Криминальные Детки

30 мая, 2015

«Лучше бы меня заставили весь следующий год кататься на метро до школы», — подумал Эмметт, глядя на девушек, которые, сидя напротив него, тоже исподлобья поглядывали на своих попутчиков. Пока поезд уносил их все дальше и дальше от родного Нью-Йорка, Джаспер переписывался с Денали, периодически довольно ухмыляясь, Эдвард, хмурясь, играл во что-то на телефоне, а Эмметт старательно пытался справиться с накатившими скукой и раздражением. «Что за жесть, блин? Серьезно? Вот с ними мне придется жить следующие три месяца? Да мы в школе-то с ними не можем находиться несколько часов без ссор, а тут придется бесить друг друга сутками напролет», — размышлял парень, разглядывая подружек, которые тоже занимались своими делами, старательно делая вид, что не замечают друг друга. Элис, отвернувшись к окну, слушала музыку, наблюдая за сменяющимся пейзажем, Белла, подогнув под себя ноги, читала очередную книгу, иногда помечая что-то разноцветными закладками, а Роуз, как и Джаспер, переписывалась, пока телефон ловил сеть. Тяжело вздохнув, Хейл отложила телефон в сторону и, подняв голову, встретилась взглядами с Эмметтом. Какое-то время подростки молча буравили друг друга взглядами, но Роуз сдалась первой. Отведя взгляд, она раздраженно скривилась и произнесла:  — Чего тебе надо, МакКарти?  — Ничего, — сквозь зубы ответил парень, все еще не отводя от нее взгляда.  — Тогда чего так пялишься на меня? — с вызовом произнесла девушка. «Не беси меня, МакКарти, ради твоей же безопасности», — произнеслось у нее в голове. Девушка, выпрямившись на сидении, застыла, сложив руки на груди и враждебно глядя на парня, сидевшего напротив, в то время как сам Эмметт, почти повторяя ее позу, надменно глядел на нее исподлобья. Напряжение, всегда царившее между подростками, ощущалось сейчас как никогда сильно. Поэтому, любое слово, сказанное не с той интонацией, как искра, — могло спровоцировать огромный пожар.  — Чего ты пристала-то ко мне, Хейл? Сиди и молча занимайся своими делами или чем ты там занимаешься. Роуз недовольно хмыкнула и сощурила глаза:  — А ты не указывай мне что делать, МакКарти!  — Угомонись уже, — раздраженно ответил Эмметт, намереваясь прекратить разговор и игнорировать возможные дальнейшие выпады девушки. Тяжело было представить, с чем они столкнутся по приезде. Опять начнутся ссоры, выяснения отношений и взаимные наезды или им все-таки удастся найти общий язык? Возненавидят они друг друга еще больше или же смогут смириться с существованием друг друга? Возможно ли, что их, казалось бы, уже бесконечная вражда прекратится? Эмметт готов был поставить не меньше тысячи долларов на то, что Лейк-Джордж ничего не изменит, если и вовсе не усугубит. Родители, по его мнению, очень сильно ошибались, отправляя их на совместных «отдых» к родственникам Свон. Взрослые надеялись, что дети найдут способ поладить друг с другом, но МакКарти понятия не имел как вытерпеть упрямую Розали, которая вечно совала нос не в свои дела, непонятную Элис, которая порой бывала еще более приставучая, чем ее подружка, и чертову Беллу Свон, у которой точно было не все в порядке с психикой, по мнению парня.  — Я уже ненавижу эту жизнь, — прохныкала Роуз, откидываясь на спинку сидения. Мобильный перестал ловить сеть, и теперь она больше не могла переписываться с Ройсом, который сначала всячески ее подбадривал и успокаивал, а потом завел разговор на тему того, что по ее возвращении можно будет устроить романтический вечер, плавно переходящий в ночь. Девушка была удивлена. Пожалуй, это был первый раз за все время, что они встречаются, когда он почти открыто намекнул на то, чтобы сблизиться еще больше. Прежде он никогда не поднимал эту тему и уж тем более не пытался как-то влиять на Роуз, чтобы они быстрее переспали. Именно это и нравилось Хейл. Встречаясь с Кингом, она точно была уверена в том, что молодой мужчина видит в ней не только объект сексуального желания, но и прежде всего девушку, любовь к которой сильнее, чем какая-то необходимость в удовлетворении физических потребностей. Конечно, они с Ройсом встречались уже достаточно долго по современным меркам, и они, по мнению самой Хейл, были достаточно близки. Они не раз оставались друг у друга дома, засыпая и просыпаясь в одной кровати, не раз валялись полуголые, распаляя друг друга жаркими поцелуями, присылали откровенные фотографии, но до интима у них так и не доходило. Возможно, потому что Роуз просто не хотела и не считала это необходимым. Ройс был ее первым серьезным парнем, и она, конечно, рассматривала первый секс с ним, как один из этапов их отношений, но в каком-то неопределенном будущем. Впервые Розали серьезно задумалась об этом. Но из размышлений ее вырвал голос брата:  — А это еще только начало, Роузи. Девушку передернуло, и она недовольно взглянула на Джаспера. Розали терпеть не могла, когда так ужасно коверкают ее имя, а