Импульс к жизни

      Всю ночь Леи машинально следовала за акулоподобным отступником из организации Акацуки. Носы её чёрных балеток были в грязи, а в локонах длинных волос застряло несколько сухих листочков. Леи не обращала внимания на такие мелкие детали своей внешности. Ей просто хотелось покончить с этим абсурдом. Мечник Тумана не разговаривал с ней, но девушка несколько раз поймала на себе взгляд его рыбьих глаз. Кисаме не выглядел заинтересованным в общении, будь то простые вопросы о жизни куноичи или философские беседы о джутсу. Светало. Безоблачное небо над верхушками ветвистых деревьев приобрело жёлто-зелёный оттенок. Леи шла позади Кисаме, спотыкаясь об торчащие корни. Её плоские балетки были самым худшим вариантом обуви для такого длительного путешествия. Девушка, конечно, понимала, что, в экстремальных условиях столь неожиданного побега от собственного спецотряда, у неё совершенно не было времени на то, чтобы переодеться в свою обычную одежду. Поэтому светловолосая куноичи всё чаще размышляла о привале, но Кисаме пока что не выглядел уставшим. Мужчина ещё раз осмотрел Леи своими странными глазами.       — Я могу вам чем-то помочь? — не выдержала Леи.       — Не думаю, — ухмыльнулся Кисаме. — Просто, ты не похожа на типичную куноичи из Облака.       Леи слегка нахмурила брови, но промолчала. Мечник был напарником Учихи и, скорее всего, был хорошо осведомлён о её прошлом, не говоря уже о способностях. Кисаме только ухмыльнулся, выставляя напоказ ряды острых белых зубов. Леи решила, что, возможно, это был тот самый момент, когда можно продолжить разговор и спокойно предложить передохнуть. Девушка осмотрела тропинку и заметила небольшой камень на земле. Она специально ударилась о него ногой, издав тихий визг боли. Кисаме остановился и обернулся к блондинке.       — Эй, ты там жива? — спросил он.       — Пока что да, — ответила Леи, скривившись в притворной болезненной гримасе. — Мне нужно передохнуть.       — Твоя выносливость ни к чёрту, — подметил Кисаме. — Хотя выглядишь ты неважно. Хорошо, можем сделать привал. Только даже не думай сбегать. Иначе я не гарантирую, что доставлю тебя Итачи в пригодном состоянии.       Он снял свою перебинтованную Самехаду и подошёл к огромному дереву. Кисаме присел рядом с обросшим мхом стволом и опёрся на него спиной. Леи, всё ещё не веря своему счастью, продолжала неподвижно стоять посреди тропинки. Через несколько секунд куноичи опомнилась и присела на зелёную траву. Леи раскрыла свой рюкзак и достала помятую одежду и сапоги. Она взглянула на синекожего нукенина.       — Я хочу переодеться, — сказала девушка.       — Да пожалуйста, — ухмыльнулся Кисаме. — Любое дерево в радиусе двух метров к твоим услугам, красавица.       — Спасибо, — холодно ответила куноичи. — И у меня есть имя.       — Я знаю. Согласись, было бы очень странно, не будь у тебя имени. Ведь именно имя человека может много чего рассказать о его характере, — ответил мечник. — Твоё имя очень гармонирует со стихией твоей чакры, Леи.       Блондинка пыталась держать лицо невозмутимым. Девушка отвернулась от Кисаме и осмотрела лес. Она обошла ближайшее дерево и начала поспешно снимать с себя разорванное чёрное платье. Леи усердно подавляла в себе это странное чувство дискомфорта, которое возникло, как только куноичи повернулась спиной к нукенину Тумана. Несмотря на то, что их разделяло массивное дерево, Леи не нравилось находиться в компании этого отступника. Девушка наконец сняла чёрный шёлк и швырнула его на землю.       — Почему вы решили, что я не похожа на типичного шиноби Кумо? — спросила Леи, натягивая шорты.       — Потому что в тебе есть что-то, чего я никогда не замечал в представителях этой страны, — ответил Кисаме.       Леи машинально зафиксировала бинты вокруг груди и натянула лёгкую майку. Она подняла с земли чёрную футболку и надела её поверх майки. Девушка сменила потёртые балетки на чёрные сапоги и, собрав все вещи, вернулась на тропу. Кисаме встретил её довольной ухмылкой. Леи подошла к своему рюкзаку и забросила в него разорванное платье и балетки. Куноичи чувствовала на себе взгляд нукенина, но не подавала виду.       — Что вы хотите этим сказать? — спросила Леи, застёгивая портфель.       — То, что ты не похожа на патриотичную куноичи Страны Молний, — ответил Кисаме. — Мне хватило пять минут, чтобы раскусить твою истинную натуру. Там, на крыше, твоей первой ошибкой было спасение этого непригодного отряда. А второе — это убийство тех охранников. Тебе понравилось убивать, я прав?       