Шоколад

В городе было стихийное бедствие. Ветер свистел, срывая с крыш шифер, переворачивая машины, валя деревья - словом, сметая все на своем пути. Обильный дождь непрерывно лупил по окнам домов, словно желая и в квартиры пробраться, по густым шевелюрам деревьев, нещадно пригибая их к земле, обдирая до последнего листа. Капли дробно стучали по стеклам машин, мешая водителям, из-за чего то и дело слышны были визг тормозов и громкий стук врезающихся автомобилей, яростные выкрики их хозяев. Царил хаос. По дороге бежал человек. Из-под капюшона насквозь промокшей толстовки выглядывали концы мокрых темных волос. Человек бежал против ветра, сильно пригибаясь, головой вперед, как на таран. Делая сумасшедшие прыжки через лужи, он куда-то торопился. Чудом успел отскочить от внезапно открывшейся двери бутика. Ключи из толстовки выпали, но он этого не заметил. Молодой человек, что как раз выходил из салона цифровой техники с новеньким телефоном, который едва не выронил, чуть не столкнувшись с пронесшимся, как ураган, прохожим, подобрал их: - Вы ключи обронили! - крикнул вслед парень. Потоптался на пороге, держа в руке находку и не зная, что с ней делать. Но человек в толстовке ничего не слышал и пропажи не заметил. - Черт! Не успела! - воскликнул человек, стукнув кулаком по запертой двери продуктового магазина. В этот момент порыв ветра сорвал с головы капюшон, и темные мокрые волосы захлестали девушку по лицу. А это без всяких сомнений была девушка с карими глазами и темной не слишком длинной, не слишком короткой шевелюрой. Она вновь накинула капюшон и расстроенно закусила губу, соскочив со ступеньки и бредя вдоль дороги. Никак не вспомнить, где поблизости еще есть магазины. Район, где жила девушка, отличался на редкость малым количеством бутиков, особенно продуктовых. Шатенку швыряло ветром из стороны в сторону, волосы больно били по лицу - девушка была во власти ветра. Коварная песня дождя и ветра не давали уловить шелестящего стона бедных деревьев, с треском, словно кости, ломающихся ветвей. - Девушка! Де-вуш-ка! - кричали позади, но она, оглушенная стихией, не слышала ничего. Не слышала незнакомка и звука приближающейся опасности. Молодой человек ускорился, переходя с быстрого шага на бег и догоняя девушку. Толкнул в спину девушку, и сам ушел с опасного места. В следующий момент дерево упало позади них. Если бы он не увидел накренившийся ствол и не услышал бы звук вырываемых вместе с землей корней, могло бы случиться что-то страшное. Хорошо, что в такую погоду никого почти на улице не видно - раз человек, два - и обчелся. Иначе всех бы парень спасти не смог бы. Девушка поднялась с мокрого тротуара, развернулась к своему спасителю: - Ты сдурел?! - возмутилась она. - Да я тебе жизнь спасал. - Но ты меня толкнул! - сложила руки на груди девушка. - Ты хотела быть придавленной деревом? Шатенка, подумав, что спорить с таким идиотом бесполезно, развернулась и побежала дальше. Теперь уже ветер дул в спину, подгоняя, что было намного лучше, чем лицо. Дождь не переставал. Девушка ежилась от противной липнущей к телу толстовке, которая не согревала, и уже жалела, что вышла в такую погоду из дома за шоколадкой. В холодильнике вообще хоть шаром покати, о сладостях и речи быть не может - они съедались всегда в первую очередь и в первые же несколько часов, причем не самой девушкой, что было вдвое досадней. А шоколада хотелось очень, но единственный находящийся поблизости магазин закрывается в восемь. Уже было десять минут девятого. Так и с голоду помереть можно. - Постойте! - на плечи легко что-то тяжеловатое. И сухое. Согревающее. - Заберите свою куртку. Я с незнакомцами не общаюсь! - девушка сердито сдернула вещь и протянула парню. На нем была одета еще одна куртка. Но она была тоньше той, что он отдал, и к тому же промокала. - Вы простудитесь, - дрожащим от холода голосом попытался убедить парень. Он уже и сам продрог и промок весь. Девушка, подтверждая, чихнула. Вытерла мокрое лицо рукой, но это особо не помогало - дождь лил из нескончаемых ведер сильными потоками, точно под душем стоишь. Вытирай не вытирай - толку не будет. А потом чихнул и парень. - Вы простудились, - одновременно выпалили они. - Какая Вам разница: болею я или нет? Отстаньте, - несъеденная плитка шоколада сказывалась на настроении девушки сильнее, чем даже погода. - Что Вы ко мне прицепились?! - Вы ничего не теряли? - улыбнулся молодой человек. - Вы что, вор?! - задохнулась от гнева девушка, проверив все карманы. - Ключи мои украли. Ну-ка быстро отдавайте, иначе мало не покажется. - Спасибо скажете, тогда отдам, - на парня наоборот напало хорошее настроение. Он звякнул ключами перед лицом шатенки и спрятал их за спину. Вместо "волшебного слова" он получил волшебный кулак в глаз. Надо скорее приложить что-нибудь холодное, иначе скоро случится чудо, и появится "прелестный" синяк. - Извините, - девушка стушевалась под укоризненным взглядом карих глаз, теребя связку своих ключей. - Я думала, Вы и впрямь вор. - Скажите свое имя в качестве извинения, - примирительным тоном почти прокричал пострадавший. Из-за шума дождя проходилось повышать голос, иначе можно было остаться неуслышанным. Он приложил к глазу заледеневшие пальцы. И лед не нужен. - Захарра. - Ник. Приятно познакомиться. - Ну Вы как хотите, а я торчать под дождем не собираюсь. Прощайте, - желая поскорее отсюда убраться, девушка махнула на прощание рукой и быстро пошла прочь. Она очень надеялась, что больше никогда не увидит этого молодого человека.