ее братец прекрасно это знал и частенько забавлялся, придумывая все новые и новые вариации имени. Хейл не успела ответить своему родственнику что-нибудь достаточно едкое и остроумное, так как в коридоре послышался громкий женский визг, и мимо их купе пронеслась девушка, расталкивая людей, находящихся в коридоре. Эмметт и Роуз, сидевшие ближе к коридору, коротко переглянулись, Эдвард оторвался от неинтересной игры, а Элис сняла наушники и отложила плеер в сторону, хмурясь и вытягивая шею, чтобы увидеть, что происходит. Никак не отреагировали только Джаспер с Беллой. Шум в коридоре прекратился, и мерное постукивание колес нарушало только тихое ворчание пассажиров, которых задела непонятная визгливая особа. Но это было ненадолго. Вскоре в коридоре послышался заливистый смех, который, судя по всему, тоже принадлежал этой причудливой девушке. Роуз вытянула шею и нагнулась, чтобы осуждающе посмотреть на виновницу суматохи, но в коридоре столпилось столько непонятных парней и девушек примерно ее возраста, что она не могла понять, кому именно принадлежали смех и визг. «Какая-то определенно невоспитанная и крикливая пассажирка», — раздраженно подумала Хейл, снова поудобнее устраиваясь на сидении, от которого уже ломило все тело. Ребята уже забыли о нарушительнице спокойствия, но тут эта самая девушка оказалась как раз около их купе, с любопытством заглядывая внутрь. Странноватая и визгливая незнакомка оказалась симпатичной и улыбчивой девушкой лет семнадцати. Длинные и пушистые рыжие волосы были заплетены в небрежную косичку и перекинуты через плечо, лицо у нее было незапоминающимся, простоватым, с россыпью веснушек на лбу и носу и светлыми бровями и ресницами. Очарования ей добавляли только серо-голубые глаза. Судя по ее простоватой одежде — клетчатой рубашке и джинсовому комбинезону — девушка не была постоянной читательницей журнала «Вог», а судя по полному отсутствию макияжа на лице она вообще не особо парилась о своем внешнем виде. Быстро оглядев непрошенную гостью, Розали сморщилась. «У девчонки явно проблемы со вкусом, да к тому же она едет в чертовом поезде в Лейк-Джордж, так что это обычная провинциалка», — скептично подумала Хейл, гадая, почему эта веснушчатая и чудная девчонка все еще глазеет на них. Видимо, не одной Хейл не понравилось вмешательство чудачки, потому что МакКарти подал голос:  — Заблудилась? Незнакомка улыбнулась еще шире.  — Нет, зашла познакомиться, — просто ответила она, пожав плечами. — Первый раз в Лейк-Джордж едете?  — Ага, решили вместо Мальдив смотаться туда на отдых, — съязвила Роуз, складывая руки на груди. Незнакомка хихикнула и протянула:  — А ты мне уже нравишься, у тебя хорошее чувство юмора. «Ага, зато ты мне не нравишься. Почему бы тебе просто не уйти?» — подумала Хейл, но промолчала, вспоминая совет мамы поменьше грубить людям. Теперь на странноватую рыженькую уставились все ребята. Эдвард и Элис с интересом, Джаспер и Белла с полным безразличием, а Эмметт и Роуз с легким раздражением. «Эта девчонка уже начинает надоедать», — подумал МакКарти.  — Меня, кстати, зовут Ренесми, — улыбнулась она, — но для друзей — Несси. Приятно познакомиться. Так вы, значит, ребята из Нью-Йорка?  — Ага, — без энтузиазма ответил Эмметт, про себя чертыхаясь на друзей за то, что те молчат, а ему приходится отдуваться за всех них и пытаться тактично сплавить Несси.  — Несси? — Изабелла скептично изогнула брови, снимая очки. — Это в честь Лохнесского чудовища? Рыжая опять заливисто захохотала, как всего несколько минут назад в коридоре, а потом сквозь смех выдавила:  — Боже, это так смешно! Умора! Никогда об этом не задумывалась, если честно, но похоже, что да. Белла и Роуз переглянулись, и Хейл покрутила пальцем у виска. В купе повисло молчание.  — Знаете, я просто обожаю Нью-Йорк! — воодушевленно заговорила Несси. — Это чудесный город, но Лейк-Джордж вообще-то тоже ничего. Уверена, вам понравится. Если еще увидимся с вами, то могу познакомить вас с самыми классными ребятами, у которых бывают забойные вечеринки, когда родители уезжают в город. А еще могу провести вас по самым интересным местам, которых, уж поверьте, немало!  — Пожалуй, откажемся, — наконец заговорил Эдвард, чему Эмметт был несказанно рад, так как ему уже порядком поднадоело все это, — но все равно спасибо за предложение.  — Ладно, — кажется, рыжая ни капли не расстроилась из-за отказа. — Мое дело предложить. Что ж, я, пожалуй, пойду, а то меня ждут мои друзья, с которыми я не виделась девять месяцев. Надеюсь, еще увидимся! Рыжеволосая провинциалка исчезла так же быстро, как и появилась, оставляя ребят в недоумении и легком замешательстве.  — И что это сейчас было? — удивленно усмехнулся Эдвард.  — Чокнутая провинциалка? — предположила Белла, снова раскрывая книгу на нужной странице и надевая очки. Каллен пожал плечами и толкнул Эмметта в плечо, и тот громко и раздраженно вздохнул.