Наступила тишина, во время которой мечник Тумана с довольной ухмылкой изучал реакцию Леи. Он ловко поднялся на ноги и, зафиксировав свой меч за спиной, продолжил идти по тропе в неизвестном направлении. Леи закинула портфель на плечо и машинально последовала за Кисаме. Его слова должны были вызвать в ней словесный поток обвинений и отрицаний, но вместо этого девушка испытывала странный холод в груди. Она смерила высокого мужчину гневным взглядом и была рада, что Кисаме этого не увидел.       — Вы не правы, — внезапно промолвила Леи.       — Нет, я прав, — не оборачиваясь, ответил Кисаме. — Это ты веришь в глупую иллюзию, где ты — благородная куноичи Страны Молний. Но в тот момент, когда ты перерезала дюжину глоток, тебе было наплевать. Ты такая, как мы. Такая, как я, как Итачи. Такая, как Акацуки. Ведь Кумо не твоя родина, а в твоей крови не течёт их патриотизм.       — Возможно, но убивать — это моя профессия. Меня с детства учили этому, — не согласилась Леи. — В отличие от вас, Акацуки, я не выбирала этот путь. Вы совершили свои преступления и теперь скрываетесь, в то время как я убиваю по приказу Райкаге. Мне кажется, это совершенно разные вещи.       — Ты можешь делать это по приказу, но, когда тебе начинает нравиться сам акт убийства… грань между покорным убийцей и убийцей, которому нравится убивать, очень тонкая, — сказал мечник Тумана. — Наступит момент, когда твой бесценный Райкаге заметит, что твои руки по локоть в крови и тебя совершенно не грызёт совесть.       Леи молча проглотила едкие слова Кисаме, мысленно успокаивая инстинктивный порыв метнуть в него кунай. Встревать в спор с напарником Учихи было очень плохой идеей. Нет, она не боялась акулоподобного нукенина, несмотря на то, что его компания вызывала сплошной дискомфорт. Блондинка больше опасалась того, что такое поведение станет ещё одним пунктом в списке Учихи, и брюнет найдёт этому применение. Эта странная игра напоминала Леи суд, где любые её действия или слова во время ареста будут обязательно использованы против неё в виде безжалостного шантажа. Девушка нахмурила тонкие брови, отгоняя мысли об Учихе.       — Почему вы считаете, что спасение спецотряда было ошибкой? — спросила Леи, чтобы отвлечься.       — Они лишние свидетели, — спокойно ответил Кисаме.       — Я сомневаюсь, что они вас заметили. Молнии дракона были довольно яркими, чтобы ослепить их, — не согласилась Леи. — И чакры я использовала достаточно, чтобы запутать сенсорные способности моей напарницы.       — Дело не в этом, — с ухмылкой в голосе, ответил Кисаме. — Допустим, они не станут тебя искать и последуют твоему абсурдному приказу. Тогда сейчас, именно в этот момент, в Кумогакуре возвращается три свидетеля, которые, несомненно, доложат Райкаге о том, что их капитан дезертировала. Такими решениями ты фактически сама себя загнала в глухой угол, красавица. Это радикально, даже для человека с камнем в душе.       — Вы всегда при первой встрече с девушкой так душевно рассказываете ей о том, что у неё на сердце камень?       Кисаме внезапно остановился и осмотрел местность. Вокруг них росли огромные, ветвистые и покрытые мхом деревья. Протоптанная годами тропа, по которой они следовали весь день, останавливалась на этой небольшой травянистой поляне. Леи любопытно осмотрела местность. Под корнями деревьев лежали маленькие каменные сооружения, которые девушка мгновенно узнала. Это были часовенки, во внутрь которых, если верить древним легендам, ночью вселялись духи. Теперь, обросшие мхом и травой, эти каменные часовенки были не лучше обычных булыжников. Леи взглянула на синекожего мечника Тумана. Кисаме, как обычно, довольно ухмылялся, сверкая острыми акульими зубами. Девушка раздражённо сложила руки на груди.       — Вижу, вы нашли общий язык, — раздался равнодушный голос, от которого Леи вздрогнула.       — Не то что бы нашли, ведь меня, кажется, только что обвинили в бестактности, — ответил Кисаме, смотря своими рыбьими глазами на куноичи. — Это было весьма грубо, красавица.       Куноичи буквально чувствовала на своём затылке холодный взгляд Учихи. Она молча рассматривала поваленные часовенки, сжимая пальцы в кулаки. Все мышцы в теле девушки напряглись, а в голове начали всплывать весьма неуместные воспоминания. Тишину нарушил шелест плаща и хруст травы под шагами Итачи. Леи сделала еле заметный глубокий вдох, успокаивая свои нервы. Кисаме издал тихий смешок.       — Думаю, время приступить к заданию от Лидера, — сказал мечник. — Было приятно познакомиться, Леи.       Акулоподобный нукенин поправил свой перебинтованный меч и скрылся среди старых деревьев.

