Сохрани меня

Ночью Василиса плохо спала, просыпаясь едва не каждый час. Девушку одолевали кошмары, от которых она каждый раз вскакивала в холодном поту. В основном ей снилось, как она стоит на перекрёстке, и над ней сгущаются тучи, становясь такими большими и тяжелыми, что, кажется, она едва не ощущала их вес физически. Вместо дождя на неё падали книги, больно ударяя по голове и телу, оставляя на коже тёмные синяки. Потом сигнал светофора резко сменялся на зелёный, и со всех сторон прямо в сторону Лисы начинали двигаться машины, а она впадала в такой ступор, что даже с места сдвинуться не могла. Ощущения притуплялись, зрение пропадало и единственное, что было доступно Василисе – слышать откуда-то сверху чей-то зловещий хохот, доводивший до состояния панического ужаса. Выслушивая рассказ сестры о ночных виденьях за завтраком, Кирилл назвал её сны бредом сумасшедший или кошмаром ботанички, ехидно посоветовав Лисе выучить, наконец, на какой сигнал светофора следует переходить дорогу. Девушке уже и самой казалось, что её ночные кошмары – просто нелепица, она даже поддержала смех Кира. Но об одном Василиса всё же упоминать не стала. Уже под утро, когда девушка и не надеялась больше уснуть, она всё же прикрыла глаза на несколько минут, и ей приснился ещё один сон. Она стоит посреди пустой тёмной комнаты, совсем одна, словно брошенная всеми. Ей страшно, холодно, одиноко… Но неожиданно прямо перед ней возникает плохо очерченный мужской силуэт, освещённый тусклым светом луны из единственного окна. Он подходит к ней совсем близко и осторожно берёт Лису за руку, переплетая её пальцы со своими. Василиса вздрагивает от этого жеста, но не пытается высвободиться, ощутив приятное покалывание на коже от его прикосновений. Она как будто бы интуитивно знает, что может довериться этому человеку, хоть даже не видит его лица. Ведомая внезапным порывом, шатенка подаётся ближе, привставая на носочки, приблизив своё лицо почти вплотную к лицу парня. Горячее дыхание по губам, и вот ей уже кажется, что она сгорает от жара его тела, едва не физически ощущая близость губ. Осмелившись, Лиса приподнимает руку и мягко касается лица парня, желая пусть не увидеть, но хотя бы почувствовать его, запомнить… Но он вдруг перехватывает её руку за запястье, от чего Василиса снова вздрагивает, но теперь совсем не от страха. Что-то совсем другое, до одури приятное отзывается в ней мурашками по коже. - Держись за меня крепче, - шепчет хриплым голосом парень, прижимая её к себе так близко, что девушка ощущает, как бьется в груди его сердце, - иначе упадёшь. - Куда? – удивляется Лиса, оглянувшись вокруг. Но их окружает только темнота, которая, кажется, сгущается, становится ближе. - В пропасть, - усмехается он, и ей на мгновенье кажется, что его глаза заглядывают в самую душу, хоть она на самом деле даже не видит его глаз. Они так черны, что сливаются с тьмой вокруг. – Оступишься – упадёшь. Только я могу сохранить тебя. - Но я тебя совсем не знаю, - возражает Василиса, от чего-то ещё плотнее прижимаясь к парню. Рядом с ним так тепло, так… безопасно. – Зачем тебе заботиться обо мне? - Ты знаешь меня, - фыркает он, на что Лиса уже собирается снова возразить, но так и замирает в нерешительности, ощутив его губы всего в паре миллиметров от своих. Он будто бы дразнит, и это на самом деле сводит с ума… Раззадоривает, заставляет желать большего. Василиса на самом деле даже никогда не думала, что можно так сильно хотеть чьей-то близости, так остро чувствовать, даже не касаясь физически, так умолять о чём-то, не произнося ни звука… - Вася… - неожиданно выдыхает парень, но из его уст это сокращение почему-то уже не кажется таким уж дурацким. Скорее даже каким-то по-особенному нежным, мягким. – Вася! – повторяет уже громче, вдруг с силой встряхнув девушку за плечо. В комнате резко зажигается свет, и последнее, что видит Лиса – лицо своего прекрасного незнакомца, которое быстро теряет своё очертание. Но сомнений не возникает, парень, обещавший защитить её в тёмной комнате - одноклассник Василисы – Денис Беркут. В этом девушка уверена на все сто процентов, ведь