Слейпнир

      Лодур выглядел из ряда вон плохо. Он похудел почти вполовину от своего прежнего состояния. Щеки ввалились. В мешках под глазами можно было носить картошку. Он едва плелся, ведя на тоненькой веревочке маленького жеребенка. Особенность этого жеребенка состояла в том, что при первом взгляде на него человеку могло показаться, что происходит какой-то обман зрения: ног у него было восемь. Причем особых неудобств малышу это не доставляло. Даже наоборот — он не представлял себе, как можно обходиться всего четырьмя конечностями.       Локи был его мамой, и ребенок послушно следовал за ним. Ему хотелось побегать, поиграть, но мама почему-то не пускал. Но одновременно с веселостью малыш ощущал страх, поэтому держался поближе.       Хотя Лофт и вел его на веревочке, особой нужды в этом не было, просто так ему было спокойнее. Ноги несли его домой. Только там он мог объявиться после всего того, что произошло. Локи надеялся, что Ангрбода сумеет его понять… Лишь бы не начала хохотать… Этого Лодур очень боялся. Однако сейчас ему больше всего на свете хотелось покоя и мягкой кровати.       Царил мягкий летний вечер. Анги усадила мальчишек и дочку за стол, расставила перед ними тарелки с горячей похлебкой и дала каждому по ломтю хлеба. –Что нужно сказать друг другу? — мама строго посмотрела на них. –Приятного аппетита! — хором откликнулись дети. –Умницы, ну, кушайте… Гарм, ты же за столом, положи игрушку, потом вернетесь к ним.        В эту самую минуту в дверь очень тихо поскреблись. –Кого это еще принесло на ночь глядя? — проворчала женщина, однако ее сердце беспокойно забилось. Где-то внутри теплилась надежда, что это вернулся Локи, но она не поверила своему чутью. Слишком много она вытерпела, ожидая каждый вечер пропавшего мужа. Это и не могло быть правдой.        Но в дверь в самом деле скребся никто иной как Локи. Сил ударить кулаком у него не было. –А… — звук вырвался наружу вместе с хрипением, — Анги… — получилось что-то вроде «хааа'ки».       Он не ждал, что ему откроют. В конце концов, он не был дома около пятнадцати месяцев… Никто даже не знал, куда конкретно он пропал. Лофт сказал жене, что будет с асами следить за ётуном, пока тот строит крепость. Сказал и не вернулся. Даже асы не знали, куда он конкретно пропал.       Ангрбода осторожно отворила дверь, на всякий случай потянувшись к охотничьему ножу на косяке двери, но так и обомлела… Несколько долгих мгновений она ничего не могла сказать, потрясенно смотря на то, что было мало похоже на ее мужа. И все-таки с его губ сорвалось. –Л…Локи? .. — и тут же, не дожидаясь ответа, обняла его. — Локи! Родной мой! Вернулся наконец-таки…       Локи уткнулся носом ей в плечо, втянув родные запахи. Видок у него был не очень, и он это знал. Его одежда провалялась под дождями, бурями, снегопадами черт знает сколько времени. Лофт отыскал ее и надел, прежде чем идти домой.       Когда он обнял ее, то нечаянно потянул за веревочку и жеребенок покорно подошел поближе к своей маме. –Где же ты был все это время, родной мой… — все так же обнимая и гладя по отощавшей спине, шептала Анги, чувствуя, что плачет. — А исхудал-то как… ох… А это кто? — вытянулась в лице: на нее смотрели два больших любопытных глаза на тонкой серой морде. Тонкая серая морда была на не менее тонкой шее. Из-под короткого туловища виднелось… как-то слишком много для жеребенка ног.       Локи почувствовал, как напряглась жена. –Я… всё расскажу… — голос такой, будто его пытали. — Я… я назвал его Слейпнир… Я… –– речь прервалась: Лофт зашелся в сильном кашле. Из угла наблюдали дети, которые не решались близко подходить… к незнакомому дяде.        Гарм спрятался за Фенри, Фенри за Йормом, а Йорм за Хель, которая внимательно посмотрела на стоящего за порогом и тут смело шагнула вперед. –Пааапа? — вопросила девочка, приблизившись. — Папа! — она подбежала к нему. Братья остались на месте.       Локи опустился на коленки, когда к нему подбежала дочка. Он не хотел, но слезы сами полились, когда он прижимал к себе ее голову. Веревочку жеребенка он по-прежнему держал зажатой в руке.       