***

Ровно в двенадцать часов поезд, скрипя колесами, прибыл на конечную остановку — местный вокзал Лейк-Джордж, если, конечно, два перрона с облупившимся асфальтом и небольшое обветшалое здание можно было назвать вокзалом. Люди, не спеша, выходили из поезда, направляясь к дороге, у которой виднелась одна единственная автобусная остановка. Сойдя на перрон и стащив с поезда свои чемоданы, подростки, еще даже толком не успев оглядеться, уже почувствовали себя так, будто приехали в другую страну, где все абсолютно другое.  — Я в аду? — простонал Джаспер, оглядываясь по сторонам. Перрон уже почти опустел, но они все так и не могли понять, куда им идти, поэтому стояли небольшой кучкой с одного края, не решаясь куда-то двинуться.  — Похоже на то, — согласился Эдвард. — Но, кажется, это называется Лейк-Джордж. Более всех неловко себя чувствовала Белла, которая нервно озиралась по сторонам. Девушке предстояло встретиться с родственниками, о которых она впервые услышала неделю назад и которых она, понятное дело, ни разу не видела. Свон окутало странное чувство, похожее на смесь стыда и любопытства. «Я их должна узнать? А узнают ли они меня? Что, если они окажутся такими же недалекими провинциалами, как и та девица в поезде?», — размышляла она, покусывая нижнюю губу.  — Ладно, признаю, я сейчас готова жить где угодно и с кем угодно, только дайте мне сходить в душ, — пожаловалась Роуз, безуспешно пытаясь использовать свой билет в качестве веера. На перроне тем временем совсем не осталось людей, кроме престарелой на вид пары, но тем не менее Белла так и не двигалась с места.  — Эй, Свон, — позвал ее Джаспер. — Тут, вроде, должны быть твои родственники, так что веди нас к ним. Или ты хочешь проторчать все три месяца на этом вокзале, треская на завтрак безвкусные булочки из закусочной?  — Замолчи, — раздраженно процедила Свон. Все ждали именно ее действий, но ей в тот момент чертовски не хотелось двигаться с места. Глубоко вздохнув, Изабелла все-таки нацепила натянутую улыбку и, стуча колесами чемодана и спотыкаясь на неровном асфальте, направилась к своим предположительным родственникам. Не оборачиваясь, она услышала, как за ней двинулись ее подруги и парни. Подойдя к мужчине и женщине, которые со стороны казались образцовой американской престарелой парой, девушка сняла очки.  — Энни и Фредди? — с надеждой произнесла она, вглядываясь в их лица и пытаясь найти хоть какие-то схожие черты с ее мамой. «Если мы родственники, то мы должны же быть хотя бы немного похожи», — решила Свон.  — Да-да, милочка, — защебетала старушка и, откинув протянутую девушкой для рукопожатия руку, притянула к себе свою родственницу. Белла немного опешила от такого поворота событий, но все же немного приобняла тетку своей мамы в ответ. От скромной кофточки Энни пахло старыми духами, а ее полностью седые пышные волосы отдавали чем-то мятным. Женщина отстранилась и улыбнулась, оглядывая девушку, а затем произнесла:  — У-у-у, Изабелла, какая же ты взрослая! Последний раз твоя негодница-мать присылала твою фотографию пять лет назад. Ну, знаешь, та фотография, где ты стоишь в том очаровательном белом платьишке на каком-то празднике в школе. Ты с того времени заметно выросла и, надо сказать, очень похорошела! Продолжая натянуто улыбаться, Свон оглянулась на своих подруг, которые широко улыбались, а парни рядом с ними покраснели, старательно сдерживая смех. «Они мне это будут напоминать до конца жизни», — стыдливо подумала Белла.  — Да, наверное, — вслух протянула она. Пухленькая и невысокая Энни продолжала улыбаться, но потом переключилась на ребят, стоявших за спиной Беллы:  — А это, наверное, твои друзья?  — Хм. Да, это Роуз и Элис, а это Джаспер, Эмметт и Эдвард, — Свон немного покоробило от слова «друзья», она не была уверена, что их странную компанию можно так назвать. Энни приветственно обняла всех подростков по очереди, смущая своей теплотой и открытостью. Особенно смешно она смотрелась, когда обнимала Эмметта, которому пришлось даже немного нагнуться, чтобы родственница Беллы могла дотянуться до него.  — Очень приятно познакомиться! — женщина сложила руки за спиной, и тут же, словно что-то вспомнив, спохватилась и задергала за рукав своего молчаливого супруга, все это время молчавшего. — Эдди! Какой ужас! Мы же говорили с тобой о том, что нужно быть поприветливее! Ах ты, старый вредный пень! Неужели так сложно поздороваться с ребятками? Долговязый и худощавый Эдди с залысинами по бокам головы крякнул и, вынув правую руку из кармана, протянул ее каждому парню по очереди. Суховатый и молчаливый мужчина с острым взглядом производил не такое приятное впечатление, как его супруга, и не так располагал к себе, но тем не менее он все же криво усмехнулся и скрипучим голосом произнес:  — Ладно-ладно, хватит тут любезностями обмениваться, пойдем к машине. Плетясь позади девушек, которых тут же принялась расспрашивать Энни, Джаспер с толковым видом заверил друзей:  — Вот именно поэтому я никогда не женюсь. Серьезно. Зачем это надо? Чтобы меня в старости какая-нибудь мадам называла «старым пнем», когда я не захочу здороваться с какими-то подрастающими балбесами? Нет, спасибо.  — Не зарекайся, — в ответ усмехнулся Эдвард. — Может быть, влюбишься по уши и захочешь провести с ней всю жизнь, а она будет тебя ласково называть «старым пнем», и ты будешь вполне этим доволен. Хейл недовольно хмыкнул:  — Влюбиться по уши — это точно не про меня. В самом деле, казалось, что скорее их вечная и непоколебимая вражда с девочками прекратится, нежели Хейл когда-нибудь решит связать себя узами брака. Когда ребятам сказали, что они направляются к машине, они представляли себе внушительных размеров внедорожник с большим салоном, куда без проблем могли влезть шестеро подростков с сумками и чемоданами, или, на худой конец, что-то вроде микроавтобуса. Но вот старенький, голубой, но местами облезлый и ржавенький пикап они точно не ожидали увидеть. Подростки застыли около машины, смотря, как Фредди заводит мотор, и машина начинает утробно урчать. Ребята не решались запрыгивать в пикап, думая о том, что это старьё может развалиться где-нибудь посередине дороги, и тогда всем крышка.  — Не бойтесь, — воскликнула Энни, приоткрыв со скрипом окошко со стороны пассажирского сидения. — Фредди водит очень аккуратно. Эмметт, который будучи втянутым в семейный бизнес неплохо разбирался в машинах, скептически оглядел машину, но все же закинул в кузов сумку и полез сам. «Водит очень аккуратно. Блин, да это старьё вообще хотя бы до сотни разгоняется?», — подумал он, усаживаясь в кузове.

***

 — Сделай лицо попроще, милая, — нежно проговорил мистер Хейл, обнимая жену за талию. Эсми тяжело давался даже первый день расставания с детьми, и она не знала, как выдержать предстоящие девяносто два. Весь день миссис Хейл ощущала себя опустошённой и как никогда одинокой, ей не хватало привычного ворчания близнецов, не хватало привычного смеха Розали и привычного пониженного тона Джаспера. Отправив детей в неизвестный город, Эсми будто отправила туда частичку себя. — Да, — поежилась она. — Извини, просто я себя ужасно чувствую, меня будто разрывает изнутри. Даниэл понимающе кивнул, все ещё не прекращая обнимать супругу.  — Знаю, — он согласился. — Но ты же знаешь, что эта поездка пойдёт им на пользу. Ты же знаешь, что мы все сделали правильно.  — Наверное, ты прав, — грустно улыбнулась Эсми, отстраняясь от мужа и кутаясь в кашемировую кофту. Она заглядывала в глаза Хейла, стараясь найти там что-то похожее на то, что чувствует она; стараясь найти в стальном блеске подтверждение того, что он её понимает, но все безуспешно. Спустя годы Эсми так и не научилась понимать, что скрывается за серо-голубыми глазами, которые некогда сводили её с ума. «А жаль. Возможно, тогда бы наша связь была куда прочнее, а из-за того чувства, что я не полностью знаю его, я никак не могу научиться ему доверять», — с сожалением подумала она, а потом отвернулась и закусила губу.  — Советую тебе сходить, развеяться, — проговорил Даниэл, доставая из кошелька кредитную карту и демонстративно оставляя её на комоде. — Надеюсь, к вечеру твоё настроение улучшится.  — А ты куда? Эсми тут же замялась, осознав излишнюю свою излишнюю эмоциональность и уж больно недоверчивый тон.  — На встречу, — но Даниэл, кажется, даже не заметил, что что-то не так, и продолжил застёгивать пиджак. — Ты же знаешь, с этими чертовыми клиентами никаких выходных. Эти собаки сгрызут все моё состояние, если дать им волю, так что приходится контролировать все самому. Его супруга неохотно кивнула. Даниэл ещё раз привлек к себе миссис Хейл, еле ощутимо докоснулся губами до её лба и улыбнулся.  — Мне пора. Эсми уже привыкла, что он всегда уходит; привыкла, что у него всегда появляются дела поважнее, чем семья. У себя в голове она оправдывала это тем, что большие деньги требуют много времени, а Даниэл привык работать с крупными суммами. Женщина устало потёрла раздражённые из-за отсутствия сна глаза. «В самом деле, пора перестать лишний раз накручивать себя», — подумала она, глубоко вздыхая. Самым лучшим способом отвлечься от нависших забот казалась прогулка по улицам Манхэттена, плавно переходящая в хороший шоппинг. Это точно должно было поднять настроение. Миссис Хейл, не особо заботясь о своём внешнем виде, быстро собралась, предупредила охрану и взяла такси до центра. Гуляя по улицам, смотря на витрины дорогих бутиков и на веселых людей, которые куда-то спешили, Эсми начала потихоньку расслабляться. Тревога отступила на задний план. Идя по очередному бульвару, она не обратила внимания на то, что прямо рядом с ней притормозила чёрная машина с тонированными окнами. А следовало бы быть повнимательнее. Миссис Хейл даже не заметила, что дверь пассажирского сидения открылась и за ней вышел мужчина. Она испуганно вздрогнула только тогда, когда кто-то мягко остановил её, схватив за локоть. Резко и испуганно обернувшись, Эсми облегченно выдохнула, хотя сердце все ещё учащенно билось. Учащенно билось то ли от элемента неожиданности, то ли из-за человека, который стоит перед ней.  — Эсми? — перед ней стоял и улыбался Карлайл Каллен. — Какая встреча! Миссис Хейл на мгновение растерялась, но тут же постаралась взять себя в руки:  — А, да. Мистер Каллен как всегда был одет в дорогой темно-серый костюм, который, надо отметить, чертовски сочетался с его русо-золотистыми волосами с проблесками седины на висках. Обычно он позволял челке свободно спадать на лоб, но сегодня волосы были зализаны назад, и это только прибавляло ему солидности.  — Куда направляешься? — поинтересовался он, тепло улыбаясь и засовывая одну руку в карман.  — Решила вот прогуляться, — Эсми ответила без явного энтузиазма. Разговор почему-то казался ей до жути неудобным, да и вообще эта встреча немного выбила её из колеи. Она явно не была готова к тому, чтобы пересекаться со своим бывшим возлюбленным вне светских приемов и обсуждений проблем с детьми.  — Переживаешь? — спросил Карлайл. Миссис Хейл слабо кивнула, удивленная тем, как верно мужчина определил её настроение, хотя они уже не общались близко сто лет и ему оставалось только догадываться о причинах её беспокойства.  — А как Миранда? Тоже переживает? — предположила она, грустно усмехнувшись.  — Ну, — Карлайл вздохнул и отвёл взгляд, посмотрев на прохожих за спиной Эсми, — не особо. Она считает, что им давно пора научиться самостоятельности, и Лейк-Джордж идеален для этого. К тому же, мы с ней надеемся, что Эдвард и Элис в конце концов смогут найти общий язык, а то у нас с Мирандой уже опускаются руки. —Понимаю, — улыбнулась Эсми. — Но я уже даже не надеюсь, что в отношениях Роуз и Джаса что-то поменяется. Хотя, кто знает, возможно случится чудо? Старые знакомые вместе посмеялись, но затем миссис Хейл снова пришлось почувствовать себя неуютно под давно забытым взглядом карих глаз. Казалось бы, прошла целая вечность с тех пор, как Карлайл на неё так смотрел; смотрел так, будто она была ему самым родным и близким человеком. Демонстративно кашлянув, Эсми разорвала их зрительный контакт, отвернувшись к машине. Карлайл и сам будто опомнился. Распрямившись, он разгладил пиджак и поджал губы:  — Ладно, был рад тебя видеть, Эсми, — улыбнулся он, так выделяя имя некогда любимой женщины, что у миссис Хейл по спине пробежали мурашки. — До встречи! Мистер Каллен снова сел в чёрный автомобиль, а Эсми, ощущая странную подавленность после встречи с ним, сумела лишь коротко промямлить в ответ: «До встречи.»

