Меж двух миров

- Фе, ты меня удивляешь, вечно вокруг тебя какие-то интриги. Ну и что молодёжь от тебя хотела? – тихо спросил Брай. - Удивили. Не ожидал. Рассказали мне про папу Йена. - Видишь, все беспокоятся, даже те, кто тебя знать не знает. Отец, ты никогда не простишь себе, если не успеешь. Неужели Ирани не заслужил? Он ведь столько тебя ждал… даже мне больно внутри, стоит только об этом подумать. - Да, сегодня. Я решил. Напутственное слово скажу и пойду. - Куда, интересно? - Я всё узнал. - Слава Богам! И… Фе, прости, что лезем… но мы считаем, что первый шаг должен сделать ты. К брату. Поверь своему сыну. Это невыносимо потерять часть себя. Внутри до сих пор болит. Когда Сай умер, из меня словно вынули душу, как огнём опалило. - Знаю. Я, помню, мой хороший. - Я… я никогда тебе не говорил… так и не решился. Не нашёл в себе силы. Прости, папа Фе. Скажу сейчас. Спасибо, что тогда не бросил меня и был рядом. Если бы не ты, я бы ещё долго выкарабкивался. - Как я мог бросить своего сына? Мы оба потеряли. Ты брата, я сына. Я столько раз спасал его, но всему есть предел. Когда организм исчерпал свои ресурсы, даже Боги бессильны. - Ты знал?.. Знал, что он умрёт?.. – прошептал поражённый Брай. - Не хотел говорить. Зачем? Сай уже умирал. При рождении. Но его спасли. Мне теперь до самой смерти не расплатиться… У каждого своя плата. Он всегда был слабеньким. Я с рождения трясся над ним, не давая тебе должного тепла. Прости, сынок. - Ты что, папа Фе? Какое прости?! Ты всегда дарил нам в избытке своё тепло! Столько, что хватало на всех! Даже детям Молли и Эвы с Ризеном. Я никогда не чувствовал себя ущемлённым. Правда! И всегда гордился, что я твой сын. - Значит, он тебе так и не сказал… не смог. Да, Сай знал, что умирает. Ещё тем летом, когда у него первый раз отказали ноги. Может, и правильно сделал. Ему не нравилось, когда над ним прыгали и жалели. Я радовался каждому прожитому им году. Потому что у Сая основной контур мог отказать в любой момент. Поэтому и уговорил его на брак. Хотел, чтобы продолжился его род. Сай сначала злился, ругался со мной, а под конец… благодарил, прижимая к себе сыновей. - Нет, не сказал. Для меня всегда ваши отношения были загадкой. Он… его последние слова… сказал, что просит у тебя прощения за всё сделанное и произнесённое, что всегда любил, любит и будет любить… а я… я не смог… передать. Прости своего брата. - Мне не за что его прощать. Он должен сам себя простить. - Фе, не придирайся к словам. Ты и сам всё прекрасно знаешь и понимаешь. - Так, вы долго ещё собираетесь болтать? – издалека возмутился Мэй. – Вас все заждались! Папа! - Да я уже говорил на первой свадьбе. - Ещё раз скажешь. Только чтобы красиво. Про закат или восход… - Мэй, молчи, а то он сейчас такое выдаст, что мы все ляжем! – выдал Зя и потащил их к столу. Все тут же замолчали, приготовившись слушать. Фе оглядел всех, улыбнулся и остановился взглядом на виновниках торжества. - Ну, что я могу вам сказать? Если честно, я оказался не готов к столь стремительному замужеству нашего очаровательного Анэлеи. Но кто я такой, чтобы противиться воле Богов? Всё происходит так, как должно быть. И нельзя изменить пути. Всё предначертано. Шаг вправо, шаг влево, но в результате снова окажешься на своём пути. Два пути слились в единое целое. Анэ было предначертано встретить Кайсарена. А Кайсарену предначертано встретить Анэ. Возможно, кто-то из вас скажет, слишком рано, с другой стороны, кто знает, вдруг это испытание? Я желаю, мои дорогие, чтобы вы на своём пути преодолели