Меж двух миров

Фаэ еле слышно рассмеялась, обнимая Йена. — Поверь, ты не одинок. Мне тоже не страшно, когда рядом Зоргенчик. Знаю, он всегда что-нибудь придумает и найдет выход из самых безнадёжных ситуаций, когда впору лечь и сложить лапки, отдавшись на милость Богов. Фе с ухмылкой оглядел её. — Ой, с ума сойти. Чтоб ты, и сложила? Не верю! И даже не пытайся меня переубедить. Он подхватил Йена под руку. — Лапуля, лучше мне скажи, все ли ты понял из сказанного или тебе надо ещё раз разъяснить? — Скрад, ну ты нашел что спросить ребёнка. Конечно, надо объяснить, чтобы в его голове всё уложилось намертво, — не смогла промолчать Фаэ. — Чтобы намертво уложилось, надо программу закладывать, — отмахнулся Фе. — Но тут такая есть вероятность, что в экстремальных ситуациях она может слететь. Поэтому необходимо самому запомнить. Раз и навсегда. Понимаешь, Йен? Хотя кому я говорю? Не мне тебе объяснять, что твое нынешнее тело — это бесценный дар, единственная возможность ощутить и увидеть окружающий мир. У тебя, мой драгоценный, впереди много, очень много лет, при должном старании, для всего: для любви, семьи, учебы, увлечений, дружбы. И только от тебя зависит, какой будет твоя жизнь, малыш. Ни от кого другого. Мы можем лишь помочь, но не прожить за тебя твою жизнь. Поэтому ты должен сделать все возможное и невозможное, чтобы сохранить себя. Понимаешь? Йен кивнул и прикусил губу, словно боялся расплакаться. Фе обнял Йена, и он прижался к нему как маленький. — Давай ты сначала послушай меня. Что я скажу. Чтобы ты понял ситуацию. Судя по словам Аррэхара, на Иристэ живут твои сородичи, так что при необходимости они могут помочь. Во всяком случае я на это надеюсь. Но есть и те, которые отдали нам с тобой это тело. И возможно, помогут ещё лучше, потому что они хорошо знали хозяина этого тела, его привычки и возможности. — Йен кивнул, внимательно его слушая. — Они быстрее помогут разобраться с доставшимся тебе наследством. Так вот, с учётом этого, прежде чем давать любое согласие по какому-либо поводу, как следует подумай, надо ли тебе вообще это и сможешь ли ты выйти из создавшейся или последующей ситуации без ущерба для себя. Это главное. Надо продумывать свои действия хотя бы на шаг вперед. Помни, для тебя на первом месте твое благополучие и безопасность, потому что может случиться так, что после свершившегося нельзя будет отступить или переиграть, и тогда придется следовать чужой игре и чужим желаниям, в которых ты совершенно не разбираешься и, возможно, не заинтересован. Если вдруг подобное произойдёт, будет лучше, если ты как можно быстрее позовешь кого-то из старших: допустим, меня или Фаэ, Свиуса, Лили, Хтуму, варера, — стал перечислять Фе вероятных доверенных лиц. — А… а Ферса? — К сожалению, у него нет житейского опыта. К Ферсу обращайся, когда тебе что-то угрожает, он твоих обидчиков мигом приведет в чувства. — Вернее, лишит чувств, а может, и того хуже, — развеселилась Фаэ. Фе укоризненно посмотрел на неё. — В общем, сто раз подумай, прежде чем кому-то сказать «да». Запомни, если не знаешь или не понимаешь, о чем идёт речь, говори «нет», не раздумывая. Потому что после того, как ты скажешь «да», пути назад уже не будет. Я так понимаю, судя по сказанному Аррэхаром, у тебя есть особые права, которые самцы не имеют права нарушить без твоего согласия. — Почему? — чувствовалось, что Йен прилежно вслушивался в речь Фе. — Потому что по каким-то нам неизвестным причинам это чревато именно для них. Возможно, даже ты сам прекрасно можешь за себя постоять, просто ещё не знаешь об этом. А они знают. Ты вообще почти ничего о себе не знаешь, поэтому думаю, тебе лучше держаться от паутов подальше, пока мы более-менее со всем не разберёмся. — Эти друзья любого запросто не то что обманут, но заболтают, уговорят, в результате добьются твоего согласия, и мы ничем тебе уже не сможем помочь, потому что ты окажешься под защитой их законов, — не сдержалась Фаэ. — Поэтому обо всем происходящем с тобой, о всех, с кем ты