***

Вероятно, со стороны они выглядели очень комично. Шестеро подростков с недовольными, угрюмыми лицами, подпрыгивали вместе с пикапом на всех кочках и выбоинах на грунтовой дороге, молясь, чтобы эта поездка поскорее закончилась. «К такому жизнь меня точно не готовила», — раздраженно подумала Элис, в очередной раз морщась от того, что ударилась пятой точкой о какую-то выступающую железяку. Её подруги выглядели не лучше: Роуз с силой вцепилась в сиденье, щурясь от пыли и песка, летевших из-под колёс пикапа, а побледневшая Белла, видимо, боролась с приступами тошноты. Пикап наконец сбросил скорость и завернул в небольшую своеобразную улочку, на которой умещалось несколько больших участков. «Не пригород Нью-Йорка, конечно, но вполне ничего», — облегченно подумала Брендон, обрадовавшись, что не придётся жить в старом покосившемся сарае. Машина скрипнула и остановилась около бордовых ворот, за которыми виднелась крыша небольшого, но приличного на вид коттеджа. Ворча, из кабины вылез Фредди и побед к воротам, за которыми послышался скулёж и тявканье.  — У них что, ещё и собака есть? — обреченно выдохнула Белла, побледнев ещё больше. Свон не особо любила собак, а в особенности терпеть не могла слюнявого бульдога Джейкоба, который из раза в раз портил её одежду, а однажды даже попытался сгрызть её туфли за несколько сотен долларов. После её слов ворота открылись, и навстречу Фредди выбежала огромная немецкая овчарка, которая тут же принялась виться около ног хозяина. Сам Фредди в свою очередь криво улыбнулся и потрепал её за холкой, а затем сел обратно в кабину. Овчарка оббежала машину, видимо, учуяв новые запахи, и понеслась обратно за ворота. Джаспер взглянул на округлившиеся глаза Свон и не смог сдержать смешка:  — Что, Свон, увидела овчарку и уже не такая бойкая?  — Заткнись, — проскрипела Белла, даже не глядя на парня. Фредди аккуратно заехал на территорию и припарковался на бетонной площадке под навесом. Подросткам открылся вид на ухоженную территорию с огромным количеством разноцветных клумб, зелёным газоном и небольшой тенистой рощицей. Сам дом оказался не очень большим, трехэтажным с мансардными окнами на последнем этаже и просторной уютной террасой. Возле крыльца находилась и собачья будка.  — Ну, приехали! — Энни бодро спрыгнула из кабины, и тут же обратилась к мужу. — Фредди, попридержи Мишель, пока ребята разбирают вещи, а то я боюсь, что она не даст им сделать и шагу. Фредди послушно кивнул и, взяв овчарку за ошейник, отвёл её немного в сторону. Так тут же принялась извиваться и поскуливать, пытаясь облизнуть старику руки.  — Она злобная? — опасливо крикнула Белла, не торопясь вылезать из кузова.  — Кто? — нахмурилась Энни, уперев руки в бока. В этой позе родственница Изабеллы была ужасно похожа на маленький бочонок, что только добавляло ей какой-то очаровательности.  — Мишель? — продолжила старушка, махнув в сторону овчарки. — Да что ты! Это самая плохая охранная собака на свете, она любит всех и безоговорочно. Не волнуйся, она даже не кусается.  — Ну да-да, — пробурчала девушка в ответ. Первым из кузова выпрыгнул Эмметт, скинул свою сумку на землю и подошёл к овчарке. Парень очень любил собак и все детство умолял родителей завести питбуля, но мать не переносила «запах псины», поэтому о домашнем питомце оставалось только мечтать. МакКарти присел на корточки возле Мишель, которая старательно вырывалась, чтобы познакомиться с новым гостем. Фредди усмехнулся и отпустил собаку, и та с радостным лаем и повизгиванием кинулась к Эмметту, которому оставалось только закрывать руками лицо от слюнявого и горячего языка овчарки.  — Видишь? Она и мухи не обидит, — поучительно сообщила Энни, когда Белла вслед за подругами все-таки выбралась из кузова. Мишель, оторвавшись от Эмметта, принялась виться около остальных, обнюхивая их и облизывая руки в знак приветствия. Роуз, которая никогда не хотела себе домашнего питомца, но всегда неплохо ладила с собаками друзей и знакомых, быстро нашла с Мишель общий язык, потрепав её за густую рыжеватую шерсть. Когда овчарка добралась и до Беллы, ты съежилась и вцепилась обеими руками в кузов пикапа, при этом зажмурившись. Пару раз ткнувшись холодным и мокрым носом в голые коленки девушки, Мишель потеряла к ней интерес и вновь понеслась к хозяину.  — Она очень любит гостей, — довольно сообщила Энни, тепло улыбаясь.  — Да я и не сомневаюсь, — рыкнула Изабелла, с грохотом уронив свой чемодан. Кажется, в тот день все обстоятельства были против неё. Энни провела подростков по территории, которая оказалась весьма немаленькой, показала все цветники, отвела в рощицу, в которой, оказывается, были большие садовые качели, а затем проводила в дом. Внутри все оказалось так же чисто и убрано, как и снаружи. На первом этаже были кухня и большая столовая, гостиная и примитивный санузел даже без душевой кабины. На втором этаже располагалась спальня Фредди и Энни и несколько больших гостевых комнат, но так как эти комнаты были рассчитаны на большие семьи, то было принято решение разместить ребят на третьем этаже, где было как раз шесть уютных однотипных комнатушек и целых две ванных комнаты со всеми удобствами. Ребята проверили комнаты. Не считая маленького размера, там все было чудесно. У каждого была одноместная кровать с прикроватным столиком, небольшой шкаф и даже плетёное кресло. Единственным неудобством, от которого подростки были готовы были выть, стала крутая лестница. У девушек на то, чтобы затащить туда чемоданы, ушло без малого полчаса, а парни сначала глумились, но потом их уже настолько начали раздражать безуспешные попытки затащить тяжелые чемоданы по ступеням, что они были готовы даже помочь, только бы попасть в свои комнаты и не слышать девчачьих причитаний. До вечера все разбрелись по своим комнатам, кто-то решив поспать после бессонной ночи, а кто-то решив уже поскорее разобрать вещи. В любом случае, до послеобеденного времени обиженные на своих родителей и на друг друга, раздражённые дорогой и обществом друг друга подростки не вылезали из своих убежищ.