не запомнить эти глаза, которые даже в ярком освещении остались тёмными, она просто не могла. Открыв глаза, Лиса тут же зажмурилась от яркого света, прикрывая лицо руками. - Васёк! – надрывался тем временем над ухом Кирилл, встряхивая девушку за плечо. – Померла ты, что ли?! Вася! - Заткнись ты, придурок! – не выдержала шатенка, попытавшись на ощупь оттолкнуть от себя неугомонного братца. – Чего орёшь? - Так испугался за тебя, - обиженно буркнул Кир, потирая пострадавшее от некрепкого кулачка сестры предплечье. – Я тебя бужу-бужу, а ты только про тьму мне чёт втираешь. Подумал, может, в тебя тёмные силы вселились. - Какие ещё тёмные силы? – простонала Лиса, накрываясь подушкой. Вот уж действительно придурок! И ради этого стоило прерывать такой прекрасный сон?! - Не знаю… Волан-де-Морт… - простодушно пожал плечами парень, вспомнив недавно пересмотренный фильм о юном волшебнике. – Сейчас как возродишься тёмным властелином, никакой Авадой тебя не грохнешь. - В нашем доме хватает одного тёмного властелина, - заметила девушка, часто моргая, чтобы привыкнуть к яркому освещению. – Так чего хотел-то? - Семь утра уже вообще-то, - ответил Кир, кивая на настенные часы. – Мама просила тебя на завтрак разбудить… или ты уже невинными душами питаешься? - Не переживай, твоей в любом случае ничего не угрожает, - проворчала Василиса, запустив в брата подушкой и направляясь к выходу из спальни. - Чего злая-то такая? – нахмурился Кирилл, почесав затылок. – Точно нечистая… Пойду хоть крестик из табуретки выпилю. После завтрака Лиса быстро переоделась и спустилась во двор, где как обычно ждал в своей машине отец, который должен был отвезти их с братом на занятия. Девушка привычно уселась на заднее сиденье и плотно заткнула уши наушниками, сделав музыку погромче, чтобы не слушать фальшивое пение Кира. Но на это раз брат придумал новый способ игры на нервах и всю дорогу тыкал Лисе в лицо крестом, сделанным из двух простых карандашей и скотча, бормоча себе под нос слова из песни Раммштайн. Василиса уже едва боролась с желанием воткнуть карандаши Кириллу в глаз, поэтому как только автомобиль остановился за воротами школы, Лиса схватила свою сумку и со всех ног помчалась к зданию. Но по закону собственной невезучести, почти у самого крыльца девушка с разбегу впечаталась носом кому-то в грудь, отшатнулась и упала бы, если бы сзади её не подхватили чьи-то сильные руки. Осторожно ощупывая нос на предмет возможного перелома, Василиса подняла взгляд сначала на свою внезапную преграду, коим оказался качок из параллельного класса, который, кажется, особо и не обратил внимания на Лису, продолжая пялиться в свой мобильник, а потом резко обернулась, чтобы на этот раз впечататься уже в грудь нагло ухмыляющегося Дениса. - Ты свой марафон невезений, смотрю, с раннего утра начинаешь, - хохотнул парень, бережно удерживая девушку за талию, поскольку её способности крепко стоять на ногах сейчас казались ему сомнительными. - П… привет, - прозаикалась Лиса, рванувшись из хватки. В голове тут же всплыли картинки из сегодняшнего сна. Его лёгкие прикосновения, горячее дыхание, обволакивающий своей мягкостью голос… Девушка покраснела, словно варёный рак, и предприняла ещё попытку обрести свободу, но Дэн так просто не отпускал. – Отпусти, я на урок опоздаю! – воскликнула она, отчаявшись. - До звонка пять минут, - заметил Денис, мысленно умиляясь этой внезапной воинственности девушки. Всё-таки она очень забавная. - Я... я в туалет хочу, - выпалила шатенка, не придумав ничего получше, снова заливаясь краской. – Пусти. - Увидимся на уроке, - отозвался Дэн, нехотя разжимая объятья. А ведь ему так нравилось смотреть в чуть испуганные глаза, ощущать в руках тонкое девичье тело, слушать, как гулко бьётся её сердце... Так странно… никогда раньше с ним подобного не происходило. - Угу, - кивнула Лиса и бегом заторопилась в здание. Образы из сна так и не выходили из головы, а кожу покрывали уже реальные мурашки, от чего девушке становилось даже немного страшно. Кажется, она потерялась между сном и реальностью, или, что хуже… увлеклась своим загадочным одноклассником.