***

      — Это самое нелепое объяснение, которое Лорд Райкаге услышит за всю жизнь. Осталась для «зачистки»? Что это вообще значит?! — гневно шептал Яритэ. — Я предупреждал, что женщина-капитан, это…       — Не бубни! — прошипела Руи. — Она просила передать эти слова Даруи. Возможно, он знает, что к чему.       — Надеюсь, — спокойно промолвил Икои. — Иначе у нас будут большие неприятности.

***

      Дверь в залитый солнечным светом кабинет резко распахнулась, и вошёл Лорд Эй. Вслед за ним медленно зашёл Даруи, аккуратно закрывая почти выбитую Райкаге дверь. Атмосфера в комнате мгновенно изменилась, пропитываясь напряжением, которое буквально волнами исходило от членов спецотряда. Руи робко взглянула на мускулистого лидера Кумогакуре и невольно вздрогнула, заметив его полные гнева, разъярённые глаза. Даруи, напротив, соблюдал спокойствие. Его глаза осмотрели потрёпанную непрерывным двухдневным возвращением троицу, и парень молча кивнул в знак приветствия. Лорд Эй подошёл к окну и, сложив массивные руки за спиной, спросил:       — Кто может адекватно объяснить мне этот балаган?       — Лорд Райкаге, — начал бесстрашно Яритэ. — Мы успешно исполнили миссию по ликвидации Нагаи Мао.       — Докладывать должен капитан отряда. Насколько я помню, тебя им никто не назначал, — прорычал Райкаге.       — Леи назначила меня временным лидером, милорд, — ответил Яритэ, теряя вспышку уверенности.       — Где ваш капитан? — рявкнул Эй, оборачиваясь к спецотряду лицом.       — Она… отстала, Лорд Эй, — вмешалась Руи. — Мы подчинились приказу и вернулись в Кумогакуре, чтобы доложить об обстановке в Никушими. Леи просила передать Даруи… что она осталась для зачистки…       Гневные глаза Райкаге сузились, и он в недоумении осмотрел смутившуюся Руи. Затем светловолосый мужчина повернул голову к невозмутимому Даруи и вопросительно поднял бровь. Расслабленное лицо парня скрывала длинная чёлка, и Руи не могла определить: боялся он гневного взгляда Райкаге или нет. Даруи поднял левую руку к подбородку, вдумчиво хмыкнул, а затем промолвил:       — Это в своём роде код, босс. Леи хочет, чтобы мы знали, что она не осталась в том городе.       — Но она чётко сказала, что осталась для какой-то зачистки! — возразил Яритэ. — Причём повторила дважды.       — Это чтобы ты уж наверняка запомнил, — прошипела Руи. — Почему ты считаешь, что это кодовое послание?       — Ну, во-первых, я думаю, что она не могла говорить открыто. Такой код использовался на тренировках с Фуруи. Мы частенько передавали друг другу противоречивые послания, чтобы запутать команду противника. Особенно, если использовали радиопередатчики, и другая команда слышала каждое слово, — спокойно ответил Даруи.       — Ты считаешь, что она была не одна? — спросил Икои. — Возможно, её поймали?       — Нет. Джутсу было определённо в стиле Леи, — не согласилась Руи. — И на крышу она бежала одна, конечно, не без группы провожающих, но вряд ли десяток охранников мог одолеть Леи.       — Кого вы встретили в том заведении? — спокойно спросил Даруи, покосившись на, к удивлению, молчаливого Эя.       — Мао, его гейшу, кучку охранников и двух Акацуки, — перечислила шатенка, игнорируя взгляд Яритэ.       — Акацуки?! — вмешался Райкаге.       — Да, но они ушли, — ответила Руи. — Это было весьма странно, да и сами нукенины были не из обычных. У одного был огромнейший запас чакры: он может потягаться даже с вами, Лорд Райкаге. А второго я не разглядела.       На мгновение в кабинете наступила тишина. Все шиноби тщательно анализировали информацию, и Руи пыталась вспомнить любые дополнительные детали той ночи. В голове куноичи кружились странные вопросы. К примеру, зачем Леи воспользовалась такими интенсивными молниями? Или зачем использовала столько чакры?       — Ну, определённо её послание можно расшифровать как «ушла не одна», ибо зачистку шиноби исполняет в одиночку, — наконец промолвил Даруи. — Я думаю, босс, что у неё появился шанс добыть для нас информацию об Акацуки. Если у них есть нукенин, который запасом чакры равен вам, тогда это, согласитесь, проблема.       — Возможно, ты прав, Даруи, — прорычал Райкаге. — Но я всё же вынужден принять некие меры.       — Меры, босс? — переспросил Даруи.       — Да, — твёрдо ответил Лорд Эй. — Несмотря на то, что теоретически её намерения благие, я не могу закрыть глаза на откровенное непослушание Леи. Если она вернётся в Кумо, я отстраню её от исполнения каких-либо миссий.