***

 — Это больше похоже на пансионат для стариков, чем на исправительный лагерь, — усмехнулся Эдвард, лёжа на кровати в комнате Эмметта. Парни вместе перекусили по настоянию Энни вкусной яичницей и сандвичами, а затем сами обследовали дом. Ребята выяснили, что комната Эдварда находится ближе всего к лестнице и расположена как раз напротив комнаты Брендон, а комната Эмметта находится посередине и напротив неё была комната Свон. К тому же, Эмметт обнаружил, что из его комнаты очень легко попасть на балкон на втором этаже. Достаточно было всего лишь сделать несколько шагов по крыше и спрыгнуть вниз. Парни согласились, что это будет весьма полезно для будущих побегов и взяли это себе на заметку.  — Мда, — согласился Эммет, раскладывая футболки и шорты. — Ещё и родственнички у Свон странноватые. Только я ещё не понял, подружимся мы с бабкой или она нам будет пилить мозг по любому поводу.  — А мне она показалась прикольной, — возразил Каллен и усмехнулся. — Такая маленькая по сравнению с нами. Она мне чем-то пчелку напоминает. Его друг согласно хмыкнул и поддержал:  — А этот долговязый Фредди? Тоже, конечно, без смеха и жалости не взглянешь. Хотя, мне кажется, он нормальный мужик. Вот у кого точно может будет одолжить бутылочку пива, если что. Друзья расхохотались, и в следующее мгновение дверь в комнату открылась и внутрь ввалился сонный и лохматый Джаспер.  — Ну как, нагнал все бессонные часы? Отоспался? — подтрунивал Эдвард.  — Вроде того, — вяло отозвался Хейл, усаживаясь в плетёное кресло, которое опасно скрипнуло под ним. Парень хоть и выспался, но все ещё пребывал не в лучшем настроении. Все вокруг раздражало, вплоть до этого плетёного кресла.  — Кстати, Эмм, как Вики? — Каллен двусмысленно повёл бровями, с любопытством уставившись на друга. МакКарти ухмыльнулся и притворно закатил глаза, но тем не менее достал из кармана телефон и продемонстрировал весьма откровенные фотографии своей девушки. Вики не выдержала и нескольких часов разлуки и начала слать свои полуобнаженные фото ещё, когда ребята находились в поезде.  — Это как так можно изогнуться? — хмурился Эдвард, разглядывая откровенное фото. Эммет присвистнул:  — Она и не такое умеет. Ты бы знал, какие она иногда пируэты выдаёт в постели. У-у-ух! Видимо, занятия гимнастикой не проходят даром. Друзья снова рассмеялись, и даже Джаспер немного ожил.  — Кстати о рыжих, — начал он, потерев переносицу. — Угадайте, кто мне сейчас снился в очередном бредовом сне? Правильно — рыжая провинциалка из поезда.  — Тебе уже девчонки в кошмарах снятся, — хохотнул Каллен.  — Зато тебе даже не снятся, — немного грубо огрызнулся Хейл, но Эдвард пропустил это мимо ушей. Каллен привык к постоянным подводам друзей относительно отсутствия у него личной жизни и не обижался, а порой и сам подтрунивал над самим собой. Нет, конечно, его интересовали девушки; конечно, он не был обделён женским вниманием и у него всегда было несколько поклонниц, с которыми он иногда проводил время, но они быстро ему надоедали. Все дело было в представлениях Эдварда, которые его друзья прозвали «заморочки Эдди». Парень был глубоко убеждён, что встречаться стоит только с девушкой, в которой у него будут глубокие и настоящие чувства, а иначе их отношения не имели бы никакого смысла. Но так уж вышло, что за все свои семнадцать лет он ещё ни разу не встречал девушки, которая могла бы хоты бы немного заинтересовать его. Каллену не нравились драматичные красотки, на которых так падок был Джаспер, не нравились зажигательные и легкомысленные, какой была Вики Донован, и уж тем более не нравились такие наивные глупышки, как его сводная сестра. Парень частенько про себя насмехался над ней, думая о том, что вполне понятно почему у Элис до сих пор нет никакого ухажера. Мужчин в девушках привлекала, по мнению Эдварда, взрослая решительность и адекватность, а не детские глаза и необдуманные поступки.  — Да ладно, чего ты к ней прицепился, — усмехнулся Эмметт, возвращаясь к разговору о девушке из поезда. — Обычная девчонка, которую мы никогда не увидим, расслабься уже. Джаспер нервно кивнул, а МакКарти закончил раскладывать вещи и присел на подоконник.  — Хорошо, что хоть эти полоумные расползлись по комнатам и не высовываются, — усмехнулся Эмметт. — Вот бы так все три месяца. Эдвард улыбнулся, а Хейл с издёвкой озвучил мысли всех троих:  — Эмм, тебе кто-нибудь говорил, что глубоко в тебе живёт мечтатель-романтик?

