Home Party

— Учитель, — сладко проговорила девушка, легким движением потянув брюнета за галстук к себе. — Я кое-чего не поняла, не хотите объяснить?       Тот же с улыбкой, без лишних колебаний, поддался на провокацию, и через момент уже стоял напротив нее, заняв при этом позицию между ног сидящей на одной из парт юной особы.       В пустой закрытой на ключ изнутри аудитории были лишь они одни. И стояла бы гробовая тишина, если бы не сбивчивое от возбуждения дыхание студентки, возжелавшей своего преподавателя. — И чего же ты сегодня не поняла, Сора-сан? — полушепотом задался вопросом Цукияма, нежно поглаживая бедро своей спутницы. — Не поняла того, почему вы, сенсей, на меня сегодня за целый день ни разу не посмотрели, — недовольно хмыкнула та, сверкая глазами. — Более того, вы смотрели на другую. И это было неприятно.       Брюнет, не дав ответа на сие высказывание, лишь ухмыльнулся. — Шуу-сама, ты принадлежишь только мне. Пора бы уже запомнить это, — решительно продолжила темноволосая, вместе с тем притягивая к себе гуля еще ближе. Миллиметры отделяли их губы от страстного воссоединения. — Чтобы я принадлежал только тебе, ты должна очень сильно постараться, — томно проговорил учитель, аккуратно придвигая студентку к себе вплотную. — Понимаешь, о чем я? — Еще бы, — с этими словами та страстно впилась в его пухлые губы и с упоением углубила поцелуй. Его же язык раздвинул ротик девушки максимально широко, проникая, сплетаясь с ее органом, отвечающим за вкус.       По мере накала страстей пара начала постепенно освобождаться от предметов гардероба. Сначала была снята женская блуза, после чего — юбка, и приспущены колготки. Но героиню такой расклад не совсем устраивал. Развернув учителя к парте, брюнетка моментально высвободила его широкие плечи от рубашки, после чего снова примкнула к губам парня с горячим поцелуем.       Обоим не хватало воздуха, а у Цукиямы уже стоял. Соре нравилось каждый вечер, по окончанию пар, доводить преподавателя до кондиции, после которой он не мог сдержать себя от грубости в сексе с ней. Девушку возбуждал образ жесткого, властного Шуу, которого таким знала только она, а его же взамен устраивала игра, при которой Сузуки могла быть жертвой. В этой скрытой интрижке он мог раскрывать потенциал своего внутреннего зверя. Правда, не до конца, но — все же.        Так и в этот раз. Действуя резко и таким образом показывая как бы свою власть над ним, та всего лишь хотела добиться одной простой цели — чтобы Шуу поставил ее на место.       Парень резким движением вновь усадил студентку на ее прежнее место, после чего подтащил «жертву» за ноги к себе и тем самым повалил на парту. Расстегнув штаны и зачесав рукой прядь волос назад, учитель достал уже возбужденный член и без колебаний резко вошел. Та глубоко вдохнула, а Шуу же, в свою очередь, не стал томить себя в ожидании того, пока Сора привыкнет. Цукияма, сжимая руками таз девушки все крепче, буквально вдалбливался в нее. Упругие груди тряслись от столь быстро задаваемого темпа, а из ротика особы вырывались приглушенные стоны. С каждым толчком все глубже и глубже проникая в лоно своей ученицы, Цукияма чуть приподнимал голову вверх с томными выдохами. Ему хотелось большего. Не только трахнуть, но и пожрать. Как истинному гулю ему ничего не стоило откусить от студентки кусочек, а то и два, но было бы слишком подозрительно. Ведь единственный гуль в этом учебном заведении - он. И ректор это знал. Хотя, только ректор и знал. А убрав его, можно было и об убийстве уже поднадоевшей ему собственницы спокойно забыть.       «Сожрать вас обоих что ли?», — мелькнуло где-то в мыслях, отчего тот ухмыльнулся. — «Нет человека — нет проблемы». — А-а-ах, Шуу-сама! — тем временем слетало с алых губ девушки имя гуля.       К черту препятствия, к черту мысли об этом. Мысленно разрешение уже было дано. Так к чему формальности?       Глаза Цукиямы налились кровью, а после и вовсе почернели. Парень, спускаясь с поцелуями ниже и ниже, оставлял багровые засосы и, наконец, добравшись до ключиц, резко переключился на плечо. Зубы вонзились в белоснежную кожу и девушка пискнула, но тот ей вовремя зажал рукой рот. Двигая зубами и пытаясь оторвать довольно-таки большой кусок мышцевой ткани, учитель совсем забыл про то, с чего все началось. Темноволосая его уже не интересовала, как девушка, она его интересовала, как кулинарный изыск. Как хорошее вино, которым можно было упиваться до беспамятства. Отрывая от студентки, делающей попытки вырваться из рук теперь ею осознанного чудовища, он никак не мог остановиться лишь на этом. Так что, попутно из нее высасывал и питательную алую жидкость, которая так и хлестала из поврежденной части тела.       Все лицо в крови, Сора-сан уже не делала попытки вырваться. Болевой шок настиг ее, после чего брюнетка потеряла сознание. — Что ж, Сора-сан, для тебя, похоже, это конец. С этими словами голодный токийский монстр не стал сдерживать себя и вскоре от тела юной красавицы остались лишь обглоданные останки. Полураздетая мертвая девушка с открытыми стеклянными глазами лежала, не двигаясь. Ее кожа постепенно синела, а по недоеденной руке стекала струйка крови, капающая на пол, в небольшую лужицу. Цукияма же сидел на преподавательском столе и улыбался. Белая рубаха была окрашена в алый цвет, а руки и губы стягивала засохшая кровь очередной попавшейся на удочку Шуу жертвы.       И все-таки, прекрасная пара выдалась. Только вот куда теперь спрятать труп? — Вопрос на засыпку.