Жуков и романтика

– Жуков!! – Да-да? – Какой «Не дали мужику», там романтика!! – Ну ему же не дали… – Жуков!!!! Дон в соседней квартире подскочил на кресле и повернулся к Дюме. – Слушай, это невозможно. Каждый вечер же! – Не говори, – вздохнул Дюм, раскладывая пасьянс в третий раз. – Бетанские страсти. Громкие и бессмысленные. Да и не каждый вечер, они фильмы через раз смотрят. – А в остальные они… лучше бы фильмы смотрели! Надо бы что-то придумать. Такое. Чтобы они больше не смогли говорить! – Это жестоко, дорогой. – Или чтобы мы их не слышали! – Боюсь, это будет ещё более жестоко. Давай я лучше с ними поговорю. – Ну… – засомневался Дон. – Ты говори, а я пока чертеж набросаю! Вздохнув, Дюма засобирался. Жук и Есь всегда были вместе, и чтобы поймать их по отдельности, нужно было найти тот самый момент. К Жукову Дюма пришел на работу. – Здравствуй, я тут мимо проходил… ты уже обедал? – Да нет. Но у меня тут все свое. – Оу, правда? А я тут Дону обед нес, а он убежал куда-то. Ты точно блинчиков с мясом не хочешь? Домашние! Жуков задумался. Блинчики он любил, а с собой с утра успел взять только овсянку, так что мясо было и вовсе пунктом номер один в его желаниях на этот момент. – Ну, давай, – наконец решился он. Дюма развернул платочек и подсел. – Слышал, вы вчера с Есем фильм смотрели. – Ага. Что-то там… романтическое. Прикольно, кстати. – Мм… а вот Есю, похоже, не понравилось. – С чего ты взял? – насторожился Жуков. Есенина он знал, и видел, что фильм ему пришелся по душе – но Дюма все же был этиком. – Да он так кричал на тебя… – А, это. Это он так, не обращай внимания. Дюма вздохнул. Жуков оторвался от блинов и покосился. Дюма вздохнул печальнее. – Ну, что? – сдался Маршал. – Да вот думаю, – задумчиво пробормотал Дюма, заботливо подсовывая Жуку мисочку со сметаной. – Есь же у тебя такой чувствительный. Такой ранимый. Может его на самом деле обижают твои комментарии, вот он и кричит? – Да ладно, он всегда так орет. Этож забавно! – Не знаю… вот у меня у знакомых тоже, ругались-ругались, а потом один собрал вещи и ушел. Говорит «он смеялся надо мной, а мне так хотелось от него романтики»… – Это ты на что намекаешь? – нахмурился Жук. Блины он уже съел и доброжелательное настроение резко падало. – Нет-нет, что ты! Ой, сколько времени… я побегу, удачи, – Дюм собрался и убежал, но Жук задумался. В себе он, конечно же, был уверен. Но потерять Еся не хотелось. Есенина Дюм застал за час до прихода Жука. – Привет, помнишь, ты жаловался, что у тебя запеканка не получается? Давай вместе сделаем! И Жук твой порадуется. – Ой! Я был бы тебе очень благодарен, – смущенно улыбнулся Есь. Эмоциональным он был только с Жуком, с остальными предельно вежлив – порой до подчеркнутого официоза, но у него все равно это выходило мило. – Ну, у вас тут и крики, – улыбнулся Дюм, показывая, сколько нужно добавлять муки в тесто. – Ты про вчера? Извини за шум. Но ты представляешь! Смотрим фильм, там такой романтический момент, они целуются под дождем, и он провожает её до дома. А Жук как скажет «Не дали мужику», ну вот как так можно? – Не романтик он у тебя. – Ну, что поделаешь. Да я уже привык, не обижаюсь, на деле. Так, для проформы кричу, – хихикнул Есь, подавая Дюме яйца. – И не хочется? Ну, романтики. – Хочется иногда. Да чтож тут поделаешь, ну вон фильмы смотрим. – Ох, и как он от тебя не ушел ещё. – В смысле? – насторожился Есенин. – Ну, я-то знаю, что ты интересный. Но со стороны Жука так может показаться, что совсем пресный. Ничего не просишь, ничего тебе не нужно. Это же скучно. А он и не будет ничего делать, если ему не показать, что тебе хочется романтики. – Скучно? М..может, – Есь растерянно помял тесто. Дюма похлопал его по плечу. – Да не бери в голову. Все нормально же. Но Есь уже завис, переваривая полученную информацию. Остаться без Жука было страшнее всего на свете. В следующий раз, когда они смотрели фильм, Есь весь издергался. Жуков не откомментировал действия героев ни разу, хотя они вели себя даже на Есевский взгляд чересчур слащаво. «Может, со мной и правда скучно? – задумался Лирик, покусывая губу. – И Жуков уже даже не пытается меня расшевелить?» – Жу-ук, – он повернулся, осторожно глянув на агрессора. Тот подозрительно осторожно покосился. – Что? – Я тут… подумал, а может… ну, немножко романтики можно добавить. Ну, нам… Жуков так помрачнел, что Есенину показалось, будто сердце остановилось. – Тебе мало романтики? – спросил Маршал, выключая телевизор. Есенину поплохело. – Д..да нет, все нормально, это я так, для примера, – забормотал Лирик, испугавшись, что обидел Жука. – Раз говоришь – значит мало, – отрезал агрессор, поднимаясь и сделав несколько шагов по комнате. – Я не это имел в виду, прости, пожалуйста, – забормотал Лирик, которому уже ничего не хотелось, только бы Жук больше не хмурился. – Да тебе-то что извиняться, – махнул рукой Маршал, рухнув рядом и пристроив голову у Еся на плече. Вздохнул. – Не умею я … романтику всю это делать. Ты же всегда делал. Есенину вдруг и правда стало обидно, что даже если пожаловаться, ничего не будет, но расстраивать Жукова совсем не хотелось. Он погладил Жука по волосам и улыбнулся. – Все хорошо. Я же тебя люблю. – Ты у меня вообще солнце, – вздохнул Жук. – И запеканку такую хорошую сделал. – Там мне Дюма помог, – смутился Есенин. – Дюма? – Жук насторожился. – Стой-стой, он у нас был? И о чем вы говорили? – Ну… что тебе скучно может стать, – Есь втянул голову в плечи. – Потому что я ничего не прошу. – Так, – Жук задумался и внезапно спросил. – И комментарии мои во время фильмов тебя не раздражают? – Нет, – Есь растерялся. – С чего бы. Да и кричать на тебя потом весело… Жуков рассмеялся, заваливая Есенина на кровать. – Ты чудо. И чтобы Дюму больше не слушал – ты мне и такой нравишься. И мне не скучно. Совсем. А теперь давай досматривать. Там как раз они щас в фонтан упадут и у девки сиськи будут видны! – Жуков!! Дюма только обреченно вздохнул за стенкой. *** Через пару дней Жук вернулся домой с цветами. – Ой, – растерялся Есь, утопая носом в пестром букете. – По какому случаю? – Просто захотелось сделать приятное, – мурлыкнул Маршал, чмокнув Есенина в макушку. – А говорил, что романтика у тебя не получается, – рассмеялся Лирик, откладывая цветы и прижимаясь к Жуку. – Не получается, – серьезно кивнул тот. И мечтательно улыбнулся. – Романтика это что-то такое… волшебное. Ну, вот ты умеешь! Есенин только тихо рассмеялся, счастливо обнимая своего Жука и понимая, что и просить-то ему на самом деле нечего, но лучше при Жукове это не упоминать. Не поверит же, что он тоже… романтик.