомкнуть губы и проникая языком внутрь. Их языки сплелись в каком-то невозможном танце, от которого ноги подкашивались, а сердце было готово выпрыгнуть из груди, а с губ сорвался тихий стон. Брюнет зарылся пальцами в волосы Тома, даря ему невероятные ощущения. Сам же Томас обнял актёра за талию, притягивая к себе ещё ближе. Вскоре Дилан перехватил инициативу: он то посасывал эти невероятные мягкие губы, то переплетал свой язык с языком Сангстера, от чего у блондина подгибались ноги, а в животе скручивалась тугая спираль, которыя посылала волны наслаждения и возбуждения по всему телу. Тем временем руки Томаса блуждали по телу О'Брайена, заставляя актера выгибать спину. Том так давно мечтал об этом, что сейчас уже не мог остановиться, исследуя тело парня и радуясь любым проявлениям удовольствия со стороны Дилана. Неизвестно сколько прошло времени, прежде чем парни прервали поцелуй, тяжело дыша. О'Брайен обхватил лицо Сангстера ладонями и нежно поцеловал его в уголок губ. — Ты - мой, слышишь? — прошептал Дилан, глядя в глаза Томасу, и всё ещё не отпуская его лицо. Том только кивнул и порывисто вздохнул. Чувство, наполнившее грудь, было невозможно удержать внутри. — Я давно мечтаю о тебе. А ты даже не замечал, — улыбнулся брюнет. — А ты не замечал моё к тебе отношение, — в ответ улыбнулся Томас. Дилан рассмеялся и произнёс: — Мы словно два придурка, могли уже давно признаться друг другу. — Хорошо, что всё открылось. Дышать теперь легче, — Сангстер был счастлив, наконец его чувства нашли ответ. Парни крепко обнялись и эти объятия они пронесут через всю жизнь, никогда не отпуская друг друга. Ведь они созданы один для другого, и иначе быть не может.