все трудности, любя и уважая друг друга, оставаясь самими собой. Чтобы вам вместе хотелось, мечталось и делалось. Вот за это, за продолжение рода, за любовь и верность, за закаты и восходы, встреченные вместе, я хочу принести дар Богам мира Хоэллар! За то, что они даровали нам главное счастье, наших детей! – Фе, пока говорил, вдруг сообразил, как соединить приятное с полезным. Чтобы не было лишних разговоров. И он вытянул вперёд руки. Над его раскрытыми ладонями возникла маленькая сфера, которая быстро начала увеличиваться, а потом, превратившись в небольшой переливающийся внутри шарик, вдруг устремилась вверх и разлетелась невесомыми светящимися брызгами высоко над головами собравшихся. - Счастья и процветания миру Хоэллар! – провозгласил Фе. Брай тихо застонал и прикрыл глаза рукой. Анэ подбежал к Фе и радостно, как маленький, запрыгал рядом с ним, а потом порывисто обнял. - Дедуля, спасибо!!! «Папа Фе, а без театральных эффектов никак нельзя было обойтись?» - пришло от Зои. Следующими к Зоргену подскочили двое: обеспокоенные Саррей и Ард. - Зорген, ты с ума сошёл! А если с тобой что-то случится?! Не надо нам таких даров! - Ай, да это такая мелочь по сравнению с тем, что у меня имеется. Хоть немного силы волью в этот мир, а то у вас тут всё такое чахлое. - Думаешь, поможет? - Обязательно. Подошёл к Фе и Имари, весь светящийся. Рэрди обнял Анэ и тихо что-то шепнул. И Фе понял – знает. «Анэ, ты никак проболтался?» «Нет. Представляешь, Имари сам догадался. И не говорит, как! Велел Саррею не говорить. А я сейчас хочу переодеться в свадебный костюм». «Отличная идея, отвлечёшь всё внимание на себя. А я пока кое-куда схожу». «К папе Йена, да? Я так рад, что ты передумал! Передавай дедушке от нас привет! Скажи, что мы очень хотим с ним познакомиться. Только ни с кем не ругайся». Все присутствующие рэрди оживились, узнав, что Анэ желает сменить костюм на тот, в котором ходил в Храм, а заодно наконец разглядеть свадебное украшение, которое никто толком не разглядел из-под длинного рукава. У Кайсарена оно тоже было скрыто, только боевым браслетом, предметом зависти всех скрадов и даже Саррея. Парные браслеты, являющиеся огромной редкостью в Хоэллар, были ему подарены Зоирэном. Фе дождался возвращения внука, поразившего своим нарядом всех без исключения: и рэрди, и скрадов, невзирая на возраст. Анэ был очарователен. Фе тоже немного полюбовался внуком, а потом, предупредив Брая, отошёл под защиту высокого кустарника. Снова огляделся, удостоверился, что его никто не видит, и шагнул в то место, которое ему показал юный скрад. Он оказался на берегу широкого ручья, заросшего густым, цветущим жёлтыми мелкими цветками кустарником. В двух шагах от него шла тропинка. Фе прикрыл глаза, чтобы почувствовать направление. - Светлого пути, скрад, - вдруг послышался детский голос. Фе развернулся к ручью. Там стояли два скрадика. - Пусть хранят вас Боги. Я ищу Ирани, мне сказали, он живёт где-то рядом. - Иди по дорожке, дом слева. - Спасибо. А что вы тут делаете одни? - Мы не одни. С нами аярс. Фе уловил движение и, развернувшись к кусту, увидел молодого зверя. Поманил его к себе и погладил между ушами. - Красавчик. Скрадики восхищённо охнули. Он им улыбнулся и, махнув рукой на прощание, пошёл по узенькой тропинке вдоль небольшой реки. - Крайний дом! Под окном большой куст! – крикнули за его спиной. Фе сначала ускорил шаг, а потом вдруг тормознулся. Словно ему что-то мешало идти. Внутри разрастался непонятный страх. В груди гулко забилось сердце, отдаваясь в горле и