Анги оторвалась от Локи и потрясенно разглядывала… как он его назвал? Слейпнира? –Откуда ты его достал… Локи, где ты так долго пропадал, мы искали тебя! Я ходила к асам, и не смотри на меня так, да! Ходила! Но они ничего мне не ответили… –Могу я помыться, поесть и потом уже все объяснить? Или мне можно прямо сейчас уйти и не возвращаться? — он вопросительно, с долей упрека глянул на жену. Казалось, будто прикосновение к дочери придало ему сил. Ангрбода искренне удивилась и немного обиделась на такой вопрос. «Неужели ты думаешь, что я выгоню тебя на улицу?». –Проходи… я… просто… все так внезапно… Только… Слейпнира… надо его тоже почистить и накормить… Ты иди в ванну, а я им займусь…       Мальчишки поняли, что «дяденька» — это папа, и побежали к нему. Он обнял их всех, перецеловав в головы. –Вы ж мои хорошие… Погодите, сейчас в себя приду и всё расскажу вам… — отец потрепал их по волосам и поплелся в купальню.       Лофт набрал воды, погрузился в нее, предварительно нагрев. «О, фрейины подвязки! Как же шикарно! Только гений мог додуматься нагревать воду, чтобы получить от этого удовольствие!» Он взял мочалку и начал мылиться, тихонько мурлыкая себе под нос. –Он вернулся! Я ж говорил! — Фенрир радостно подпрыгивал, от невозможности постоять спокойно. –Ты говорил? Это я все время вам твердила, глупые вы, глупые мальчишки! — самодовольно заявила Хель. –Тише-тише… –Анги немного пришла в себя. — Садитесь кушать… — потерла виски, взяла таз для воды, маленький ножик и тряпку, в качестве полотенца. А еще, кусок чего-то подозрительно похожего на мыло. – Ну, Слейпнир, давай умываться…       Слейпнир как-то подозрительно глянул на Ангрбоду, сделал шаг в сторону и жалобно заржал: мама куда-то ушла и оставила одного. –Ну, чего ты? Не бойся меня, я не Фенри, не кусаюсь… — Ангрбода сняла с него веревочку, подтянула к себе, он брыкнул тремя некрепкими ножками. – Тю! Чего это мы? Бойцы? Ну, видно папка с мамкой у тебя, что надо были…– полила ему ноги и спину из таза, намылила тряпку.       Гарму было скучно кушать — тут восьминогий жеребенок! У них в доме! Где это видано? И пошел к нему знакомиться.  — Гарм… ладно уж, раз ты здесь… держи щетку пока…       Гарм принял ее, разглядывая нового знакомого. Жеребенок потянулся понюхать его, понимая, что Гарм тоже еще не взрослый. Когда Анги полила его — ему это пришлось по душе. До этого он встречался с водой два раза. В первый, когда они с мамой попали под дождь, который Слейпниру не понравился: он был холодный и сильный. И во второй, когда мама переводил его через брод. Но идти вброд было неудобно: ноги постоянно спотыкались о камни. –Вот, так и стой, малыш. Какой же ты тощенький! Надо тебя хорошенько откормить…– Анги намылила ему бока, ноги и шею. — Гарм, давай сюда щеточку… Вот…будешь у нас чистым… — посмотрела на младшего сына. — Ты ему видимо нравишься: вон как тянется… — полила жеребенка водой еще раз. — Йорми, милый, ты уже поел? — донеслось громкое «угу». — Налей еще воды в таз и принеси, будь добр. Гарм, не хочешь расчесать ему гривку? Я дам тебе другую щеточку, а сама пока займусь его копытами…       Фенри и Хель с интересом за этим наблюдали. Локи, тем временем, вытащил в сундуке, что стоял в купальне, чистые штаны и рубаху и пошел наверх. Одежда болталась на нем, но особого выбора не было.       Когда он пришел, увидел, что Анги с детьми моют Слейпнира. Гарм старательно расчесывал ему гриву, Йорм смывал мыло с хвоста, Анги чистила бока. Вернувшийся отец семейства прислонился к косяку и впервые за долгое время улыбнулся. Купание освежило его. Теперь бы еще поесть и вообще замечательно!       Хель взяла отца за руку и, как настоящая хозяйка, повела кормить на кухню. Он наложил себе целую тарелку каши и принялся есть.  — Там еще мясо в горшочке… — пропыхтела Анги, переходя ко второму копытцу, — земли-то сколько! Можно из нее домашний огород делать…       Слейпнир, завидев маму, решил пойти к ней –О, нет-нет, дорогой мой, сначала мы домоемся! Кто ж пускает коней с немытыми копытами за стол? Только не в моем доме! — дети захихикали. — Гарм, Фенри, Йорм, можете относить это все в купальню… Хель, шустрая ты наша, принеси полотенчико, да побольше! — девчонка мигом возвратилась с нужной вещью в руках. — Спасибо! — начала вытирать шерстку малыша насухо.       