***

Даниэл безразлично разглядывал золото и серебро, сапфиры и бриллианты, и ничто не приковывало его внимание. Ничто не казалось ему достойным той, кого он собирался порадовать. Взгляд не приковывали ни изящные бриллиантовые подвески, ни серьги с переливающимися сапфирами, ни кольца с огроменными изумрудами. Все казалось блеклым и слишком простым в этом многообразии ювелирных изделий. Продавец, заполнявший какие-то бумаги, наконец оторвался от своего занятия и поднял голову. Увидев, что перед ним с совершенно скучающим видом стоит мужчина, чьё лицо ни раз украшало обложки бизнес-журналов, продавец спохватился.  — Добрый вечер! — учтиво поздоровался продавец, сложив ладони рупором и облокотившись на стеклянную витрину. — Выбираете подарок? Мистер Хейл засунул руки в карманы и оглядел продавца задумчивым взглядом, слегка склонив голову набок в знак приветствия.  — Да, — протянул Даниэл, — что-то вроде того. Мужчина за прилавком кивнул и засуетился. Проворно надев перчатки, он открыл ключом витрину и поспешил вытащить красивое и дорогое, но совершенно безвкусное колье, каких было ещё около тысячи во всех ювелирных магазинах Нью-Йорка. Мистер Хейл даже не прикоснулся к украшению, он лишь скривился, тем самым показывая своё недовольство. Продавец пожал плечами и поспешно убрал украшение обратно.  — Мне нужно что-нибудь особенное, что-нибудь совершенно непохожее на все эти побрякушки, — протянул Даниэл, лениво окидывая взглядом витрины. — Если здесь, конечно, такое имеется. Продавец съежился под холодным взглядом нью-йоркского бизнесмена, но тем не менее с кряхтением наклонился, чтобы открыть нижний ящик. Мистер Хейл раздраженно закатил глаза и недовольно цокнул языком:  — Вы не могли бы делать это ещё медленнее? — язвительно произнёс он. Мужчина за прилавком быстро вытянулся во весь свой невысокий рост, больно стукнувшись спиной о соседнюю витрину и ойкнув. В руках у него была плоская бархатная коробочка, и он тут же бережно поставил ее перед потенциальным покупателем.  — Вот оно, — почти с любовью произнёс продавец, приоткрывая крышку коробочки. — Совершенно эксклюзивное колье! Самые яркие рубины и чистые рубины в обрамлении тончайшего белого золота. Единственный экземпляр! Видите, какие крупные камни? Хейл удовлетворенно оглядел колье, действительно блестевшее невероятно ярко в свете белых ламп. Рубины, казалось, в самом деле искрились всеми цветами радуги. Такой подарок был определённо достоин той женщины, который он собирался его преподнести.  — Это мне нравится, — произнёс бизнесмен, поднимая глаза на продавца и доставая из внутреннего кармана пиджака портмоне. — Сколько?  — Боюсь, сумма баснословная, — робко заметил продавец, закрывая коробочку. Мистер Хейл высокомерно рассмеялся:  — Я серьезно похож на того, кто не может себе это позволить? Даниэл достал банковскую карточку.  — Извините, — покраснев, продавец пробил покупку и подвинул коробочку мистеру Хейлу. Мистер Хейл только хмыкнул, убирая портмоне на место и аккуратно беря в руку бархатную коробочку. Даже не попрощавшись с продавцом, он двинулся к выходу, но его остановил голос мужчины за прилавком.  — Уверен, вашей жене очень понравится ваш подарок! Бизнесмен остановился и обернулся. Пожалуй, выглядел он немного растерянно.  — Жене? — неуверенно произнёс он, взглянув на подарок в своих руках, а затем широко улыбнулся. — Конечно, понравится! Довольный собой и своей покупкой мистер Хейл вышел на улицу, где его уже ждала черная машина с тонированными окнами. Поправив идеально сидевший костюм, бизнесмен открыл дверь и сел на заднее сидение, где его уже ждала красивая женщина в ярко-красном платье. Даниэл улыбнулся и протянул коробочку с подарком своей спутнице, заставляя ее лениво изогнуть тонкие брови. Надев его, она поспешила откинуть светлые волосы с плеч, чтобы как следует рассмотреть себя в зеркале. Уголки ее губ едва заметно дрогнули, когда в отражении она увидела красивое колье с рубинами, идеально завершавшее ее образ.  — Спасибо, — вкрадчиво проговорила женщина, приближаясь к Даниэлу и оставляя красный след от помады на его скуле. Мистер Хейл довольно улыбнулся, тыльной стороной ладони стирая помаду, и окликнул шофера, называя адрес дорогого ресторана, в котором уже был заказан столик на его имя.