перехватывая дыхание. Как в том давнем сне. Преодолевая себя, он шёл вперёд. Войдя в посёлок, сразу понял, куда ему надо идти. Почувствовал. Большой дом в два этажа. Одно из окон первого этажа было раскрыто. Возле него рос большой цветущий куст. Ему надо туда, он уже тут был. И уверенно двинулся навстречу судьбе. К тому, кто так долго его ждал. Фе осторожно подошёл вплотную к открытому окну и заглянул. Там, в небольшой комнатке, сидел на маленьком стульчике фиолетовый рэрди и осторожно перебирал семена. Под ногой Фе что-то хрустнуло. И рэрди поднял голову. Прищурившись от ярких лучей заходящего солнца, стал всматриваться в того, кто загородил окно, и вдруг ахнул. - Йен, - потрясённо прошептал он. - Йен, мальчик мой, ты вернулся! Я дождался! - Папа… - вырвалось у Фе, он сам не понял, как это случилось. Перемахнув через окно, опустился на колени перед пожилым рэрди. – Можно я буду называть тебя папой? Или ты против? - Мальчик мой, ты до конца останешься моим сыном, чья бы душа в тебе ни жила. Ты выжил, выжил… Боги услышали меня! - старческие сухие руки рэрди гладили взрослого скрада словно маленького мальчика по голове. Из глаз обоих текли слёзы. – Я дождался тебя, мой Йен, теперь мне можно уходить за Порог. Какой ты большой, сильный, красивый. - Какой Порог?! Мы только встретились. Нет, побудь со мной! Пожалуйста, я прошу тебя! Я покажу тебе мой дом и мою семью, познакомлю с мужьями и внуками. Ты обязательно должен с ними увидеться! Там, за лесом, в другой общине скрадов свадьба одного из моих внуков. Ты должен увидеть Анэлеи, он, и не только, очень хочет тебя увидеть и познакомиться. Он такой юный и красивый, что нельзя глаз оторвать. Не плачь, папа, я уберу твою боль и подарю тебе жизнь. Если тебе тут плохо, я навсегда заберу отсюда. - Тебе не позволят, сынок. Не надо из-за меня ни с кем ссориться. - Я не буду никого спрашивать, просто возьму и заберу. Ты ведь пойдёшь со мной? Папа, ты меня слышишь? Пойдёшь? - Я… не смогу… мой хороший, мой Йен… если бы немного раньше… - Тебе не нужно никуда идти, я понесу тебя на руках. У тебя вырос сильный сын. - Да, мой мальчик, я не верю своим глазам. Такой большой, широкий. Среди наших скрадов и нет таких, как ты. Фе осторожно поднял странно лёгкое высохшее тело и прижал к себе. - Папа, папочка… потерпи немного, скоро мы будем дома. - Да, скоро. Какой замечательный сон, я так мечтал увидеть моего мальчика, - прошептал рэрди, закрывая глаза. - Спи, папа, а когда проснёшься, поймёшь, что это был не сон… я заберу тебя отсюда. - Я знал, что ты вернёшься, Йен. Мы ждали тебя. Фе развернулся на голос. В дверях стоял… Брай. Почти Брай. Только у сына никогда не было такого мрачного взгляда. - Ирани всё-таки дождался тебя, он почти не ходит, у него нет сил. - Я дам ему силы! - Его время прошло, Йен. Ирани и так жил очень долго. Я Бройг. Твой брат-близнец. - Я знаю. Один из моих сыновей похож на тебя. Йен написал о тебе. Он оставил несколько писем, где рассказал свою историю. Почему ты оттолкнул его? Не помог? Не защитил? - Все мы совершаем ошибки и потом расплачиваемся за них. Ты действительно можешь помочь папе? Фе кивнул. - Я всегда знал, что ты жив. Наша связь выматывала меня. Странные сны… Прости, брат. - Я не твой брат. И не знаю, где теперь Йен, что с ним случилось. Возможно, он и сейчас спрятался где-то внутри. - Неудивительно, он всегда так делал. Прошу тебя пройти в дом и познакомиться с нашей семьёй. Фе поудобнее подхватил Ирани, прижимая к себе, и кивнул в знак согласия. И увидел радость в глазах Бройга.