Дважды в одну реку...

- Тсуна, дорогая, ты точно уверена, что справишься одна? - Нана обеспокоенно взглянула на дочь. Та безмятежно улыбнулась. - Да, мам, не сомневайся. Женщина вернулась к раскрытому чемодану на своей кровати, подняла ночную рубашку, прижала к пылающим щекам. - Ой, а вообще, это так внезапно, так неожиданно, - она покачала головой. - Емитсу перевели на офисную работу в его шахтерской компании. Теперь он сможет больше времени проводить с семьей. Но ты уверена, что не хочешь полететь с нами в Италию? - Уверена, мам, - Тсуна подошла, обняла мать за талию и взглянула прямо в карие, тревожащиеся глаза. Как-то и не заметила, что стала чуть выше, почти одного роста с миниатюрной Наной. - Я справлюсь, тем более, со мной Хибари-сан остается. Он приглядит, если понадобится. - Тсу-тян, я очень рада, что у тебя такие хорошие друзья, - видно было, что у женщины отлегло от сердца. Савада-младшая вернулась в кресло, наблюдать за сборами матери в Италию. Полторы недели назад ей пришло письмо о том, что она больше не является наследницей Вонголы. Да и никогда не являлась. Да, силу доказала, но свою состоятельность как лидера - разве что с пинка Реборна. Альянс пригляделся получше, не согласился с такой кандидатурой босса. Как следствие - выбран другой. Зато Хранители всех устроили. Ну, еще бы, потомки первого поколения Вонголы, да и не такие значимые фигуры, как босс. От них не будет зависеть столь многое, поэтому их дрессировке уделялось не столь много внимания. Да больно надо! Нет, с одной стороны обидно до слез. Они столько прошли вместе, пережили. Один Конфликт колец чего стоит! И вот, теперь они улетают. Даже Гокудера-кун, который толкал полные пафоса речи о своей верности и преданности. А с другой стороны... она никогда и не рвалась на эту должность. Наоборот, мечтала сплавить в чьи-нибудь светлые руки. Мечта исполнилась. Радует одно: отец оказался весьма предусмотрительным. Его семья слишком сильно засветилась, и он поспешил перевезти жену в Италию, поближе к Вонголе, чтобы иметь возможность защитить. Тсуна от такой радости отказалась. Видеть своих бывших друзей не хотелось, становилось противно. Верх глупости - обманывать саму себя. Остальные могли притворяться, что мафия - всего лишь забавная игра. И они не меняют босса, не предают доверие подруги. Но Гокудера-кун... единственный из всех, кто знал правду, видел реальность. Он уезжает. Тсуна невольно задавалась вопросом: как она могла поверить человеку, который хотел ее убить, а в следующий момент - занять местечко потеплее, поближе к сильнейшему. Тот же Мукуро никогда не скрывал своих истинных намерений. Глупые, злые мысли! Это в ней говорит обида, она не должна так думать! Не должна травить себя! Тсуна вздохнула, потерла глаза, до боли, до расплывающихся белых кругов и звездочек. Это все обида, она пройдет. Учись искать повсюду плюсы, иначе так и останешься глупой Тсуной. - Тсуна, ты в порядке? - Нана вновь перестала складывать вещи. Девушка встрепенулась, улыбнулась матери. Надо держаться, хотя бы до ее отъезда. Мама не должна ни о чем волноваться. - Да, все отлично, мам. Просто... голова разболелась. Видимо, давление сегодня. Нана понимающе закивала, не обратив внимание на то, что гипертоником ее дочь не являлась по определению и чувствовать погоду не умела. Девушка откинулась в кресле. Ничего, скоро можно будет расслабиться. Они с мамой доехали до аэропорта. Бывшие Хранители уже ждали ее. Как всегда веселые, беспечные. Лишь Гокудера-кун отводил глаза, стыдливо, как нашкодивший кот. - Удачи! - пожелала она им и повернулась к матери. Нана чуть ли не плакала, обнимая единственную дочь. - Береги себя, Тсунаеши, - она пытливо заглянула в глаза. Как будто что-то чувствовала, что-то знала. - Если что, сразу приезжай ко мне. - Хорошо, мам, обещаю, - Тсуна и сама всплакнула, обняла мать. Провожала ее взглядом, не отрывалась от каштановой макушки все то время, что Нана проходила контроль, сдавала багаж. И махала рукой, уходя в коридор к самолету. А потом долго стояла у огромного окна и смотрела, как выруливает за взлетную полосу самолет, держащий курс на Италию. Никто не обращал внимания на девушку в светлом платьице, прижимающую руки к глазам. Здесь таких было много: провожающих, встречающих. Солнце ослепило ее, когда она вышла на улицу. - Зверек, - перед ней остановился темный мотоцикл. Тсунаеши забавно округлила глаза. Хибари выглядел слишком непривычно без пиджака, в черной кожаной куртке и мотоциклетном шлеме. - Садись давай, - бросил ей запасной шлем. - Наконец-то эти травоядные уехали. - Да, верно, - слабо улыбнулась Тсуна, застегнула ремешок под подбородком и забралась на сиденье. - Держись крепче! С визгом прижалась к спине своего бывшего Хранителя. Добро пожаловать в новую жизнь.