будешь разговаривать, сообщай нам с Зоргеном, хорошо? Лучше перестраховаться. — Йен закивал. — И не забудь, слова «да» для тебя не существует. Кстати, скрад, я обратила внимание, что Аррэхар не предложил Йену свою помощь в разрешении проблем. — Да, я тоже отметил этот момент. Ну, они там каждый за себя и в чужие дела не лезут, видимо, между ними существует какая-то договоренность. Поэтому я сначала хотел, а теперь, после общения с Аррэхаром, не рискну брать тебя с собой на Иристэ. А то может так получиться, что тебя оттуда не выпустят под каким-нибудь предлогом. Я прошу тебя отнестись к нашим советам со всей ответственностью. Пойми, малыш, мы ведь не всегда будем с тобой рядом, поэтому тебе нужно потихоньку привыкать принимать решения самому. Никто от тебя не требует ничего запредельного, я лишь хочу, чтобы ты понемногу вливался в обычную жизнь. Узнал, как живут рэрди, чем занимаются, чем увлекаются. Чтобы понимал свои права и обязанности и был уверен в себе, в своих желаниях и чувствах. Да, понимаю, внутри ты юный скрадик, а внешне половозрелый дающий жизнь. И это естественно, что тебя воспринимают и оценивают визуально. Тебе, друг мой, придётся как можно быстрее повзрослеть. Понимаю, сложно, но нет в этой жизни ничего невозможного. Главное, чтобы было желание. Они на пару, наверное, с час промывали мозги Йену с примерами, чтобы он прочувствовал возможные последствия опрометчиво данных обещаний. А потом откуда-то примчался загадочно улыбающийся Мири и пристал к мужу, когда они отправятся на Зирру. Фе подумал немного, прикинул расхождение по времени и предложил мужу пока подождать его на Скайзе. — Хвостюня, сначала мне надо кое с кем встретиться. А как только вернусь, сразу сходим на Зирру. — Сходим? Это как? — Отсюда прямо на место. Без промежуточных пунктов. — Это же... Это... Зорги, за это могут наказать! — Могут, если поймают. Если, хвостюня. А не когда. — Фаэ беззвучно рассмеялась, слушая его. — Или ты сомневаешься в моих способностях? — Нет, не сомневаюсь. Но, Зорги, нас же потом вообще больше туда не пустят. — Как будто я их буду спрашивать. По большому счёту, мне их разрешение и задаром не нужно. Ни раньше, ни сейчас. Куда захочу, туда и пойду, так что не переживай, хвостюня. — Зорги, у тебя же много старых рубах? — виртуозно перевел тот тему разговора. — Много, на всех хватит. Меня уже Фаэ попросила, — Фе улыбнулся своему неугомонному Миричке. — Ну ладно, думаю, на сегодня хватит разговоров. — Он погладил Йена по голове. — Тогда я вас покину. — А ты до ночи-то вернёшься? — спросила Фаэ, слишком хорошо зная, что если Фе не ограничить, то его отсутствие может затянуться на неопределённое время. — Рассчитываю часа в два-три уложиться. Вы даже не успеете заметить моего отсутствия за разговорами. — Ага-ага! — фыркнули одновременно Мири и Фаэ, а Йен заулыбался и снова обнял его. — Скоро Ирани придет, они с Хтумаси к Стане пошли, — вдруг выдал Мири. — Опять? — удивился Фе. — Сказали, они просто постоят на площадке, подходить не будут. Фе неодобрительно качнул головой и бросил взгляд на датчик времени. Он ещё три часа назад связался с Оурсом и предложил встретиться с ним и Ваннигартом на Иристэ у Ины, которая в очередной раз ждала малыша. Говорили, она клятвенно заверила мужа, что это последняя её беременность. И Фе хотелось на неё посмотреть, потому и предложил такое место встречи. Примерно полчаса назад Оурс сообщил, что они на месте. Так что ему следовало поторопиться. Отойдя вглубь сада, Фе собрался уже уйти, но его цепко ухватили за штаны. — Каами, взять сийю. Просить. — И три зверька с рюкзачками за спиной почтительно присели перед ним, наклонив мордочки. — А… — Сийю слышать… Ир-рсте, — последнее они произнесли еле слышно. — Сийю тш-ш-ш. — Ну что с вами делать. Фе подхватил зверьков на руки и шагнул в небольшой овражек неподалёку от дома Ины. Сийю, вновь раскланявшись, шмыгнули в сторону и помчались вприпрыжку по направлению к лесу. Он подошёл к загону с курами, их тут многие держали. Полюбовался