***

В следующее воскресенье вновь дала о себе знать внутренняя сладкоежка, крепко спящая почти всю неделю и просыпающаяся обычно в выходной день. Запасаться шоколадом смысла не было - помимо Захарры в квартире жила ее однокурсница и лучшая подруга Василиса, которая тоже была не прочь полакомиться чем-нибудь сладеньким, если оно в квартире было. Но в отличие от сладкоежки Захарры, Василисина - не засыпала никогда, и к воскресенью ни одной самой завалявшейся конфетки не оставалось. Пришлось торопиться в магазин. Если не успеет до восьми, а сейчас уже без пятнадцати, опять останется без сладкого. Как на прошлой неделе. И вновь передавали штурмовое предупреждение. Не успели еще оправиться от последствий того разгрома, как стихия готовит город к новому. На улице опять кружит вальс сорванный шифер, деревья падают под натиском ветрила, дождь затапливает все кругом. А Захарра снова одела ту самую толстовку, что и в прошлый раз. Открыв дверь подъезда, девушка тут же тысячу раз пожалела о том, что собралась куда-то идти в такую непогоду. Но сладкоежка подталкивала на сумасшедшие поступки ради плитки шоколада. Вновь продрогнув до костей и промокнув до нитки, Захарра бежала по дороге, совершая невероятные прыжки через лужи. Прижалась к стене дома, спасаясь от упавшего деревца, мягко коснувшегося мокрыми листьями щеки девушки. А потом мимо пролетела и металлическая пластина. Захарра дважды чуть не лишилась жизни в расцвете сил. Ну и в магазин она, конечно, опоздала. Пришлось топать домой ни с чем. На плечи легло что-то теплое и увесистое. И сухое. - Можно задать один очень интересующий меня вопрос: Вы самоубийца или просто чокнутая? - Ник? Тот же вопрос тебе: что ты здесь делаешь? - Захарра незаметно для себя перешла на "ты". Парень улыбнулся. Ему и самому надоело уже "выкать". Правила этикета есть правила этикета, однако он себя чувствовал стариком, когда у нему обращались на "вы". - Да у меня, понимаешь ли, телефон сломался. После шести дней со дня покупки. Мне как-то не везет на технику. - А мне не везет на шоколад, - пробубнила Захарра. И Ник ее услышал. Несмотря на шум дождя и свист ветра, он смог расслышать "шоколад". Он с мягкой добродушной улыбкой засунул руку в глубокий карман куртки и достал оттуда - о чудо! - плитку молочного шоколада и вложил в замерзшие руки девушки. - Спасибо, - удивленно поблагодарила шатенка. Они были уже около дома Захарры. Девушка забежала под козырек своего подъезд, спасаясь от дождя, и поскорее открыла упаковку, громко шурша. У Ника в глазах плясали смешинки. Девушка откусила большой кусок сладости и восторженно прикрыла глаза. Ник хмыкнул. - Не смейся, - набитым ртом сказала Захарра, пихая парня локтем. - Целых две недели не ела шоколад! Ник ничего не сказал. Он заботливо поправил на девушке куртку, потому что ее почти сорвало ветром, и одел слетевший капюшон толстовки. На шатенку съеденный шоколад, как и его отсутствие, сильно влиял на настроение. Она улыбнулась и намотала свой шарф - он каким-то чудом остался почти сухим - на шею Ника. Тот благодарно чихнул. - Заболел-таки! - воскликнула Захарра. Он еще пекся об ее здоровье. О себе бы подумал лучше. - Иди-ка ты лечись и на меня не чихай. Подожди, ты куртку забыл. - Пока, - девушка проследила, куда пошел Ник. Да он, оказывается в следующем подъезде живет!

***

Традиционно в следующий вечер воскресенья захотелось шоколада. Вообще-то Захарра пыталась спрятать его от Василисы, но та все равно нашла все заначки. И лишь в урне печально валялись обертки. Чтобы не опоздать, она решила выйти в пол восьмого, но ей все казалось, что не успеет. Поэтому поскорее одевшись в тонкие джинсы и не самую теплую куртку, девушка выбежала из дома. И замерла, увидев первый снег. Белая тонкая пелена укрывала жухлую траву, с неба падали белые воздушные, словно облачка или вата, хлопья. Дождя уже не было, и ветра тоже. Был мороз. Настоящий, колющий открытые участки кожи мороз. Захарра взвыла. Если идти переодеваться, то нет шансов успеть в магазин. - Я вижу, тебя прошлые прогулки в непогоду ничему не учат? - веселый голос раздался в стороне. На крыльце соседнего подъезда, по-зимнему одевшись, стоял Ник во всеоружии - в руках он держал ту самую теплую непромокаемую куртку, перчатки, ее же шарфик, который она тогда отдала парню да и забыла, и шапку. - Ну что, за шоколадом?