Локи уже опустошил все то, что ему предложили, и теперь сидел перед вытирающей Слейпнира Анги и разглядывал ее. Она выглядела усталой. Дети суетились вокруг, стараясь потрогать ноги жеребенка. Когда малыш стал сухим, то тут же подскочил к Лофту и потерся мордой: мол, гляди, мама, какой я чистенький!       Локи вздохнул и посмотрел на жену. –Нужно поговорить… Разговор будет очень серьезным, поэтому я хочу, чтобы дети его не слышали… Пусть поиграют в комнате со Слейпниром.       Дети, возмущенные тем, что их выгоняют, воззрились на родителей. –Ну, идите же! — улыбнулась Ангрбода. — Когда вам еще выдастся шанс поиграть в доме с жеребенком? Только, Йорм, проследи, пожалуйста, чтобы они не забирались к нему на спину. И принесите из кладовой две кружки овса. Ему этого более чем хватит… — когда ребятня убежали, она встала напротив мужа. –Локи… — даже не знала, с чего начать.       Его так давно не было, что иногда она сомневалась в том, что он вообще был. И только наличие детей убеждало ее в обратном. — Без тебя здесь было не так, как всегда… –Прости меня… — он потер ладонями исхудалое лицо, — здесь нет моей вины. Здесь вообще ничьей вины нет. Но я не мог вернуться… Однако могу сказать только то, что Слейпнир это… это мой сын.       Локи не знал, куда деть глаза, поэтому уставился на собственные колени, боясь поднимать голову.  — Эээээ… — оценка ситуации длилась долго, а потому Ангрбода смогла выдать только что-то вроде: — Прости, что? .. То есть, кто? …       Мужчина глубоко набрал воздух и заговорил. –Дело в том, что Свадильфари — конь того ётуна, что строил стену, — был очень силен. Асы боялись, что тот выиграет спор, но не знали, как помешать этому. Потом ко мне Тор подходит и говорит: «Ты умеешь обманывать, вот и разберись!» А мне не жалко… Я решил, что Свадильфари можно просто отвлечь, а потому превратился в кобылицу и приманил этого кобеля… Тот погнался за мной… Чес-слово, я никогда так не летал, но тот видимо не заподозрил подвоха, а потому догнал меня… — Локи сжал кулаки, отчего нестриженые ногти больно впились ему в ладошки. — Вечером того же дня я решил, что асы выиграли спор, и я могу вернуться. Однако… произошло что-то странное. — Лофт еще раз потер лицо. — Я не мог обратиться в свое естественное обличье… — он медленно выдохнул. — Я пятнадцать месяцев пробыл в теле кобылы, а потом…, а потом появился жеребенок, которого ты только что мыла…       Ангрбода похлопала ресницами, стараясь представить себе всю эту ситуацию. –Погоди-погоди… Ты… асы… конь… стена… йотун… И ты отвлек Свадильфари, а потом… родил жеребенка?! .. — если бы ей рассказывал историю не муж, а какой-нибудь бродяга, она бы рассмеялась и не поверила, но тут она видела живое доказательство в виде все того же мужа и серенького восьминого коняжки в детской. — Оооо… ледяные великаны и все их предки! Глаза Мимира… Локи! Чем ты только думал, обращаясь в кобылу? Нет, не отвечай. Понимаю, это была единственная на тот момент идея в твоей светлой голове… Но… — тут на глазах снова выступили слезы. — Разве… разве ты не мог прийти сюда… ко мне… к нам, я бы тебя и таким узнала… А так я каждый день просыпалась с мыслью, что тебя больше нет, что ты сгинул где-то, где я тебя никогда не найду… И каждую ночь мне приходилось говорить обратное детям, чтобы они верили… и, чтобы верила я… — уронила лицо в ладони.       Лофт подскочил к ней и обнял, прижавшись головой к плечу. –Я не мог прийти… — прошептал. — Ты бы меня не узнала… А если бы и узнала, то это было бы еще нелепей: к тебе приходит беременная зеленоглазая кобыла, а ты потом объясняешь детям, что это их отец… — заставил себя улыбнуться. –Объяснила бы уж как-нибудь… придумала бы что-нибудь… — вытерла нос и глаза. — Зеленоглазая? Ты и лошадью зеленоглазым был? … — горько улыбнулась. – Ох, Локи, ты думаешь, что я бы не нашлась, что придумать? Но… это было бы лучше, чем представлять себе, что тебя нет… Да и эти асы… Они тоже молчали, хотя они, верно, не знали… — обняла его.  — Уже я и «объяснила«… — тихонько засмеялся. — Всё хорошо… Я дома… осталось только показаться на глаза Одину и придумать, что делать со Слейпниром…