яркой расцветкой трёх петухов — одного взрослого и двух «подростков». Они, увидев чужака, захлопали крыльями и, вытянув шеи, грозно зашипели. Но глава стаи неожиданно замер и, подойдя бочком, курлыкнул. — Ба, ты никак меня узнал. Надо же, вот бы не подумал. — Фе почесал монстрику гребешок. Тот смешно запыхтел. — Я же сказала, что это свои, — услышал он голос Ины. — Харр только Зоргену разрешает свой гребень трогать. Однако не ожидала, что спустя столько лет он тебя узнает. Вон решила замену ему подготовить. Знаешь, как их воспитывает? На днях меня чуть с ног не сбили, вредители. Еле на ногах удержалась. Ну что скажешь, долго мне ещё ходить? У меня с врачом пошли расхождения в сроках. — На этой неделе родишь. — Значит, я не ошиблась. Придётся завтра в биоцентр лететь. Я всё никак не могла понять, чего не ко времени деда принесло? А оно вон что. — Да, у нас тут встреча. Они не спеша пошли к дому, двое юных космонов наворачивали вокруг них круги и поглядывали украдкой на гостя. Ина завернула за дом и ткнула в сидящих в крытой беседке космонов. Те тотчас обернулись, явно почувствовали их появление. И Фе двинулся к ним. — О, Зорген, а я тебя и не узнал издалека, думаю, кто это у нашей Инани в гостях? — Ван всмотрелся в него. — Какой-то ты не такой, словно не ты. Да, Оурс? — Совсем не такой, — согласился тот, задумчиво разглядывая Фе. — Ты что с собой сделал? — Сильно не похож? — спросил с интересом. — Сильно. И ощущаю я тебя иначе, ярко и отчётливо, как ветер в лицо. Прямо обжигает. — Значит, надо мощнее защиту ставить. А сейчас как? — спросил у Оурса. — Уже лучше. — А так? — Ещё лучше. А можно чуть-чуть ещё убавить? В результате Фе доубавлялся так, что совсем почти не ощущался. — О, вот так ты практически не отличаешься от того, каким был. Только если сильно напрячься… А что с тобой случилось? — обеспокоился Оурс. — Йен случился. Разъединение. Йен от меня отделился в свободное плавание, у него теперь свое тело. — Скрадик?! — потрясённо воскликнул Оурс. — Он жив?! — Да, представляешь, уцелел. Еле выманил из глубин моего сознания на свою голову. Хорошо, тело нашлось, а то у меня начался большой перерасход энергии. Космоны в изумлении уставились на него. — И… и где ж ты тело нашел?.. — В Хоэллар, у Маккадэ. Совершенно случайно. Значит, я теперь почти не отличаюсь? — Если не всматриваться. Но на самом деле… Я сейчас вижу и чувствую тебя гораздо лучше, как самого себя. И теперь понимаю, почему раньше иначе тебя ощущал, скрадик на тебя накладывался и прятал. В общем стал сам собой. Теперь ошибиться невозможно. Конечно, рэрды этого не поймут, но вот Кэрил… не советую с ней встречаться, она тебя сразу распознает. Последствия я даже боюсь представить. — Не будет никаких последствий, она никому не скажет, — задумчиво произнёс Оурс. — А что ты сделал? Как… — Да блокировка это. Спасибо за помощь, хоть немного замаскировался, а то рэрды точно не признают и устроят выяснение отношений, что со мной и почему. Я бы вообще хотел скрыть свою связь с Йеном, ни к чему им знать. Это моё личное дело. Пусть ребёнок учится жить. Только мне теперь проход в Центр закрыт. Хочу вот с Миризе на Зирру сходить, чтоб не засекли. — Без разрешения? На Зирру? — насмешливо фыркнул Оурс. — А чего там идти? Мы часа за два обернемся, а если официальный запрос делать, то это на неделю, не меньше, затянется. А потом ещё меня и не пустят. Скажут, несовпадение основных показателей. Начнут выяснять, что и почему, да как. Ещё месяц пройдёт. Так что мы уж лучше своим ходом. Я пообещал Миризе, а то ему разрешение на посещение Зирры не дают. — Зорг, что значит, не дают?! — неожиданно возмутился Ван. — Его сын возглавляет Большой Совет! Совсем берега потеряли! Он папа исинэ! Я лично пожалуюсь Юлиалли. Если не хотят скандала, пусть разбираются! А на месте Мири я бы дал разгромное интервью. Фе ухмыльнулся, представив, что тогда начнётся и как рэрды забегают, и решил, что сначала они по-тихому Цветок навестят, а потом можно и разборки устроить.